Темный Охотник 5 (СИ)

Итак…
Помимо нас троих на судилище присутствовал сам виновник торжества и старшие женщины рода. Право голоса из всех имела только баба Шура. Ну а ещё бы. Всё-таки она у нас светская львица, которая наводила мосты между семьями, и в судьбе рода играла не последнюю роль.
Так же в сигарной комнате присутствовала тётя София, — вдова дяди Лёши, — и моя мать. Потерпевшая сторона, так сказать.
Кресла в сигарной комнате по такому случаю были составлены полукругом и образовывали что-то вроде… лобного места? Да, наверное, так. Не думаю, что дяде Пете будет выделено хоть какое-то сиденье, и стоять по центру комнаты ему будет ой как неуютно.
Ну и хорошо.
— Папа, ну зачем вы опять начали курить? — нахмурилась баба Шура, с укором глядя на Патриарха.
Дед в ответ лишь буркнул что-то невразумительное, и именно в этот момент в комнату под белы рученьки завели его. Два мужика с автоматами, — одного из которых прямо при мне инструктировал Ратмир, — затолкали Кривцова в комнату и, ровно как я и ожидал, поставили в центр импровизированного круга.
— Это не я! — с порога заорал Петя. — Это какое-то недоразумение! Михаил Александрович⁉ Что происходит⁉
А Михаил Александрович в ответ придавил Кривцова своей силой, да так, что тот зажал руками уши и припал на одно колено.
— Без истерик, — жёстко и рублено сказал Патриарх.
— Аый, — провыл дядя Петя и вновь встал в полный рост. — Я требую права оправдаться.
— Оправдывайся, — кивнул Михаил Александрович.
— Я не знаю, в чём вы меня обвиняете, — начал Кривцов; притом начал так страстно и вдохновенно, что мне аж захотелось ему поверить. — Но подозреваю, что во всех тех покушениях, которые случились с вашей семьёй за последние годы.
— Правильно подозреваешь, — и вновь кивок Патриарха.
— Так вот это! — Петя ударил себя кулаком в грудь. — Не! Я!
— Ну а кто же тогда?
— А сами не понимаете до сих пор⁉ Никаких совпадений в датах не улавливаете⁉
Деда Миша хмыкнул и прикурил очередную сигарету. Затем он сделал жест, мол, продолжай-продолжай, и с интересом уставился на Кривцова. Причём интерес его был… м-м-м… не показной, нет. И слово не то, и посыл у него не тот. Этот интерес был скорее похож на интерес сытой кошки, которая смотрит, как мышь извивается под пружиной мышеловки.
Наглая такая, вороватая мышь.
— Подумайте сами, Михаил Александрович! Кого вы приблизили к себе достаточно, чтобы он мог провернуть подобное злодейство⁉
— Тебя, — ни раздумывая ни секунды ответил Патриарх; прямо и просто.
— А ещё⁉
— Петя, — тут он скривился. — Не ходи вокруг да около. Если ты ещё не понял, ситуация не та.
— Ратмир! — закричал Кривцов.
— Вот как? — а вот это деда удивило и, кажется, даже немного позабавило. — Действительно?
— Да! Вспомните, где был Ратмир, когда случилась авиакатастрофа⁉
— Не помню, — честно ответил Патриарх.
— Провожал Алексея Михайловича и Кирилла Константиновича до аэропорта! А когда начались покушения на Артёма⁉ Думаете, он просто так взял себе отпуск⁉
— Я сам дал ему отпуск, — спокойно ответил деда Миша и глубоко-глубоко затянулся.
— И этот гад воспользовался вашей щедростью! — тут Кривцов вошёл в раж и начал загибать пальцы. — Покушение на лайнере! Где был Ратмир⁉ Неизвестно! Покушение в Ацтекской Империи! Где был Ратмир⁉ Неизвестно! Покушение…
— Я понял-понял, — кивнул Патриарх. — К сути.
— К сути? — дядя Петя состроил такую злобную рожу, что мне аж не по себе стало. — Вы что, правда не понимаете? Когда покушения на Артёма происходили где-то далеко, то и Ратмир был где-то далеко. Когда Артём вернулся, то какое-то время всё было спокойно. Но стоило лишь вернуться его драгоценному наставнику, как вот, пожалуйста! Два покушения за два дня⁉
— Два? — улыбнулся Патриарх.
— А-а-а, — протянул Петя. — Э-э-э…
— Если ты посчитал попытку отравления моего внука в Императорской больнице, то поздравляю тебя, Петя, ты балбес. Ты не мог о ней знать.
Какой же звериный страх появился в глазах Кривцова в этот момент. Он аж скукожился весь, аж постарел.
 
Жалко ли мне было в этот момент нашего семейного трудоголика дядю Петю? Пф-ф… С хера ли?
— К тому же, буквально пару часов назад ко мне зашёл сотрудник Тайной Канцелярии, небезызвестный тебе граф Фирсов, и привёз одно очень интересное кино.
Патриарх взял с небольшого журнального столика пульт и нажал на кнопку.
— Без звука, правда, — добавил деда Миша. — Зато цветное.
Ох уж этот его мрачный юморок. Вот в кого я пошёл, по ходу дела.
Свет в сигарной комнате погас и за нашими спинами из потолка выехало белое полотно. Над головой Кривцова зажёгся проектор и на экране мы увидели исчерпывающую картинку. На ней дядя Петя ждёт, когда медсестра принесёт ему кофе, и в этот момент вгоняет шприц с неизвестным содержимым в систему. В тот самый пакет с физраствором и витаминками, который был уготован бедному беззащитному мне.
— Петь, — в полной тишине сказал Патриарх, — мы с тобой уже разговаривали на эту тему, и не раз. Организатор ты отличный, но вот исполнитель из тебя никакой. За что не возьмёшься, всё обязательно через жопу.
Так…
Какие выводы могу сделать из ситуации лично я? Организатор и исполнитель… Исполнитель и организатор.
Да!
Дед прав. От первого слова и до последнего. Кривцов очень умный мужик, раз сумел дотянуться до меня и на лайнере, и в Арапахо, но вот именно сейчас он начал спешить и оступился. А почему начал спешить? Да потому что у него сегодня, по сути, последний шанс выпал от меня избавиться!
Мало того, что он последний, он ещё и случайный, — ну кто ж знал, что нас с императорскими детками ждёт муравьиный трип? Времени на подготовку у дяди Пети не было от слова «совсем».
А убить было надо.
Ведь после того, как я перевезу через Атлантику и расселю в Коломне четыре сотни разломных воинов, подобраться к роду Черновых будет попросту невозможно. Ни хитростью, ни нахрапом, никак! Даже изнутри!
Так что мой вывод таков: Кривцова сгубила суета и паника.
— Сука ты такая, — абсолютно спокойно сказал Патриарх, через нос выдохнул плотную струю дыма и затушил сигарету в пепельнице. — Ну и чем ты, скажи на милость, был недоволен?
Кривцов молчал.
— Работал ведь на нас, как проклятый. Я же сам видел, Петь. Столько, сколько ты, на моей памяти никто для фамильного бизнеса не сделал. И дочь ведь почти пристроил. А твои внуки, Петь, — Патриарх откинулся в кресле. — Твои внуки носили бы фамилию Черновых и состояли бы в баронском роде…
И тут Кривцова прорвало.
— В баронском! — выплюнул он, будто бы это было какое-то ругательство. — До сих пор в баронском! Учитывая весь тот потенциал, который заложен в этот род! При всём трудолюбии! При всей гениальности! — слово «гениальность» дядя Петя подчеркнул особенно. — При всём отношении к жизни, нежелании сидеть на жопе ровно в то время как другие аристократические рода не делают ровным счётом НИ-ЧЕ-ГО…
Тут Кривцов аж начал задыхаться от злости.
— При всём при этом, — продолжил он спустя короткую передышку, — твой род до сих пор баронский! Если бы ты послушал меня! Если бы сделал, как я говорю, то всё давным-давно было бы иначе! Если бы мы, как я и настаивал, вывели на рынок порта-а-а-А-АЙ! — волна силы накрыла Кривцова так, что он заорал раненым зверем, упал на пол и свернулся в позу эмбриона.
Так-так-так…
Кажется, дядя Петя ляпнул лишнего. А я это лишнее услышал. Порталы? Что за, мать его, порталы?
Если это именно то, о чём я думаю, — то бишь порталы в общепринятом значении этого слова, — тогда… тогда… Нет! Стоять! Одного случайного слова недостаточно, чтобы фантазировать и строить планы.
Кажется, по возвращении из Ацтекской Империи, нас с дедом ждёт интересный разговор.
— Ненавижу, с-с-с-с-сука, — стонал Кривцов, дёргаясь на полу. — Ненавижу, с-с-сука, магов!
Следующие пять минут ушли на то, чтобы привести дядю Петю в вертикальное положение. Бедняга вспотел так, будто бы его только что вытащили из бани. Да и в целом производил жалкое впечатление.