Шипы похоти (ЛП)

Это напоминало надежду. Его или мое, еще предстоит выяснить.
«Никто не сможет заполучить тебя». Он опустил голову, и тепло коснулось моих губ. Тьма вытеснила свет, и золото исчезло, оставив за собой лужи полуночи.
Мое сердцебиение замедлилось. Мое тело горело. Наши дыхания смешались. И время замедлилось.
Мучительный момент мы стояли, утопая во взглядах друг друга. В следующий момент он прижался ко мне губами и крепко обхватил руками мою талию. Наши тела покраснели, я запустила пальцы в его волосы и поддалась своему желанию.
Мое тело слилось с его твердым телом, состоящее из мускулов и тепла, когда его рука крепко прижала мое тело к своей, а другая схватила меня за шею. Его губы умело целовали, исследуя каждый уголок моего рта. Пожирающий меня.
Его рот скользнул по моему, горячий и требовательный. Его вкус был опьяняющим. Смелый. Богатый. Жесткий и первобытный. Полное привыкание.
Мое тело прижалось к нему, терясь о него для трения. Он поцеловал меня так, словно я была его спасением. Его вода после того, как он застрял в пустыне. У меня вырвался тихий вздох. Одним быстрым движением Илиас обхватил меня ногами за свою талию и понес через комнату, наши рты никогда не разлучались.
Он поставил меня на пол, наше дыхание было прерывистым. Его рот снова опустился на мой, когда я стянула его куртку с его плеч, пока он расстегивал молнию на моем платье. Наши движения были неистовыми и отчаянными, когда мы срывали с себя одежду.
Его куртка. Его рубашка. Мой бюстгальтер. Его штаны. Мои трусики.
Вся наша одежда скопилась у наших ног, оставив нас голыми. Наш поцелуй прервался, и мы уставились друг на друга. Он был прекрасен. Скульптурное тело. Широкие плечи. Мускулистая грудь. Аппетитный точеный пресс и легкая россыпь черных волос, сужающихся к его твердому члену.
Во рту у меня пересохло.
Его член увеличивался в размерах под моим пристальным вниманием с каждой секундой, и меня охватывал оттенок предвкушения. Одной мысли о том, что он снова окажется внутри меня, было достаточно, чтобы свести меня с ума.
Наконец я снова перевела взгляд на него. Его глаза уже были на мне, темные и тлеющие. Жар в них был расплавленным пламенем.
Он развернул меня, его грудь прижалась к моей спине, а его эрекция впилась мне в поясницу. Жесткий. Готовый. На стене висело зеркало в полный рост, в котором отражались мы оба. Руки Илиаса на моей груди, ладонями. Сжимаю мои соски, пока они не превратились в полные бутоны, требуя больше его внимания. Моя кожа покраснела и ярко сияла на фоне его загорелой кожи. Мои глаза блестели, как легчайшие сапфиры.
— Посмотри на нас, моя луна, — прохрипел он мне в ухо. Похоть взорвалась во мне, услышав хриплый его голос. Сила его русского акцента, которого не было в другие времена. «Ничто в этом не временное».
Он ущипнул мои чувствительные соски. Жесткий. Боль и удовольствие смешались. Я жаждал этого. Мне нужно это.
— Почему ты меня так называешь? — спросил я хриплым голосом. «Моя луна».
Его рука лениво исследовала каждый изгиб и каждый дюйм моего тела, его сильные пальцы скользили по моим ребрам, пока они не исчезли между бедрами.
Его взгляд встретился с моим в отражении, темном, как грех. Свет как возможное спасение. «Потому что твои волосы светятся, как луна в темноте. Потому что ты свет в моей тьме, Татьяна.
— Может, мне это не нравится? Я бросил вызов. Я врал. Втайне мне нравилось слышать эту нежность. После той первой ночи в беседке Адриан отказался зайти ко мне. Он сказал, что это глупое прозвище. Иногда он называл меня розой.
— Тебе это нравится, — заявил Илиас. "Ты знаешь почему?"
Я не ответила, мое дыхание было поверхностным, когда его взгляд скользнул по мне, как будто он запоминал каждый дюйм меня.
«Потому что ты мой ». Он прорычал последнее слово, пока я наблюдала, как его прикосновение, собственническое, интимное и уверенное, исследует мой вход. Мои внутренности сжались от потребности чувствовать его внутри себя, желание жгло нижнюю часть живота. Читая меня, как открытую книгу, его пальцы коснулись моего клитора, и хриплый стон сорвался с моих губ. «Теперь скажи это».
  
Его команда была мягкой, обещая удовольствие, но также и боль. И как бы дико это ни звучало, мое тело нуждалось в этом.
«Я… я…» Мой ответ растаял, когда он погрузил палец в мой член, а затем лениво нанес мое возбуждение на мой клитор. Он прижал большой палец к моему клитору. Дрожь прокатилась по моему телу, и дрожь пробежала по коже. Мои бедра дернулись от его опытных прикосновений, оргазм уже приближался к своему пику.
Было неловко, как быстро оно приближалось.
«Мне все еще придется наказать тебя за то, что ты вытащил эту анальную пробку без моего разрешения», — промурлыкал он мне на ухо, а затем его рот скользнул по моей шее. Его ладонь скользнула к моему бедру, его пальцы впились в мою бледную кожу. И я знала, что это потому, что он хотел увидеть на мне свои отметины.
Он хотел отметить меня.
— Ты хочешь, чтобы тебя наказали?
Да. "Нет."
Он снова ущипнул чувствительные пики. Сильнее. Я инстинктивно вздрогнул от боли и удовольствия, в то время как стон разнесся по воздуху.
Его мрачный смешок вибрировал у меня за спиной. — Думаю, да, — заявил он, скребя зубами кожу моей шеи.
Затем без предупреждения он врезался в меня, наполняя меня по самую рукоять. Крик сорвался с моих губ, когда моя киска сжалась вокруг него.
«Посмотри на мою маленькую шлюшку, такую чертовски мокрую. С тебя капает, — прошипел он. "Это верно. Задуши мой член. Я знаю, ты хочешь быть сытым. И твоя киска, и твоя задница.
Меня пронзила еще одна дрожь. Он был прав. Я хотела его повсюду. Вокруг меня. Внутри меня. Его рука сомкнулась на моей шее, когда он выдвинулся и снова вошел.
— Посмотри на нас, Татьяна, — прорычал он. «Может быть, ты и владеешь мной, но я, черт возьми, тоже владею тобой».
Мой мозг был слишком затуманен, чтобы обработать эти слова. Его толчки были быстрее и глубже, от его ритма у меня подгибались колени. Все мысли и разум исчезли, когда он вошел в меня так глубоко, что попал во все нужные точки. Те, о существовании которых я даже не подозревал, существовали до него.
Его рука сжала мою шею. "Ты видишь это?" он хмыкнул. «Видишь, кому ты принадлежишь? Посмотри в зеркало и скажи мне, кто тебя трахает».
— Т-ты, — выдохнула я.
Каждый дюйм моей кожи покраснел. Мои глаза остекленели от похоти и удовольствия. Мой рот был приоткрыт, с губ лились стоны и всхлипы. Моя грудь подпрыгивала при каждом толчке. На меня смотрело изображение распутной и нуждающейся женщины, которую трахают. Он выжимал из меня все удовольствие, и этого было недостаточно.
«Он хочет владеть каждой клеточкой меня», — понял я. И эта мысль меня ужаснула, но потеря этого чувства, когда я была с ним, ужаснула меня еще больше.
Мой взгляд встретился с Илиасом в зеркале.
«Посмотри, как твоя киска портит мой член», — насмехался он резким голосом. "Ты знаешь почему?" Я покачала головой, наблюдая, как он трахает меня. Глядя на нас в зеркало, я навсегда изменился. Я всегда буду видеть его в зеркале. «Потому что твоя киска принадлежит мне». Мои легкие не могли получить достаточно кислорода. Мой мозг был затуманен. Мое удовольствие продолжало расти.
"Ты." Толкать. "Являются." Толкать. "Мой." Толкать.
Мое сердце грохотало. Он врезался в меня с возрастающей силой, пока его последний рывок не отправил меня вперед. Я бы упал, если бы не его хватка. И все же он продолжал трахать меня, его хватка на моем горле крепче.
— Моя до последнего вздоха, — мрачно сказал он, резкость его голоса соответствовала резкости моего сердца. Он медленно вытащил свой член, позволяя мне почувствовать каждый дюйм его тела. «Я больше никогда тебя не отдам».
Затем он врезался в меня, превратив мое тело в провод под напряжением. Его собственный инструмент, который он мог использовать по своему усмотрению. Пока он продолжал это делать. Сила каждого толчка захватывала меня злобно и полностью.