Сборник. Верберы

Я прикрыла глаза и зверь внутри, правда, зашевелился. Я ощутила себя иначе. Свободной. Легкой, мощной и крылатой.
Раз – и я уже под потолком рядом с сыном.
– Ну вот. А теперь самое сложное. Будем учиться управлять полетом и маневрировать в воздухе.
Вначале мы просто «обезьянничали» за наставником. Старались выполнять те же повороты и виражи, что и он. Резко снижаться и набирать высоту. Это оказалось не так уж и просто, однако через какое-то время у нас начало получаться.
Затем Искандер заявил:
– А теперь усложним задачу.
Подлетел к какому-то рычагу в потолке и потянул за него…
…В нас ударил ветер. Крылья раздулись парусами. Мы с Климом начали пытаться выровняться, но вместо этого стали кувыркаться в воздухе.
– О-отставить! – шутливо скомандовал Искандер. – Вы боретесь с ветром, а нужно ловить потоки воздуха и использовать их. Закройте глаза, расправьте крылья и почувствуйте куда они направляются. А потом сами разберитесь, куда нужно вам. Ветер шевелит воздух. Потоки идут во все стороны. Нисходящие, восходящие, перпендикулярные и параллельные. Вихри, наконец. Вам просто нужно почувствовать их. Не бороться с ненужными, а поймать правильные. Заодно и энергию сэкономите!
Первое время у меня ничего не получалось. Клим уже спокойно летел и по ветру, и против ветра. А меня все закручивало и закручивало. Даже странно, что голова не кружилась. Я без конца кувыркалась в воздухе.
Наконец, Искандер подлетел и сообщил.
– Сейчас, подключусь. Откройся мне.
Я не понимала – о чем это он.
– Ты мне доверяешь? – спросил голубой нэнги.
– Да, – выдохнула я.
Внезапно в холку словно теплый луч вонзился. И… я ощутила ветер.
Каждый поток воздуха, что струился в свою сторону.
Я начала различать эти струи и плыть в них, словно в воде. Как происходило в моих снах.
Юху! Эта свобода пьянила. И хотя мы облетали полигон в который уже раз, я не могла насытиться этим ощущением.
Наконец, Искандер спустился, сложил крылья и превратился в человека.
Махнул нам рукой.
Мы сделали также. Теперь отпустить зверя, вернее удержать внутри, стало значительно легче.
Я чувствовала его, вернее себя… Даже не знаю, как объяснить. Я воспринимала обе части своей сущности, могла совмещать их и разделять.
Искандер хитро прищурился и резюмировал:
– Вот теперь вы стали одним целым с вашей второй ипостасью. Думаю, еще несколько тренировок и все будет отлично! А теперь могу я пригласить вас на обед?
Я прищурилась и воззрилась на голубого нэнги.
Тот усмехнулся и развел руками.
– Алена. Я мог бы сказать, что хочу с вами подружиться. Контакт между преподавателем и учеником очень важен. Особенно в нашем случае. Я мог бы сказать, что мне поручили за вами присматривать. Но это не правда. За нами и так присматривают. За всеми. И оборотни, которые считают иначе, просто самонадеянные дураки.
– За верберами тоже присматривают? – уточнила я, почему-то вновь возвращаясь мыслями к Феликсу.
– Естественно!
– И за альфами?
– Конечно!
– А у нэнги нет племени?
Искандер усмехнулся.
– Вижу вы неплохо уже знаете про мохнатых. Нет, у нэнги нет племени. Мы единоличники. Подчиняемся общим законам и правилам. Так могу я продолжить?
Он внезапно как-то весь подобрался и выглядел очень торжественно. Словно собирался сообщить нечто ужасно важное.
Я кивнула. Клим оперся на стену и наблюдал за нами краешком глаза.
Искандер вдруг начал заметно волноваться. Засунул руки в карманы, вытащил и перекатился с носков на пятки.
Ему словно было не по себе.
Внезапно голос наставника дрогнул, он заговорил проникновенно, ласково, почти нежно. Словно общался с кем-то дорогим и близким.
– Вы – моя пара Алена. Знаете, что такое пара у оборотня?
– Ннет…
– Это как пара у зверей, которые объединяются в семьи. Единственная и неповторимая.
Я сморгнула. Он, что, сейчас признался мне в любви? То есть… Пара… истинная пара… В фэнтези я много об этом читала.
– В фэнтези пишут, что истинная пара – это прямо нечто. Будто бы оборотень на ней помешан и не может больше ни с кем другим построить семью. Будто он ее чует сразу и дальше любит всю свою жизнь, – растерянно произнесла я.
 
Клим кивнул. Он тоже читал подобные книги.
– Все верно, – серьезно кивнул Искандер. – Только у женщин нэнги нет истинной пары. Она есть исключительно у мужчин.
– Эм… а у верберов?
– Дались вам эти блохастые! – брезгливо поморщился Искандер.
И вот даже не знаю, но я почему-то снова подумала о Феликсе. Он никогда так не отзывался о других видах оборотней. С презрением и высокомерием. Как о существах низшего порядка.
– Вам нужно все переварить, Алена, – сделал свои выводы из моего молчания Искандер. – Но давайте я пока покормлю вас обедом? Вместе с вашим чудесным сыном?
– Я хочу пиццу! – заявил Клим и это все для меня решило.
…Всю дорогу Искандер поглядывал на меня в зеркало заднего вида с таким лицом, словно мы с ним встречаемся. И мне становилось все больше не по себе.
Пара… Истинная…
Да, я очень много об этом читала. Но правы ли книги фэнтези? Впрочем, спрашивать подобные вещи в присутствии Клима мне не хотелось.
Искандер заметил мое замешательство и уточнил:
– Есть вопросы, Алена? По поводу моего признания?
Я снова только кивнула. Ну не могла я разговаривать на эту тему. Пока не могла.
– Спрашивайте, – голос Искандера опять изменился. В нем появились ласковые интонации.
– Я не понимаю… Вы это сразу чувствуете?
– Мужчины? Да. В первую же встречу. Женщины тех видов оборотней, у которых тоже есть пара, ощущают, но немного попозже.
– И мужчина вот так вот сразу приходит и заявляет, что женщина – его истинная пара?
– Зачастую да. Так все и делают. Это равноценно признанию в настоящей и глубокой любви. Оборотню для такой не нужно узнавать женщину. Он просто сразу понимает – она. Видит только ее и только для нее старается стать лучшим, нужным и незаменимым.
Он сказал это с таким чувством, что даже Клим оторвался от созерцания вида за окнами.
– Эм… Давайте не при детях? А? – попросила я.
– Хорошо, – в ответе Искандера явственно чувствовался вздох разочарования. Но он исполнил мою просьбу.
Мы сходили в пиццерию, съели по огромной сочной пицце с поджаристыми колбасками, шампиньонами и нежным сливочным соусом. Ммм… Пальчики оближешь.
Выпили черничного чаю, и Искандер повез нас с Климом домой.
Поселок уже окутали первые сумерки. Серой вуалью легли меж домов, а фонари начали слабо мерцать.
Еще когда я выходила из машины, показалось, мелькнула чья-то тень. Но я не обратила внимания.
Тем более, что я все еще привыкала к усиленным ощущениям оборотня и могла заметить, например, качающиеся вдали ветки или двигающийся подъемный кран. Так, словно все это находилось поблизости.
Искандер вошел вместе с нами на участок и проводил до дверей дома. А когда Клим радостно забежал внутрь, и я обернулась, чтобы попрощаться, нэнги закрыл дверь и поставил руки по сторонам от моей головы. Я только растерянно сморгнула.
Мне нравился этот мужчина. Он был приятным, интеллигентным, очень интересным в общении. Но никаких особенных чувств я к нему не испытывала.
Я не хотела его разочаровывать. Но и давать надежду на то, чему не бывать, тоже не возникало желания. И вот пока Искандер смотрел на меня, не двигаясь и ничего не говоря, а я пыталась разобраться в себе, на участке появился еще один мужчина.
– А ну, отойди от нее, чешуйчатый! – зарычал из темноты Феликс. Я сразу узнала его голос.
Вербер вышел в световое пятно от лампочки над крыльцом дома и выглядел более чем угрожающе.
Волосы вздыбились, на лице застыл почти звериный оскал. Кажется, даже клыки чуть удлинились!
Глаза Феликса в темноте светились, словно внутри зажглись лампочки, мышцы окаменели.
Я отчетливо слышала рычание вербера, от которого все внутри леденело… Аж желудок скручивало узлом.