Чемодан без ручки (СИ)

Макар держался долго. Своей основной задачей он видел вырастить Этьена, выучить, ввести его в курс дел, чтобы он мог сам руководить школами, и… не помереть при этом раньше времени самому. И тут вдруг выясняется, что шестнадцатилетний юноша, который наконец-то оклемался от пережитого и обрёл душевное равновесие, не просто привязался к своему опекуну, он… влюбился в Макара! А коль скоро ориентация приёмного родителя секретом от молодого человека никогда не являлась, то сдерживать себя в проявлении чувств Этьен даже не пытался.
  
Гусев от такого «счастья» не знал куда деваться. Ему было не до романов, секс с возрастом и на фоне не самого лучшего самочувствия уже не представлялся ему такой уж неотъемлемой частью жизни. К тому же связь с парнем, у которого ещё ветер в голове, грозила в будущем осложнить им обоим отношения, в том числе и деловые. В итоге он кое-как отбился от домогательств пасынка под предлогом того, что с несовершеннолетним дело не будет иметь в принципе. Искренне надеясь при этом, что подростковая дурь у Этьена за два года пройдёт и он переключится на своих ровесников.
Как минимум попытки завести отношения с кем-то ещё Этьен делал. Макар Степанович убедился в этом ровно в тот день, когда прекратилось его опекунство над мальчиком — потому что проснулся он оттого, что бывший приёмный сын делает ему минет. Весьма, кстати, умело.
— Я понял, это твой коварный план — побыстрее свести меня в могилу, — еле отдышавшись, сказал Макар и попытался ссадить с себя любовника, который за несколько часов так его заездил, что шутка эта была шуткой лишь отчасти.
— Нет, что ты, — Этьен юмора не оценил. — Я не хотел тебя напрягать. Просто так давно ждал этого. Я очень люблю тебя, Макар, правда. И теперь мы можем быть по-настоящему вместе. А в следующий раз можешь лежать и вообще ничего не делать, я сам всё…
— Боги, Этьен! Зачем тебе это всё? — слова о следующем разе заставили Макара схватиться за голову. — Вокруг столько молодых, красивых и здоровых, а ты вбил себе в голову, что тебе нужна старая развалина вроде меня!
— Ты не старый, — возмутился парень. — И не разваливаешься. Ты всё ещё очень красив, и я люблю тебя!
— Дурак, — фыркнул Гусь, уложил наконец-то Этьена на себя, поцеловал в макушку и сказал: — С Днём рождения, малыш! В гараже увидишь свой подарок.
Макар крепче прижал к себе парня и подумал, что когда-то о подобном Харлее мечтал Серёжа. Те несколько недель в конце шестого класса, когда они с ним были не разлей вода, Сыроега все уши ему прожужжал, как это круто иметь такой байк. Рассекал по дворам на своей старенькой Верховине и вопил: «Я беспечный ездок, хе-эй!» Если бы Макар не отвернулся от него после той истории с «Электроником», если бы только смог простить… Да и что в сущности было прощать? Нелепый детский розыгрыш со своим родственником-двойником? С тех пор Серёжа никогда даже не вспоминал о нём. Всё это было бы смешно, если бы не было так грустно.
Воспоминания о юности, несбывшейся любви и кудрявая белокурая макушка на его груди совсем сбили Гусева с толку. На миг ему показалось, что не было никаких разлук и обид, что они с Серёжей вместе, всё ещё молоды и вся жизнь впереди…
— Я люблю тебя… — по-русски вырвалось у Макара.
— Ну, наконец-то ты это сказал! — просиял Этьен, который за время жизни с Гусевым стал немного понимать родной язык опекуна, и опять полез целоваться.
========== 19. Ты погляди, не осталось ли что-нибудь после меня ==========
Сергей опять поругался с Сашей. И Шурка трубку не взяла. Не удивительно, что он расстроился, и не просто расстроился — Сергей Палыч был на грани отчаяния. Чтобы немного успокоиться, попробовал чем-нибудь себя занять, например, разобрать электронные и бумажные квитанции, оплатить счета, подбить расходы за этот месяц… Помогло плохо. Тогда он вспомнил про припрятанную бутылку брусничной наливки, которую под большим секретом приобрёл намедни у соседки в обмен на ведёрко красной смородины. Но, подумав немного, решил, что это удовольствие он оставит на потом, когда удастся улизнуть от бдительного ока своего андроида. А пока пусть этот самый андроид ему что-нибудь приятное сделает — отсосёт хотя бы. А то ж Сергей только ради него и старается. Правда, пока безуспешно…
Эл старательно исполнил «супружеский долг» и опять засел за своё рисование, а Серёжа пошёл собирать оставшуюся смородину и размышлять, есть ли вообще из сложившейся ситуации выход.
Несколько лет назад, перенеся инфаркт миокарда и выслушав неутешительные прогнозы докторов, Сергей Палыч Сыроежкин всерьёз задумался о судьбе Электроника. Сколько он протянет — неизвестно, но в любом случае Эл его переживёт. И что тогда будет с роботом, кто будет о нём заботиться? Так-то он вполне себе самостоятельный андроид, но человек, который бы его «прикрывал» Электронику всё равно необходим. Кто на это согласится? Кроме как на семью, Сергею было надеяться не на кого, и он, естественно, первым делом обратился с просьбой после своей кончины взять на себя заботы об андроиде к сыну. Саша отреагировал странно. Он согласился взять робота себе, но поставил условие:
— Хорошо, — сказал он. — Я заберу Эла и обеспечу ему безопасность, но только, если ты отдашь мне его прямо сейчас. В противном случае даже и не думай, что мне интересно получить в наследство твою сильно поюзанную сексуальную игрушку.
Серёжа опешил. Всё что угодно ожидал он услышать от сына, но такое и предположить не мог.
— Как… Почему, Саня? Почему ты так говоришь о нём? — недоумевал Серёжа. — Ты же всегда хорошо к Электронику относился. А сейчас как о вещи какой-то…
— Ну, он и есть вещь, в некотором роде, — холодно ответил Саша. — Но, в любом случае, возьму я его только в ближайшее время. Потом он мне не нужен.
— Но Сань… Что изменится-то? Сейчас, потом, какая разница? Или ты его подержишь сейчас у себя, а потом выгонишь? Ты ведь не поступишь так с ним…
— Если отдашь мне его прямо сейчас — не выгоню. Но потом просто не возьму, — повторил Саша, окончательно поставив отца в тупик.
Расчёт был прост — надавить на отца, чтобы тот как можно скорее сам отдал ему робота. Конечно же, никакой вещью Электроник для Саши не был. Но, ставшая с годами навязчивой идея заполучить андроида в своё безраздельное пользование не давала молодому человеку покоя. Да, он безумно хотел Элека. Во всех смыслах. Тем не менее, считать дни и месяцы до кончины любимого отца, чтобы забрать Эла себе, было Саше глубоко противно. И он решил не ждать и, тем самым, разрубить мучивший его гордиев узел противоречивых желаний. Он бы и сам предложил, не откладывая в долгий ящик, решить судьбу андроида, но Сергей его опередил.
Вот так прям сразу расстаться с роботом, с которым без преувеличения он прожил всю жизнь, и к которому был привязан, Сергей готов не был. Но Саша наседал, и он в итоге сдался, очередной раз готовясь пожертвовать личным счастьем ради благополучия Электроника. Жить с роботом было весьма комфортно во всех отношениях, и остаться под конец одному Сергею совсем не хотелось. Но что поделаешь… В итоге он решился.
— Эл, я хочу, чтобы ты теперь жил с Сашей, — озвучил своё решение Серёжа.
— Почему? — удивился Электроник. А когда Серёжа объяснил ему всю ситуацию со странными Сашиными требованиями, сказал: — Нет. Даже не думай, я тебя не брошу. Особенно сейчас, когда ты болен и нуждаешься в помощи.
— Ну, не так уж мне эта помощь и нужна… — несмело возразил Сыроежкин. — Я вполне справляюсь сам. Да и Саша обещал помогать, если что…