Если б не было тебя (СИ)
========== 11. ReLIFE ==========
Ровно в восемь утра Сергей Павлович Сыроежкин с чемоданом личных вещей и полным пакетом документов, необходимых для трудоустройства, стоял перед дверями офиса компании «Лаборатория «Повторная жизнь». На ресепшене его встретила милая девушка, показала куда можно пристроить чемодан на время собеседования и проводила в кабинет его будущего непосредственного руководителя. На двери висела табличка, сообщающая всем посетителям, кто же является хозяином данного кабинета: «Гусев Макар Степанович. Начальник Сектора наблюдения Дирекции по работе с клиентами».
— Привет, Сыроежкин! — высокий рыжеволосый мужчина лет тридцати спортивного телосложения в деловом костюме и очках в позолоченной оправе встал из-за стола и протянул Сергею руку.
— Ну, здравствуй… те, Макар Степанович! — ответил на рукопожатие Сыроежкин и поправил гораздо более скромные очки на собственном носу. Вчера вечером перед сном он, как его проинструктировал заранее Макар, принял капсулу, отменяющую действие первой, «омолаживающей». — Вот ключи от квартиры, — протянул он связку Гусеву.
— Ну что, Сергей Палыч! Можешь меня на «ты» называть. Мы, то есть Лаборатория, тебя официально поздравляем с успешным прохождением реабилитационного курса программы «Повторная жизнь» и предлагаем тебе трудоустройство в качестве младшего наблюдателя-стажёра. Пока будешь на декретной ставке, а через два с половиной года станешь уже самостоятельной штатной единицей. Какой именно — посмотрим, в зависимости от твоих склонностей и способностей.
— Декретной? — не понял Сыроежкин. — Причём здесь декрет?
— А, так это… Зоя Санна у нас же декретный отпуск оформила. Ты — вместо неё будешь.
— Вы что, ребенка усыновили?.. — вылупил глаза на будущее начальство Сергей.
— Ага, — расплылся в счастливой улыбке Гусев, — Две недели назад документы все оформили, со вчерашнего дня малыш у нас!
— Ого, — только и смог произнести Серёжа.
— А ты как думал? Мальчик, пять месяцев! Ну, увидишь ещё. Если бы не ты, ничего бы этого не было, так что мы с Зойкой у тебя в долгу, не обессудь. А теперь давай введу тебя в курс дела и ознакомлю со спецификой работы, так сказать. Ты, кстати, ещё обучение проходить будешь, как раз к концу августа управишься, — и Макар Степанович принялся рассказывать Сергею Павловичу о его предстоящих обязанностях, ознакомил с трудовым договором, который Серёжа сразу подписал, и отправил в Отдел кадров оформляться. — Рабочий день в семь тридцать, завтра приступаешь, — напомнил Сыроежкину Гусев и даже обнял на прощанье. После ухода нового подчинённого Макар Степаныч посмотрел на часы — до прихода следующего соискателя было ещё достаточно времени и он решил спуститься в кафетерий.
Как и предполагал Сыроежкин, все формальности заняли чуть больше трёх часов, с учётом дороги и заселения в гостиницу (жить-то негде, а квартиру он пока не снял), к школе он прибыл полпервого. Гостей в честь праздника сегодня пускали без проблем и Серёжа принялся искать одиннадцатый «а» класс. Официальная часть уже подходила к концу, нарядные выпускники кучковались на стадионе по классам.
Сыроежкин быстро отыскал в толпе знакомые лица и подошёл к ребятам поближе. Сердце у Серёжи пропустило удар, а потом и вовсе провалилось куда-то в желудок, заморозив перед этим манёвром все внутренности — Элека среди бывших одноклассников не было. Его вообще не было на стадионе.
— Ребята, — с трудом взяв себя в руки и справившись с начавшим подводить его голосом, обратился к выпускникам Серёжа, — А где Элек? Никак не могу его найти…
— Кто? — удивился Вова Корольков. — Какой Элек? Это имя? Вы кого-то ищите?
— Д-да, ищу, своего б-брата, — Сыроежкин даже заикаться от волнения начал. — Двоюродного. Элек Громов. Он учится в одиннадцатом «а» этой гимназии. Мы д-давно не виделись, я только что приехал в город, — на ходу сочинял нелепую легенду Сыроежкин.
— Не, у нас такого никогда не было, — отрицательно замотал головой Корольков. — У вас неверная информация. Слышь, Май, — потянул он за руку болтавшую с подружками блондинку, — Ты какого-нибудь Элека Громова знаешь?
— Громова? — Светлова обернулась к приятелю, взглянула на Сыроежкина. — А Сыроежкина вы уже нашли?
— Чего? — перестал что-либо понимать Сергей. — Сыроежкина? — ему хотелось сказать «Сыроежкин — это я!», но на всякий случай он промолчал.
— Ну, вы же сутра перед линейкой ходили и всех спрашивали про Серёжу Сыроежкина, который якобы здесь в одиннадцатом «а» учится! — потом Светлова обратилась к Вове. — Ты, Вовка, опоздал, а мы с Витькой его уже здесь видели. У него ещё собака такая лохматая была, эрдельтерьер не стриженный. Вить, иди сюда, — крикнула она Смирнова, который с каким-то отстранённым видом втыкал в телефон.
— А, это опять вы? Нет, Сыроежкина здесь нет, мы вообще такого не знаем — подошёл к Серёге Витька.
— А Элека Громова знаете? — надежда таяла с каждой секундой.
— Нет. Не знаем. Вас, похоже, ввели в заблуждение, я среди десятых и одиннадцатых всех знаю. Не хочу думать о вас заранее плохо, но ваше поведение кажется странным, — многозначительно посмотрел на Сыроежкина Витя Смирнов.
— Да, вы правы, похоже меня… разыграли. Простите, не хотел вас пугать, — Сыроежкин понял, что ещё немного и дело кончится объяснением с охраной, а то и с полицией и попытками доказать стражам правопорядка, что он не маньяк.
Ясно Серёже стало одно — раз он был тут утром, да ещё с собакой — Элек его не забыл и теперь ищет. Да, Эл Громов — такой же клиент Лаборатории «Повторная жизнь» как и сам Серёга.
Как только покинул территорию школы, Сыроежкин со всех ног бросился к Громову домой. Звонил, стучал, но дверь ему никто не открыл. Зато на шум высунулась бдительная соседка.
— Молодой человек, если вы не перестанете хулиганить, я вызову полицию!
— Простите, пожалуйста, я не могу связаться с жильцом этой квартиры. Он мой брат-близнец. Вы должны его знать. Его зовут Элек Громов, — Сергей был в полнейшей растерянности.
— Нет. Здесь никаких ваших близнецов точно нет. Эта квартира принадлежит семейной паре, они сдавали её последние полгода. Но точно не такому человеку как вы. Кроме того, насколько я понимаю, жилец вчера съехал. Не шумите больше! — дверь захлопнулась, а Серёжа сполз по стенке вниз. В ушах шумело, перед глазами всё качалось, он был на грани обморока.
Отсидевшись и кое-как успокоив нервы, Сыроежкин потащился в гостиницу. Плюхнулся, не раздеваясь, на кровать и стал смотреть контакты в телефоне. Всё, что касалось Громова, бесследно исчезло. Поиск по соцсетям также ничего не дал. Последняя надежда была на Лабораторию, а точнее лично на Гусева. Понятно, что Контора сведений о клиентах не разглашает, а будет ли к ним допуск у Сергея, и если будет, то когда — неизвестно. Как там Гусь-то говорил: «Мы у тебя в долгу», вот пусть долг и отдаёт. На Серёгу вдруг накатила дикая усталость и он вырубился, только будильник успел поставить.
Проснулся Серёжа в четыре утра от голода. Ел-то он со всеми этими делами почти сутки назад. Заказал пиццу, помылся-побрился, и стал думать, что же делать дальше, если Гусев ему не поможет. Город у них небольшой, можно будет нанять детектива, если Серёже действительно будут неплохо платить. Тогда есть шанс найти Громова. Конечно, оставалась вероятность, что в школе он был не под своим именем, но у них идентичная внешность — теперь Сыроежкин был в этом уверен — это должно упростить задачу.
В семь тридцать Сыроежкин зашёл в кабинет к Гусеву.
— Макар, — начал Сергей как можно более серьёзным тоном. — Мне надо поговорить с тобой, — в горле пересохло, Серёжа без спросу налил себе воды из стоящего на столе у Гусева Графина. — По личному вопросу. Дело в том, что…