Physical Education (ЛП)

Сердце вновь забилось ускореннее, но на этот раз от прилившего возбуждения. Мысли о том, как Ниган выглядел прошлой ночью, как он полностью взял контроль над ситуацией, возымели определённый эффект над Карлом. Он начал представлять вещи, о которых никогда бы не задумался: что, если Ниган вновь возьмёт эту тяжёлую биту в руки, игриво размахиваясь ею до самого летального страйка.
Карл обхватил своё возбуждение, провёл ладонью вдоль всей длины, пока член окончательно не встал. Представил Нигана без футболки, заляпанного кровью и широко улыбающимся. Карл хотел коснуться губами его губ. Хотел заключить его в кольцо своих рук и почувствовать на себе его сильные руки. Он хотел, чтоб Ниган смыл с него каждое мерзкое прикосновение, оставленное тем отродьем, он хотел быть покрыт Ниганом каждой частью тела. Ниган, держащий его. Касающийся его. Трущийся об него.
Карл с трудом задышал и кончил, наблюдая, как вода сразу же смыла следы предательского тела. Он застыл, пытаясь привести дыхание в норму и обдумать произошедшее. Он никогда не смотрел на Нигана в таком ключе. Он ни на кого не смотрел в таком ключе. После полученной раны он совершенно перестал заглядываться на девушек. Но внезапно появился Ниган, что смотрел на него и видел таким, каким он был.
Нажав на кран, Карл тряхнул головой, разбрызгиваясь водой во все стороны. Попытался вытолкнуть мысли о Нигане из головы, но они были лучше, чем мысли об ублюдке. Карл знал, что на самом деле он не хотел Нигана. Это просто был способ справиться со случившимся. И это помогало, потому он решил, что всё было в порядке. Если это заставляло чувствовать его лучше, он не собирался за это себя корить и терять время над размышлениями об этом. У него уже было достаточно вещей, над которыми ему нужно было подумать.
Он вновь натянул на себя чужую одежду и полотенцем просушил волосы. Вытерев запотевшее зеркало ладонью, вспомнил, что на нём так и не было повязки. Нервировало, что он уже так долго её не носил. Он никогда не ходил так дома. Карл осторожно провёл пальцами по шрамам, прежде чем отвернуться. Уложив волосы на отсутствующий глаз, вошёл в гостиную.
Ниган уже сидел там с пивом в руке, уставившись в выключенный телевизор.
— Ты звучал так, будто чувствуешь себя лучше, — Карл пытался убрать в голосе едкость, но не думал, что у него вышло.
Ниган усмехнулся.
— Вот как? Отъебись, пацан. Мы с тобой должны вести себя как обычно, понял? Ничего не выбивающегося с рутины. Включая эту хрень, — он указал наружу.
— Они всё ещё здесь?
— Нет, — он отложил бутылку. — Тебя подвезти?
Карл нахмурился.
— Я-, он замешкался. — Могу я остаться на ещё один день? Не могу сейчас домой.
Потерев лоб, Ниган махнул:
— Какого чёрта. Не то, чтоб мы можем угодить в ещё большее дерьмо. Точно не до тех пор, как задёрнут занавес случившегося.
Пытаясь побороть приливающую к щекам кровь, Карл сел рядом с ним. Он внезапно понял, что угодить “в ещё большее дерьмо” с Ниганом было абсолютно тем, чего ему хотелось. Он знал, что это, во всяком случае, отвлекло бы его от главной проблемы.
Ниган включил телевизор, и они оба уставились в ящик. Карл не обращал внимания на происходящее на экране, и у него было такое чувство, что Ниган тоже.
_________________________
Ниган сжёг их одежду. И биту. Он избавился от любой вещи, способной указать на них, доказать, что они были в индустриальном парке прошлой ночью. Карл вновь уснул. По какой-то причине Ниган позволял ему спать в его постели, а Карл не спрашивал почему. Это было его единственным утешением. Убедившись ночью, что Ниган уснул, он подполз ближе и закинул на него руку, чтоб тактильно чувствовать его присутствие.
Когда настал момент возвращаться домой, он сказал Нигану, что пройдётся пешком. Ему нужно было доказать себе, что тот мудак не забрал с собой и это. Прогулка была единственной формой его приватности и независимости, и он никому не позволит это у него отнять.
Он вернулся домой без всяких происшествий и теперь готовился делать вид, что ничего не произошло. К счастью, родители не трогали его в лишний раз после несчастного случая.
 
Карл медленно, размеренно задышал и сфокусировался на том, чём должен был. Был обычный день, такой же как и любой другой — ему просто нужно было его пережить.
========== Глава 7 ==========
На следующей неделе в школе всё было тихо. Карл был как никогда бдителен, часто ловя себя на том, что бросал взгляд направо, чтоб точно убедиться в своей безопасности. Во время занятий он исписывал блокнот, с силой вдавливая в бумагу ручку, время от времени агрессивно закрашивая написанное. Учителя по большей части оставляли его в покое, чувствуя, что он был не в лучшем расположении духа для участия в занятии. Он был за это благодарен.
Наибольшую тревогу вызывала физкультура. Ему всё ещё была прописана физиотерапия. Карл знал, что на данной стадии он уже мог заниматься тем же, что и одноклассники, но ни он, ни Ниган не упомянули это, словно бы придя к немому соглашению сохранять дистанцию во время урока. Карл действительно не возражал. Каждый раз, когда Ниган проходил рядом, его сердцебиение учащалось. Он исподтишка, насколько мог, наблюдал за ним, откладывая терапию в сторону. Он знал, что тот замечал это, но ему было всё равно.
Карл отметил, что уже несколько дней Ниган разыгрывал какое-то шоу. Ему нравилось думать, что из-за него: он собачился с некоторыми учениками слишком сильно, не совсем понимая, где нужно было смягчиться. Он больше был похож на того себя, к которому школьники приходили домой.
Карл как-то раз отметил спокойную, уверенную, немного пружинистую походку Нигана, когда тот направился к ученикам с чётким недовольным выговором.
Это внезапно напомнило Карлу о той ночи. У него было то же спокойное, хладнокровное поведение, косвенно указывающее на его авторитет. У Нигана всегда оно было, но Карлу думалось, что сейчас оно стало немного иным. Словно осознанным. Или, может, он просто знал, что именно подпитывало такое впечатление.
Он пристально наблюдал, как Ниган накричал на его сверстников, раздал указы, откинул волосы назад и уложил руки себе на бёдра. На фоне довольно узкого таза его плечи казались широкими. Карл задумался: каково было бы обхватить пальцами его бёдра.
Он никогда не думал о парнях в таком смысле, пока Ниган не заставил его познать чуть больше о своих предпочтениях.
Он вытащил его из ямы жалости к себе и приказал жить нормальной жизнью — по-крайней мере, настолько нормальной, насколько она могла быть в его ситуации.
Карл мимолётно поймал ответный взгляд Нигана, что заставило живот скрутиться. Он ругал себя за такое стереотипное поведение, но да, он больше не мог отрицать зарождающиеся к Нигану чувства.
Умом Карл понимал, что это было из-за той ночи. Его раздражала мысль, что внезапное осознание привлекательности Нигана было тесно связано с пониманием того, что он беспокоился достаточно, чтоб прийти к нему на помощь. Чтобы Ниган убил человека для него. Ко всему прочему, избавился от тела по настоянию Карла. Теперь была какая-то скрытая, глубокая привязанность Карла к нему, так как отныне пережитое той ночью тесно связывало их. Понимание, на что именно Ниган ради него пошёл, лишь усиливало это чувство.
Раз уж во время занятий они почти не взаимодействовали, Карл приходил к нему после школы гораздо чаще. Ниган не возражал. Он больше пил. Больше смеялся. И больше смотрел на Карла.
На выходных его испугала перспектива проторчать значительную часть времени дома, потому заявился к нему ранним утром, самостоятельно открыв входную дверь. Он скинул с себя обувь и углубился в дом в поисках Нигана. В гостиной было тихо и пусто. Со скрипом открыв дверь в спальню, он нашёл его спящим в своей постели. Карл знал, что ему стоило выйти и подождать на диване, но вид одеяла, едва прикрывающего зад и открывающего вид на голую спину, заставил его подойти поближе.
Пол под ногами заскрипел, когда он подошёл к краю кровати. Больше всего он сейчас хотел сжаться в комок рядом, окутав себя руками Нигана.