Шипы похоти (ЛП)

Но теперь я вернулся в Новый Орлеан.
Больше не будет задержек. Я хотел Татьяну. Я бы взял ее. Я ждал достаточно долго.
Василий сидел в кресле за столом, казалось бы, спокойный, но он был зол. Он знал, что я хочу ее. Он не хотел, чтобы она была у меня.
Когда я молчал, потому что мне нравится видеть, как люди корчатся, и мне нравилось напряженное, неловкое молчание, — продолжил Василий. — Почему она?
У меня щелкнула челюсть. Потому что она королева. Потому что она заставляет меня забыть, кто я. Потому что, несмотря на всю эту ерунду, мы подходим.
Но я ничего не сказал. Я бы не стал показывать Николаеву, какое влияние он имел на меня с сестрой.
Пусть семья Николаевых немного попотеет. Пришло время поставить их на место.
«Похоже, это подходящий способ погасить долг», — холодно заметил я, напоминая ему, чего мне стоила его семья.
— Даже если бы я сказал ей выйти за тебя замуж, она бы никогда этого не сделала. Нет, если она этого не захочет.
Я смотрел на него с безразличием, в то время как моя грудь сжималась. Я настолько ему поверил. Я мог бы попросить у Татьяны ее руки, но шалунья мне бы отказала. Она не была готова надеть мое кольцо на палец, но у нас было мало времени. Якудза приближались. София Волкова что-то задумала. Слишком многие враги знали, что чип каким-то образом связан с Татьяной.
Татьяна была силой. Держу пари, что ей придется расти с двумя старшими братьями, иначе ее никогда не услышат. К несчастью для нее, она была моим пороком. Она была там с той ночи, когда я прикоснулся к ней в этой чертовой беседке. Мне хотелось бы думать, что если бы я знал, какое влияние она на меня окажет, я был бы умнее, но это было бы ложью.
В тот момент, когда я заметил ее, Королева поставила Короля в положение, в котором невозможно было избежать плена. Мат. Она выиграла и даже не знала об этом.
«Я умею быть убедительным». Всегда был метод, к которому прибегал его собственный брат, — похищение.
— Выбирайте территорию, которую хотите, — сухо парировал Василий. «Вы уже начали чувствовать себя как дома в Новом Орлеане. Тебе нужен город?
Я мог бы многого добиться от Николаева за убийство брата. Жители Нового Орлеана. Луизиана. Порты. К счастью для него, мне нужна была только его сестра. Я так долго этого хотела, что он не мог предложить ничего, что убедило бы меня отказаться от нее.
И если бы он попытался удержать ее от меня, я бы прибег к войне.
"Нет."
Его взгляд сузился. Одно-единственное слово, но оно рассказало ему все. Мы смотрели друг на друга, а враждебность текла по моим венам.
Я встал, застегнул куртку и повернулся, чтобы уйти.
«Если вы сможете убедить ее выйти за вас замуж, и она сделает это охотно, я поддержу это», — сказал он. — Я поговорю с ней, но не заставлю ее выйти за тебя замуж.
Я открыл дверь и ответил: «Я уверен, что Татьяна увидит все по-моему».
— И ты будешь ее защищать? он спросил. Василий заботился о Татьяне, как о своем ребенке. Вроде как я позаботился о своей собственной сестре. «Адриан подверг ее опасности. Я не хочу, чтобы это повторилось».
Сардоническое дыхание покинуло меня. «Будьте уверены, я буду защищать ее».
В конце концов, я делал это уже почти год.
Когда мы вышли из кабинета Василия, я обнаружил, что Татьяна разговаривает с двумя мужчинами. Ее улыбка была расслабленной, но ее выдавало тело. Она была напряжена, и ее глаза метнулись к старшему брату в поисках ответов.
Я знал, что она будет против брака по расчету. Чтобы понять это, мне не нужно было предупреждение ее брата.
Ее смех разнесся по комнате, и я представил себе, как убиваю ублюдков, которые посмеют услышать ее смех. Они должны быть зарезервированы для меня и только для меня.
За обеденным столом она попыталась найти другое место, но прежде чем она смогла сесть, я взял ее за руку и улыбнулся.
— Места определены, — сказал я, не в силах сдержать самодовольство в голосе.
  
Закатив глаза, она неохотно последовала за ним. «Учитывая, что это дом моего брата, я могу сидеть, где захочу. Даже на кухне.
«Это отличная идея», — согласился я. «Только ты и я, едим на кухне. Я люблю это. А не ___ ли нам?"
Она разочарованно вздохнула. — Не с тобой, — прошипела она, садясь. «Ты испортишь мне аппетит здесь или на кухне, так что я с таким же успехом могу порадовать своего брата».
«Женись на мне, если хочешь сделать его счастливым».
Ее голова закружилась, глаза сверкнули, как бледно-голубые сапфиры.
«Я никогда не выйду за тебя замуж, Ильяс Константин», — предупредила она низким голосом. Посмотрим на это, подумал я молча.
"Почему нет?" Неважно, каким будет ее ответ, она выйдет за меня замуж. Добровольно или нет. В конце концов она пришла в себя. Она знала, что нам хорошо вместе, и как только я смогу ей доверять, я объясню это видео. Держу пари, что она поймет, почему я сделал то, что сделал, учитывая, что ее собственный брат спас ее от ее собственной матери.
«Потому что в обозримом будущем я занята», — сухо парировала она.
— Тогда не занимайся делами, потому что мы женимся.
Она пожала стройными плечами. «Извини, не могу этого сделать». Она наклонилась ближе, потянулась к стакану воды, затем поднесла его к губам. «Я не выхожу замуж за убийц невинных». Прищурив на меня взгляд, она добавила: — Кроме того, тебе следует поискать определение «знакомства», Константин. Это просто секс».
Взяв бокал из ее тонких, изящных пальцев, я наклонился и прошептал ей на ухо:
«Ты моя, Татьяна. Твои сиськи, твоя задница, твоя киска, твоя душа, твое сердце. Это никогда не был просто секс».
СОРОК ЧЕТЫРЕ
ТАТЬЯНА
я
Горячее дыхание Илиаса на моей коже и его яростные претензии вызвали дрожь по моей спине.
Я изобразил выражение лица, понимая, что Василий наблюдает за нами. Я должен был знать, что возня с Илиасом в конце обернется для меня укусом под зад. В нашем мире с мужчинами играют только дураки.
Кажется, я был одним из этих дураков.
Я сосредоточился на официантах, которые быстро подошли с едой. Пока его подавали, его аромат разливался по воздуху. Морепродукты и курица. Мой любимый. Вот только чем-то эта еда пахла. Возможно, это было плохо. Сгнивший. Я сморщил нос. Слюна собралась у меня во рту, и я сглотнул. Температура моего тела повысилась, что усилило тошноту. Это была горячая вспышка, похожая на штормовой нагон.
«В чем дело?» Иллиас, должно быть, почувствовал мой дискомфорт.
Я резко встал и направился в ванную. Мир закружился, и моя тошнота усилилась. Я схватился за живот от такой силы. Я понятия не имел, как и когда Иллиас оказался рядом со мной и схватил меня за руку.
«Татьяна, в чем дело?»
«Меня вырвет», — прошипела я, бросаясь к ближайшей ванной, но мои ноги были недостаточно быстрыми.
Иллиас подхватил меня на руки и поспешил в ванную, затем помог мне спуститься, как раз вовремя. Сильные толчки сотрясали мое тело, когда я выплеснул все, что съел сегодня, в унитаз.
Сильные руки ласкали мою спину, описывая успокаивающие круги, а отвратительные звуки вылетали из моего рта.
«В чем дело?» Голос Василия раздался позади меня как раз в тот момент, когда мое тело сотрясла еще одна волна сильных толчков.
— Ей нужен врач, — совершенно спокойно сказал Илиас, присев на корточки рядом со мной и не переставая гладить меня по спине. Как будто для пахана было нормально сидеть на кафельном полу рядом с женщиной, которую рвет кишками.
Стоя на коленях над унитазом, я вытер рот тыльной стороной ладони.
— Мне не нужен врач, — твердо пробормотала я, подозрение бурлило в моей груди. «Я просто съел что-то плохое, вот и все».
— Ты даже не начал есть, — заметил Илиас. То, как он смотрел на меня, вызвало в моей груди вспышку паники. Как будто он уже знал, что я беременна, и решил, что со мной сделает.