Мажор и провинциалка. Женюсь на тебе

Снизу кто-то мяукнул. О ногу Вадима тёрлась полосатая кошка с огромным пузом и длинным тощим хвостом.
– Почувствовала доброе сердце, – тихо усмехнулся я, покосившись на друга.
– Я тебя прикончу. Клянусь, – сквозь натянутую улыбку прошипел он.
Я хмыкнул и повернулся к Васе. Наши взгляды пересеклись, но этим я не ограничился – осмотрел её с головы до ног. Коса до пояса, глаза-блюдца, вязаная кофта и юбка в пол. Кольца не хватает, но это не проблема.
  
Забывшись, Вася выронила кружевную салфетку. Я поднял и подал ей.
– Сама вязала? – спросил тихо, ненароком дотронувшись до её пальцев.
– Угу.
– Красиво. Ты иди, собирай чемодан.
– Я не уверена, что справлюсь, Дмитрий. Вы…
– Ты. – Я сжал её ладонь и посмотрел в глаза. – Ты, – повторил настойчиво и выпустил пальцы, отлично представив на безымянном обручальное кольцо.
 
Глава 2
 
Дмитрий
Заливавшийся уже добрых полчаса петух внезапно затих.
– Неужели, – пробормотал Вадим с соседней постели. – Может, его это… кхх? На суп?
– Время сколько?
Не дожидаясь, пока он раскачается, я дотянулся до мобильного. Половина пятого, мать его! А со двора уже слышны голоса семейки.
– Представляешь, рожу моего бати?
Друг хмыкнул и выматерился. Я повернулся к нему. На груди у него сидела, перебирая лапами, кошка, и мурлыкала так, что мне было слышно.
– Это любовь, – констатировал, поднимаясь. – Будешь многодетным папашей.
Какие-то блага цивилизации добрались и до глуши. Горячая вода и душ в доме пришлись кстати. Открыл дверь и наткнулся на Василису.
– Бабушка завтрак приготовила, – обрадовала она.
Поблагодарить я не успел – взгляд Васи стал многозначительным.
– У нас всё просто. Без изысков. Но бабушка старалась, поэтому, пожалуйста, даже если что-то не так, не показывайте этого.
– Мы же на «ты», – напомнил я.
– Я говорю про тебя и твоего друга.
Сегодня на Ваське было платье с круглым вырезом. Сама скромность и добропорядочность. Бабка позвала её с кухни, но я придержал Василису за локоть.
– Поменяем колесо и поедем в ближайший город.
– Зачем?
Бабка позвала опять, и Васенька нетерпеливо высвободила руку. Но не ушла. При дневном свете её волосы казались ещё светлее, а глаза – больше.
– Иду, бабуль! – крикнула она и понизила голос: – Я распишусь с тобой, хотя это всё похоже на фарс. Но у меня условие.
– Вот как?
– Да, именно так.
– И что за условие?
– Обследование для дедушки и бабушки. Полное. И лечение, если потребуется.
Настрой у неё был решительный. Этакая амазонка из русской деревни. Для колоритности не хватает коня и серпа в руках. С учётом того, что я во всех смыслах был выше её на голову и смотрела она снизу вверх, это выглядело забавно.
– Обследование и лечение для твоих стариков, а для тебя чего?
– Мне ничего не нужно. А за бабушку с дедушкой я буду благодарна. Сама я их до поликлиники доехать не заставлю, да и врачей тут хороших нет. Ну так что, договорились?
Я выдержал паузу. Пусть понервничает.
– Договорились, – протянул руку.
Она неловко подала свою. Пальцы у неё были длинные, как у пианистки, а запястье тонкое. На нём болталось несколько сплетённых из ниток браслетов разной толщины и цвета.
– Пойдём, – показал на кухню. – Буду отвешивать твоей бабушке комплименты.
***
Вадим походил на раздражённого чёрта.
– Карета к вашим услугам, – кивнул на машину.
Какая муха его укусила, хер знает. Я кивнул с вопросом.
– В следующий раз не проси, чтобы я тебя отвёз. К лешему. Чтоб я в шесть утра колёса менял!
Из дома вышла Василиса, и я сделал знак, чтобы он заткнулся. Вадим хмыкнул.
– Фаты не хватает. А так хоть сейчас в ЗАГС.
– Туда и едем. Я уже договорился.
На Ваське было длинное белое платье. Не свадебное, разумеется, но достаточно колоритное. Из какого бабкиного сундука она его выудила, хотел бы я знать.
– Если этот домик потрясти, можно кучу хлама для любителей ролевых игр отыскать, – наблюдая за моей приближающейся «невестой», задумчиво сказал друг.
– Хочешь заняться освоением нового дела?
Вася подошла, и я открыл заднюю дверцу. Но из дома не по годам резво выскочила её бабка. Лечение? Со слухом у бабули, конечно, плохо, но в резвости она того и гляди меня переплюнет.
– Подождите! – Бабка ускорилась. – Василисушка, погоди. – Она притормозила возле внучки. – Ой, бежала так… Боялась, не успею, уедете.
– Бабуль, ну ты что? – ласково улыбнулась Васька.
– Вот. – Она сунула ей деньги. – Купи мне шаль. Светлую, красивую. Денег не жалей, бери хорошую. Всё-таки в Москву едем. Вася, – она понизила голос до громкого шёпота, – а если мы кого-нибудь знаменитого там встретим? А если президента?
– Это вряд ли, бабуль. Но шаль я тебе куплю. Самую красивую.
Вася подошла ко мне, я по привычке приготовился, что меня обдаст ароматом духов, что не вдохнуть не выдохнуть, но дышать было по-прежнему легко.
– Документы взяла?
Она показала мне паспорт.
– Только я не буду фамилию менять.
– Я тебе свою фамилию и не предлагаю, – ответил, нагнувшись к ней, и захлопнул дверцу.
Бабка нас перекрестила. Я прям в фильм «Изгоняющий дьявола» попал, но демон из меня не выскочил, и из Вадима тоже.
– Ну, с богом! Езжайте.
Глаза у неё подозрительно намокли, даже неловко стало. Я побыстрее сел за руль.
– Э-э, а я что? – пришёл в недоумение Вадим.
– А ты старикам помоги собраться. Мы и без тебя справимся.
***
Схватив Василису за руку, я провёл её по пустому холлу ЗАГСа и, ворвавшись в кабинет директорши, бросил перед ней паспорт. Отобрал у Васьки её и пустил следом.
– Мы разговаривали утром, – напомнил и показал на свой паспорт.
Клуша раскрыла его, наткнулась на купюры и расплылась в улыбке.
– А-а, Дмитрий Сергеевич, – протянула она, доставая книгу. – Так бы сразу и сказали.
– Я так сразу и сказал.
Она подняла зад, ткнула на кнопку на магнитофоне, и в кабинете загремел марш Мендельсона. Вася вздрогнула. Я ткнул в ту же кнопку.
– Можно и без этого. Нам просто расписаться.
Директор ушла за книгой, оставив нас одних.
– Так просто? – шёпотом спросила Василиса. – Сколько ты ей дал?
– Полтинник, – ответил, нагнувшись к её уху.
Пахла она не духами, но на удивление вкусно. Какой чёрт дёрнул меня вдохнуть поглубже – не знаю. Какой дотронуться при этом до её волос – тоже.
– Ты что делаешь?
– Ничего не делаю. Интересно стало, сколько ты свою косу растила? – Пальцами провёл почти до конца.
– Долго, – отрезала она и отступила на шаг.
Я подошёл снова и дотронулся до её талии. Ненавязчиво, чтобы, не дай бог, не напугать. Платье было тоньше, чем я думал, и на плече выглядывала лямка бюстгальтера. Я подтянул платье, попутно касаясь кожи.
– Дима! – прошептала она. – Мы же так не договаривались. Я не…
– У тебя торчала лямка.
Продолжить не дала вернувшаяся с книгой директор. Она безошибочно открыла нужную страницу и вручила нам по ручке.
– Здесь и здесь, – ткнула пальцем в строки.
Я сделал приглашающий жест. Вася стиснула ручку до белизны костяшек, а сама стала похожа на приведение.
– Лучший слуховой аппарат для Софии Васильевны, – сквозь зубы напомнил я.
Кончик ручки упёрся в строку. Василиса посмотрела на меня из-под ресниц и поставила роспись. Красивую, нужно сказать, для деревенской девчонки. Я тоже расписался.
– Ну всё, теперь вы муж и жена! – объявила директор ЗАГСа. – Если у вас нет колец…
Я остановил её. Достал кольца и, взяв Васькину руку, надел маленькое, с камешками, на её безымянный палец.
– Отлично. Отец заценит.
– Красивое… – шепнула Вася, посмотрев на свою руку.
– Ещё бы. Белое золото с сапфирами. Держи, – протянул ей второе и свою руку.