Террорист

— Подождите здесь. Я схожу и все выясню. — Он вылез из кабины и побежал к станции.
Дождь и не думал прекращаться. Между пивной и универсамом в сплошной стене здания зиял проем, торчали полуразрушенные балки. Очевидно, дом стал разрушаться под напором воды, и теперь перед ним собралась небольшая толпа людей. Кассейн лениво смотрел на них, потом полез в карман за сигаретами, но оказалось, что они уже кончились. Минуту поколебавшись, он подхватил сумку, выскочил из автобуса и побежал к киоску. Попросил у молодой продавщицы пару пачек сигарет и, если есть, топографическую карту местности. Карта в продаже была.
— Что происходит? — спросил Кассейн.
— Там разбирали старый зерновой склад. Все было нормально, пока не пошел дождь. В подвале что-то обвалилось. Перекрытия или еще что.
Вместе они стали наблюдать за происходящим. В этот момент с другого конца деревеньки появилась машина полиции. Подъехав, она остановилась. В ней сидел только один человек, здоровый, грузный мужчина в светло-голубой куртке с сержантскими нашивками. Он вышел, растолкал толпу и исчез внутри.
— Ну вот, кавалерия прискакала, — сказала продавщица.
— А разве он не местный?
— В Корбридже нет полицейского участка. Он из Данхилла. Сержант Броуди, Лаклан Броуди. — Одного тона ее было достаточно, чтобы все понять.
— Не очень-то вы его жалуете.
— Лаклан из тех, кто слишком часто пускает в ход кулаки. У него бульдожья сила, и ему нравится ее демонстрировать. Вы католик?
— Боюсь, что да.
— Для Лаклана это означает антихрист. Он еще проповедник местной секты.
Какой-то рабочий в оранжевой куртке и строительной каске вышел из толпы, по лицу его текли грязь и вода. Он прислонился к стене.
— Плохо дело? — спросила продавщица.
— Кошмар. Одного из моих людей зажало. Стена рухнула. Делаем все возможное, но в подвале мало места, и вода постоянно прибывает. — Он нахмурился и обратился к Кассейну. — Простите, святой отец, вы случайно не католик?
— Католик.
— Меня зову Гарди. — Мужчина схватил Кассейна за руку. — Я здесь мастер. Человек там, внизу, тоже из Глазго, он итальянец. Джино Тизини. Он боится, что сейчас умрет. Просил меня найти священника. Не пойдете ли со мной, святой отец?
— Конечно, — ни секунды не колеблясь, ответил Кассейн и передал свою сумку девушке. — Присмотрите за ней, хорошо?
— Не беспокойтесь, святой отец.
Они прошли сквозь толпу. Вниз, в яму, вели обвалившиеся ступеньки. Сержант Броуди сдерживал толпу. Гарди стал спускаться вниз. Когда за ним последовал Кассейн, Броуди грубо схватил его за руку.
— Это еще кто?
— Пропустите его, — сказал Гарди. — Он священник.
В глазах Броуди загорелись огоньки откровенной ненависти. Все это было слишком хорошо знакомо Кассейну. Опять Белфаст.
— Я вас не знаю, — рявкнул Броуди.
— Меня зовут Фаллон. Я из автобуса, идущего в Глазго, — спокойно объяснил Кассейн.
Он взял полицейского за руку, ослабляя его хватку. Броуди поморщился от боли. Кассейн отпихнул его и стал спускаться по ступенькам. Сразу же погрузился по колени в воду. Склонившись под низким перекрытием, он двигался вслед за Гарди. Подвал слабо освещался шахтерской лампой, высвечивая обломки каменной кладки и досок. Из узкой амбразуры, шатаясь, вышли два человека, оба промокшие до нитки и, очевидно, неимоверно уставшие.
— Все без толку, — сказал один из них. — Его голова будет в воде через пару минут.
Гарди прошел мимо них, Кассейн двинулся следом. Дальше им пришлось ползти на корточках. В темноте виднелось бледное лицо Джино Тизини. Кассейн уперся рукой в стену. Упало несколько кирпичей и досок.
— Осторожно! — крикнул Гарди. — Все может рухнуть, как колода карт.
В подвал с бульканьем прибывала вода. Тизини слабо улыбнулся.
— На исповедь у нас уже не хватит времени, святой отец.
— Нам ее и не надо. Нужно высвободить вас.
Еще один мощный поток воды обрушился на них, и лицо Тизини исказила гримаса ужаса. Кассейн продвинулся дальше, поддерживая голову итальянца над водой.
— Сюда уже много чего нанесло, — прошептал Гарди. — Его прижимает одна-единственная балка, но она соединена со стеной. Если ее сдвинуть с места, на нас обрушится все остальное.
  
— А если не сдвинуть, через две-три минуты он утонет.
— Вы тоже можете пострадать, святой отец.
— И вы. Так что вперед, за дело.
— Святой отец! — воскликнул Тизини. — Именем Господа отпустите мне грехи!
— По велению Господа отпускаю тебе все твои грехи именем Отца и Сына и Святого Духа, — произнес Кассейн и кивнул Гарди. — Давай!
Мастер глубоко вдохнул и нырнул вниз, обхватив руками злополучную балку. Его плечи, казалось, вспухли от напряжения, когда он вынырнул из воды, удерживая в руках балку. Тизини страшно закричал — поток воды бросил его к Кассейну. Стена зашаталась. Гарди подхватил Тизини и потащил его к выходу. Кассейн оттолкнулся от стены, прикрывая голову руками, ее обломки градом сыпались на него. Он уже почти добрался до выхода, когда тяжелый кирпич упал ему на голову.
  
Глава двенадцатая
 
Сознание медленно возвращалось к Кассейну. Открыв глаза, он увидел склонившуюся над ним девушку из газетного киоска. Сам он лежал на коврике у камина. Девушка вытирала ему лицо.
— Не беспокойтесь, все будет хорошо. Помните меня? Я Мойра Мак-Грегор. Вы у меня в магазинчике.
— А этот итальянец и парень по имени Гарди?
— Они наверху. Мы уже послали за доктором.
— Где моя сумка?
— В другой комнате, цела и невредима.
Появилась громада фигуры полицейского Броуди.
— С возвращением на землю живых, а? — он не скрывал своей неприязни. — Стоило, наверное, целой дюжины свечей Пресвятой Деве.
Полицейский вышел. Мойра Мак-Грегор улыбнулась Кассейну.
— Не обращайте внимания. Вы спасли Тизини жизнь, вы вместе с Гарди. Пойду приготовлю чай.
Она прошла в кухню и застала Броуди у стола.
— А мне бы чего-нибудь покрепче.
Девушка достала из буфета бутылку виски и рюмку. Молча поставила перед Броуди. Тот потянулся за стулом, схватил его и придвинул к себе, не заметив стоящую на нем сумку Кассейна. Она упала на пол. Верх ее был раскрыт, из нее вывалились пара рубашек, дарохранительница и фиолетовый епитрахиль.
— Это его сумка?
— Ну да. — Девушка повернулась, держа в руках чайник.
Полисмен присел на колено, засовывая вещи обратно. Вдруг он нахмурился.
— А это что такое?
Броуди держал в руках британский паспорт. Быстро раскрыл его.
— Мне он сказал, что его зовут Фаллон.
— Ну и что?
— Так почему тогда у него паспорт на имя отца Шона Дали? И фотография похожа. — Броуди стал шарить дальше. Двойное дно сумки отвалилось при падении со стула.
— Боже Всевышний! — изумленно воскликнул Броуди, вынимая из сумки пистолет.
— Что это все значит? — Мойре Мак-Грегори стало плохо.
— Скоро выясним.
Броуди прошел в другую комнату и поставил сумку на стул. Кассейн лежал с закрытыми глазами. Полицейский присел рядом с ним, вынул наручники и осторожно завел один из браслетов за левую руку Кассейна. Тот открыл глаза, и в этот миг Броуди схватил кисть правой руки, оковывая и ее сталью наручников. Он поставил Кассейна на ноги и с силой швырнул на стул.
— Что вы делаете? — вскрикнул Кассейн.
— А как прикажете все это понимать?
Он поднял фальшивое дно сумки и стал показывать его содержимое.
— Три пистолета, поддельные паспорта, солидная сумма денег. Чертовски интересный вы получаетесь священник. Ну, что скажете на это?
— Вы полицейский, вам видней.
Броуди ударил кулаком Кассейна по голове.
— Следите за манерами. Иначе я из вас котлету сделаю.
— Не бейте его, — попросила стоящая у двери Мойра Мак-Грегор.
— Женщины всегда одни и те же. — Броуди презрительно усмехнулся. — Вам он нравится, да? Только потому, что сыграл героя, спасая итальянца, а?