Шипы похоти (ЛП)

Солнечные лучи мелькали в окнах от пола до потолка, отбрасывая тени на волосы Кости, такие похожие на волосы его отца. К моему. К Николе. В нашей семейной черте нельзя было перепутать. Мне было интересно, будет ли у моего ребенка такой же окрас.
Острая боль пронзила мою грудь. Горечь наполнила его.
«Татьяна». Голос Алексея смягчился, его глаза видели меня насквозь.
Я проглотила комок в горле, похоронив все чувства глубоко внутри.
"Ага?"
"Что на тебе надето?" Странно было задавать вопросы. Мои глаза опустились. На мне были спортивные штаны и белая футболка Адриана. Это был не самый горячий и не самый лестный взгляд.
Я снова сосредоточил свое внимание на брате.
«В день похорон…» Мой голос дрогнул, вспоминая тот день. Боль была еще свежа, хотя и заживала. Я думаю. Возможно, я перешел на следующую стадию горя. Я судорожно вздохнул, понимая, что, вероятно, обманываю себя. — Ты что-то сказал, — прохрипел я, продолжая.
Он не был хорош для тебя. Уже нет. Его монотонный голос повторял эти слова снова и снова, словно эхо в пустой комнате.
Алексей кивнул, но в своей типичной манере не стал вдаваться в подробности.
"Почему ты это сказал?" — спросил я, наблюдая за ним. Не то чтобы я ожидал, что маска моего брата треснет. Никогда и ни для кого, кроме его жены и сына.
Он молча изучал меня, пока я выдерживал его взгляд. Но я не извивался. Я не разрывал зрительный контакт. Я был готов ко всему, что встретилось мне на пути.
— Тебе это не понравится.
Мои легкие закрылись, но я отказывался останавливаться. Я пришел за ответами и отказался уйти без них.
«Есть много вещей, которые мне не нравятся, но я с этим справляюсь», — выдавила я.
Его взгляд остался на мне. Сердцебиение прошло.
— Адриан перевел твою часть компании на свое имя. Мои брови нахмурились. Я покачала головой, на моем лице отразилось замешательство.
"Как?" Я не подписывал никаких документов о передаче права собственности Адриану. Конечно, меня эта компания не интересовала, но я бы никогда не подписал ее, не поговорив предварительно с Василием.
— Вы, должно быть, подписали соглашение.
Я энергично покачал головой. «Я этого не делал», — убежденно заявил я. «Я всегда читаю каждый документ, который подписываю. Василий всадил его в меня. Клянусь, я никогда его не подписывал».
«Но ты подписал похоронные документы с этой странной надписью на нише и не помнишь» , — шептал мой разум. Я не хотел этого признавать. Еще нет.
— Василий этому не обрадовался, когда узнал, — продолжил Алексей своим холодным голосом. — Он столкнулся с ним в ночь вашего несчастного случая.
Я вспомнил, как Василий и Адриан спорили в ночь на празднование Хэллоуина, а Алексей стоял там в своей обычной форме. В тот момент, когда я подошел к ним, они прекратили говорить, и я ничего об этом не подумал.
— Почему Василий ничего не сказал? Я вздохнул, и взгляд Алексея вспыхнул чем-то свирепым. Опасный.
«Тебе не нужно было иметь дело с этими вещами».
«Но разве он не задавался вопросом, почему я подписал контракт с компанией, не поговорив с ним?»
Алексей пожал плечами. «Как только Адриан умер, это не имело значения».
Я вздрогнул от его слов. Но в типичной для Алексея манере он не извинился. Он не имел в виду этого, и почему-то я это оценил. Я бы предпочел, чтобы он сказал мне это прямо, чем чушь.
«Кому сейчас принадлежит компания?» — спросил я.
"Ты."
Он смотрел на меня глазами бледнейшего замерзшего океана, на темные тайны, процветающие в его глубинах, в то время как в моих плясало только замешательство.
— Но… — Он кое-что мне не сказал.
«Есть пункт, запрещающий нам стирать имя Адриана из юридических документов».
«А как насчет нарушения первоначального соглашения?»
Глаза Алексея похолодели, и его взгляд встретился с моим. — Кто тебе об этом сказал?
Я сжал губы. Это был один из моих жестов, когда я был непреклонен в том, чтобы никому не рассказывать. Алексей мог читать меня так же, как Василий и Саша. Может быть, в наших жилах текла николаевская кровь. А может, это был просто Алексей.
  
— Адриан обсуждал это с тобой? — ровным голосом спросил Алексей. Но оттенок недовольства присутствовал.
Мои брови нахмурились. "Адриан? Нет, с чего бы ему…
Он пожал плечами. "Предположение. Адриан сказал Василию, что он рассказал вам о соглашении, и вы были непреклонны в том, чтобы передать все это ему, — холодно ответил он. — Это была твоя идея быть с ним справедливым.
Что, черт возьми, здесь происходит? — Я абсолютно этого не говорил.
«Это больше не имеет значения. Компания ваша, — холодно заметил он. «Теперь, когда он мертв».
У меня вырвался разочарованный вздох. "Во имя любви Господа. Только один раз, Алексей, поясните, пожалуйста!
Губы моего брата подтянулись. «После смерти мужа все перешло к вам. Есть несколько вещей, над которыми работает Василий. Василий заморозил активы, пока все не будет на ваше имя. Компания среди прочего».
Последовала тишина. Толстый и оглушительный. Было такое ощущение, что слишком много вопросов до сих пор осталось без ответа.
«Алексей?»
"Да."
Я некоторое время изучал своего брата. Большинство людей обосрались, просто увидев его, и обычно держались от него подальше. Татуировки на его лице даже не были причиной этого. Это было то нервирующее выражение, которое всегда оставалось в его глазах. По какой-то странной причине он меня никогда не пугал. Может быть, потому, что я вырос с двумя нервирующими братьями, или потому, что я достаточно слышал о том, что происходит в подземном мире, чтобы понять, что ни один человек никогда не выходил из него невредимым.
Алексей не был исключением. И он был членом семьи, поэтому всегда получал дополнительные очки. Мы всегда заботились о своей семье. Именно эти слова вбил нам всем Василий. Возможно, он так не думал, но он так думал.
«День похорон», — начал я. Он кивнул, и у меня возникло ощущение, что он точно знает, к чему я клоню. «Какова была настоящая причина, по которой ты сказал, что Адриан больше не достаточно хорош для меня?»
Прошло одно сердцебиение. «Он начал совершать подозрительные поступки и подвергал семью риску. Ты в том числе.
— Типа шантажировать Кингстона? Мне казалось, что каждый слог этих двух простых слов слишком тяжел, чтобы его произнести. Или, может быть, я не был готов услышать объяснение.
Алексей пожал плечами. «Все равно что шантажировать Кингстона. Типа того, чтобы начать всякое дерьмо и подвергнуть себя опасности.
Все было не так, как казалось.
Я ушел от Алексея еще более растерянный, чем пришел.
Но в одном я был уверен. Адриан был не тем человеком, каким я его считал. Да, я любил его. Он был частью моей жизни слишком долго, чтобы стереть всю мою любовь и привязанность к нему. Однако стало очевидно, что я вообще не знаю настоящего Адриана.
Видео, которые я нашел, и схема шантажа Кингстона были достаточно плохими, но теперь мне сказали, что Адриан на самом деле воровал у меня. Что еще я должен был подумать? Он подделал мое имя на каких-то чертовых бумагах, чтобы передать ему мою половину своей охранной компании. Возможно, я схожу с ума, но я знаю, что не подписывал никаких чертовых бумаг.
С моим покойным мужем все было не так, как казалось. И это была та часть, которая беспокоила меня больше всего. Адриан не доверял мне делиться со мной своими проблемами. Было ясно, что у него есть некоторые проблемы, хотя еще неизвестно, в чем они заключаются.
Вместо того чтобы пойти домой, я направился в офис Адриана в принадлежащем ему здании.
За всем, что он сделал, должна была быть причина. Мне нужно было найти хоть какие-то ответы на все эти вопросы, которые у меня были.
Я прочесала каждый дюйм офисного помещения, надеясь найти, во что именно влез Адриан. Я обнаружил две вещи. Адриан вообще не верил ни в бумажные следы, ни в бумагу. И он любил оставлять гаджеты повсюду. Как дома. У моего мужа повсюду были кусочки электронного дерьма.