Семья для мага (СИ)

— Потому что Карочка больше любила возиться с предметами, а Кристина с людьми, — вздохнула мама, а я вместе с ней.
Между мной и сестрой не было зависти, но мы обе знали, что я сильнее при использовании сырой силы. А по сути, именно ей я и противилась артефакту. Нелепая случайность, выбор стихий, из-за которого Бенни придется воспитывать мне.
— Понятно, — мельком посмотрел на меня Рей, убедился, что все в порядке и продолжил. — Этот парализатор был у человека, который упорно навязывал мне помощь в поиске преступника. Бывший подчиненный Эда, ныне он заместитель главы городской стражи в столице.
  
— Я, конечно, понимаю, что этот артефакт может быть не только у него, но подозрительно, — задумчиво произнес Альберт.
— Именно. А еще… После встречи с ним меня невероятным образом нашла баронесса. В случайность этого события я не верю, — нахмурился муж. — Как и в случайность того, что она может обходить ментальный щит кольца, переданного мне отцом. Которому в свою очередь подарил ему король.
— А кто познакомил тебя с ней? — вдруг пришел мне в голову вопрос.
— Уже даже и не вспомню… Или Клемент на балу, или Беатрис… Вот же… Тьма! Я тогда сказал Беатрис, что не смогу быть ее мужем. Видимо, она через баронессу хотела заставить меня изменить мнение.
— Но Сильвия решила, что есть вариант получше, — усмехнулась я. — Для нее самой.
— Вероятно да, — муж выглядел немного ошарашенным.
— Вопрос только одни, почему папа одного из моих учеников оказался таким твердолобым?
— Дорогая, у него тоже семья, а королевская семья может быть очень убедительной, — покачала головой мама. — Только бы придумать, как заставить их отречься от своих планов на Бенджамина и герцогство, — озвучила она мучившие всех мысли.
— Пока никак, отсидимся тут, может что-то и придумаем, а пока нужно поспать, — зевнул Альберт.
— Отличный план, пап, — хлопнула я его по плечу, и с вопросом посмотрела на мужа.
Мы вошли в спальню молча, ведь стоило нам остаться вдвоем, то словно пропасть разделила друг от друга. И как так жить? Некстати вспомнился договор… Даже, если этот инцидент разрушил то, что у нас начиналось, благодаря ему жить нам вместе не один год.
— Кристина? — позвал меня муж.
— Да? — я подняла голову и посмотрела на него, изучая черты лица, словно увидела в первый раз.
— Тут есть кое-что, что я хотел бы тебе показать, — Рейнар протянул мне руку. — Прошу…
Он не виноват в кознях Сильвии, и пытается оправдаться, хоть и не нуждается в оправдании. Делает шаг за шагом навстречу мне. А я… А что я. Я тоже права. Ведь я сдержала себя в руках, не применила к нему свой дар, не причинила боли, как хотелось. Не ушла. Правда я и не могу уйти. На то и был расчет, вероятно… И тут до меня дошло.
— Рейнар! Если Сильвия в сговоре с Клементом, то расчет был на то, что я, став свидетельницей измены, разведусь. И тогда Алькасары заберут ребенка!
— Или на то, что ты меня прибьешь, сядешь за это… Но результат тот же, они бы забрали Бенни.
— Сильвия не пошла бы на это, если бы ее ценному призу была уготована такая участь.
— А кто ее посвятил бы во все планы, — усмехнулся муж. — Стой. Ценный приз это я? — его недоумевающее лицо стоило прощения.
— Ты не приз, вообще тот еще подарочек, — подошла я ближе. — Но ты мой муж. В горе и в радости.
— Позволь подарить тебе немного последней. Пойдем, — он притянул меня к себе, и отдернул штору рядом с кроватью.
За тяжелой тканью оказалась дверь на милый балкон с диваном и столиком, на котором предусмотрительно было оставлено два бокала, бутылка вина и нарезанные тонкими ломтиками сыр и мясо.
— Ты подготовился, — не сдержалась от колкости я.
— Я старался, но это точно не то, что я хотел тебе показать, — он задернул штору, отрезая нас от комнатного света.
Лунный свет освещал балкон, но он не затмевал сияния бесконечно звездного неба.
— Такого нет в столице, — с восхищением произнесла я, подойдя к перилам. Вот только в этой ночной тишине мне показалось, что мой голос разносится далеко-далеко.
— Не бойся, здесь стоит полог тишины, раньше я любил здесь сидеть и позаботился, чтобы никому не доставлять этим неудобства.
— Что же ты делал тут? — удивилась я.
— Ел, читал, пил, пел, — смущенно сказал он.
— Мой ледяной муж — пел? — такого я не ожидала. — А ты можешь сделать это для меня? — почему-то это показалось настолько сокровенным, что я подумала, если он не отмахнется, то я его прощу. Я смогу это сделать, взять и забыть о произошедшем. Как бы это глупо не звучало.
— Если только ты просишь… Попробую, — он на минуту отлучился в комнату и вернулся с джамбо. — Я давно этого не делал.
Я откинулась на спинку и посмотрела на небо, чтобы не смущать мужа, но уже с первыми аккордами перевела взгляд на него. Слишком уж оказались слова похожими на извинения.
— Моя глупость разделяет нас день за днем,
   Я словно схожу с ума,
Я выжег бы сердце свое огнем,
Но в сердце моем она.
И я хотел бы все забыть,
Но память не хочет меня подводить.
Ведь счастливо мы могли бы жить,
Но простит ли она меня?...
Где бы ты ни была, что бы ни сказала,
Я буду с тобою рядом,
И пусть весь мир против нас,
Не прогоняй меня взглядом…
Он продолжал петь, местами не в рифму, иногда сбиваясь с ритма, но смысл, что он вкладывал было невозможно не понять, а главное… Принять. Сколько можно мучить себя и корить его в том, в чем виноваты другие люди?
Я подсела ближе к мужу, положила руку на инструмент, не давая продолжить играть, а потом поцеловала. И он, отложив джамбо в сторону, ответил.
— Спасибо, что простила, — обнял меня Рейнар.
— Я и не должна была сердиться, — провела я ладонью по его лицу. — Не твоя вина.
От благодарного поцелуя мужа у меня перехватило дыхание. От ощущения его губ, прокладывающим дорожку по шее к ключице, от тепла, исходящего от его сильного тела, кружилась голова. Мы так мало были вместе, и все это время ни минуты спокойствия. Мои ладони скользнули вверх по его груди. Его кожа под рубашкой, казалось, пульсировала и горела под ними. Именно в этот момент меня поразила мысль, что я могла отказаться от него. Но он, в пару движений распустив мне волосы, заставил затолкать эту мысль куда подальше. Запустив пальцы между прядями, Рейнар заставил меня чуть откинуться назад и провел языком по яремной ямке. Мое сердце на минуту перестало стучать, я и сама не заметила, как помогла ему снять рубашку.
— Не здесь, — прошептала я. — Хоть и понимаю, что нас никто не услышит, все равно как-то странно.
— Хорошо, — после короткого поцелуя в висок муж подхватил меня на руки, внес в комнату и уложил на кровать. — Все будет, как ты захочешь, — и по щелчку погас свет, а я снова оказалась в его объятиях.
  
Глава 25
 
Утро наступило внезапно, в виде забежавшего с улюлюканьем Бенни.
— Сжалься, маленький хулиган, — обратилась я, потянувшись к халату.
— Я не хуиган, — ребенок категорично выразил недовольство сказанным мной.
— А почему тогда не постучался, прежде, чем зайти в чужую спальню? — строго спросил у него Рейнар, но глаза мужчины при этом смеялись.
— Забый? — предположил племянник, но тут как раз раздался стук в уже открытую дверь.
— Можно? — мама спросила, но внутрь заглядывать не стала.
— Да, Каролина, спасайте, — поторопился ответить муж, натягивая простыню по самый подбородок.
— Бенни, а пойдем смотреть, что нам на завтрак приготовила Корнелия? — заговорщицки сказала мама внуку, подмигнув мне.
— Кофеты?
— Все тебе конфеты, милый, а может оладушки? — окончание их разговора мы уже не услышали.
  
— М-м-м, оладушки, — протянула я. — Кушать хочется.
— А спать? — Рейнар поймал меня за руку и утащил на кровать. Его пальцы проворно развязали узел и стянули с меня злополучный халат. — А стоило одеваться?