"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Эссус посмотрел на него с неприкрытым сожалением.
– Устранить, говоришь? – шёлковым голосом проворковал Чёрный Змей. – Ты вообще меня слушал? Я битых полчаса распинаюсь о необходимости дипломатии, а он «устранить». Скорбен умом? Или давно под Пыточным не валялся? Да, последнее на сегодня – мне нужна эта журналистка, нагнетающая в последнее время истерику – как там её?
– Чита Байлз.
– Ну, да, эта Чита…Дэйв, поручаю это дело тебе. На сегодня всё.
Когда младший из Майлзов догнал Лейлу на улице, в руках у него было две метлы:
– Полетаем?
– На месте? Ты серьёзно?
– Более чем. На самом деле метла не нужна, но она помогает лучше управлять полётом. Что? Рискнёшь повеселиться, Аластаир?
– Решил взять меня в компанию? С чего бы?
– Ну, с тобой интересней, чем без тебя, – пожал он плечами. – К тому же мне надоело выслушивать упрёки отца в том, что я слишком мало уделяю внимания моей невесте.
– Думаю, когда-нибудь тебе удастся найти настоящую любовь, Дэйв. Вот тогда и осчастливишь её своим вниманием.
– Отказываешься, значит? Хотя и вправду, наверное, не стоит. Открывать для себя новые горизонты – это слишком сложно для таких, как ты, да?
– На слабо берёшь, да? – сощурилась Лейла.
– Летим в сторону холма, наперегонки? На счет три. Раз. Два. Три!
Майлз пестрым вихрем понёсся вперед – не угонишься, как не старайся.
Ветер растрепал волосы, поток воздуха заполнил ноздри, щеки немели от бешеной скорости. Сделав петлю, он наклонился к метле Лейлы, хватаясь за древко. В ответ метла под ней вильнула, брыкаясь, как обиженная лошадь и Лейла испуганно вскрикнула:
– Перестань!
Он засмеялся, прижимаясь коленом к её колену.
– Не смешно! – продолжала паниковать девушка. – Прекрати, говорю! Я же могу разбиться?
Хохоча, как сумасшедший, Дэйв всё сильнее кренил метлу. Они торпедой устремились к земле.
– Дэйв! – кричала Лейла в ужасе, но звук её голоса захлебывался порывом воздуха. – Мы разобьёмся!!!
Земля стремительно приближалась. Вместо того, чтобы попытаться выровнять метлу, девушка вцепилась в неё обеими руками и зажмурилась. В последний момент Майлз сделал рывок, и они застыли в нескольких миллиметрах от земли.
Лейла соскочила с метлы, с трудом удерживаясь от желания вцепиться ногтями ему в физиономию.
– Не больно-то ты сильна в полётах, – продолжал он зубоскалить. –Происхождение даёт о себе знать, да?
– Да пошёл ты!
– Твоя любимая фраза? Да куда ты несёшься? Постой! Мы толком и не поговорили.
– Что ты намерен сказать? – воинственно развернулась к нему Лейла. – Хочешь поблагодарить за то, что я вчера спасла твою задницу?
– Ни в коем случае. Но раз уж об этом зашла речь, тебе не следовало ввязываться в наши отношения с Гриндейлом.
– Прошу прощения? Мне-то в темноте показалось, что волчья страсть безответна. Должно быть, я ошиблась?
На мгновение Лейла подумала, что он её сейчас ударит, но Дэйв сдержался.
– Я предпочел разобраться сам, – сжав кулаки, процедил он сквозь зубы. – Это не тот случай, когда жаждешь получить в свидетели хорошенькую девицу.
– Я понимаю.
– Ни черта ты не понимаешь! – с обжигающей душу яростью прорычал Дэйв. – Что ты можешь понять?! Это ведь не тебя Чёрный Змей подкладывал под волосатого ублюдка в течении целого года! И, как это мило, – рассмеялся Майлз без малейшего намёка на веселье, – что моё порочное прошлое не осталось тайной для будущей супруги?
– Ты же понимаешь, что наша помолвка просто дешевый фарс? Я любовница Чёрного Змея и он вряд ли допустит нашу свадьбу.
– Ты его плохо знаешь. И слишком хорошо о нём думаешь. Или – о себе? Знай, это вполне в его духе – сначала наиграется с тобой, а потом заставит мою семью о тебе позаботиться.
– Я уверена, данные клятвы можно обойти и тебе не придётся…
– Даже думать забудь о попытке играть в подобные игры! Иначе на собственной шкуре испытаешь, какую цену платят Нахширонам неугодные, провинившиеся или наказанные.
– Но я и сама Нахширон! Я найду способ ему противостоять.
Иронично вздёрнутая бровь Дэйва заставила девушку неуверенно передёрнуть плечами:
– Ну, в случае крайней необходимости, – добавила она уже не так уверенно.
– А зачем тебе нарываться на неприятности? Неужели в качестве мужа я так отвратителен?
– Не знаю. Ты ведь явно не испытываешь ко мне нежных чувств?
– Как и ты – ко мне.
Лейла вновь пожала плечами.
– Ты в любом случае лучший вариант, чем Люк Гриндейл, – насмешливо фыркнул парень. – Ну, ладно, – вздохнул Дэйв, – хочешь, предложу тебе руку и сердце по всем правилам классического романтизма? Даже на колени встану для убедительности? Может, после этого тебе станет немножечко легче?
– Нет.
– «Нет, не станет» или «Нет, я не выйду за тебя замуж, Майлз»?
– Я не выйду за тебя замуж, Майлз.
– Почему?
– Потому что мы не любим друг друга. В нашем браке нет никакого смысла.
– Какая, к бороде дьявола, любовь? – закатил глаза Дэйв. – Для любви на свете существуют бордели, а брак – это же гораздо серьёзнее. Брак есть совпадение интересов, взаимовыгодный союз. Ну, если уж пришла охота говорить о смысле, то могу только сказать, что быть вместе нам с тобой гораздо выгоднее, чем быть порозень.
– А тебя не напрягает подбирать чужие остатки?
– Ах, это? Ну, что сказать? В нашем случае подбирать лучше за Великим Нахшироном, чем за третьеразрядным оборотнем.
– Иди ты лесом со своими предложениями! И ещё, у тебя весьма странные понятия о классическом романтизме!
Во время перебранки молодые люди, шипя, словно две змеи, приближались друг к другу.
Худая и мускулистая грудь Майлза часто вздымалась. Взгляд Лейлы упёрся в выступающие ключицы и её окатила странная волна приятного жара.
Да что же это такое?! Что за вирус подсадил проклятый Нахширон в её тело? Раньше ничего подобного она не испытывала и, откровенно говоря, жить было гораздо легче.
– Ты просто дешевый позер, – тряхнула она головой, чтобы прогнать странное головокружение, которое от этого только усилилось.
Дэйв усмехнулся. Видимо, её реакция от него не укрылась. И, кажется, он был собой весьма доволен.
– Уверена? Может быть, делом тебя удастся убедить лучше, чем словами?
Его ладонь крепко легла на затылок девушке, вторая рука обвилась вокруг талии с такой силой, словно он планировал переломить её пополам. Губы, жесткие, жалящие, неистовые впились в её губы.
Мир качнулся, и Лейла осознала, что лежит на земле, чувствуя на себе тяжесть мужского тела, его гневные, сминающие прикосновения.
Она попыталась выскользнуть из объятий, одновременно терзающих и дарующих блаженство. Она отбивалась от его рук, чтобы в следующее мгновение самой припасть к нему в изнеможении, покрывая поцелуями; наслаждаясь его судорожными, приглушенными вздохами-всхлипами, словно аккордами, стройно звучащими под умелыми пальцами пианиста.
Ей нравился перламутровый блеск его кожи в солнечных лучах, нравились идеальные очертания скул, закушенные губы, тень от густых ресниц.
Нравился платиновый жемчужный оттенок волос.
А потом она забыла, что именно ей в нем нравилось или не нравилось. Выгибаясь, точно бесстыжая кошка, Лейла принимала в себя беспощадный шквал его жадной страсти.
Цеплялась за Дэйва точно лиана. Или репейник.
И казалось, небо вот-вот рухнет…
***
Но небо не рухнуло. Оно разошлось мягкой волной, найдя отклик в каждой клеточке тела.
***
Дурман стремительно уходил, как вода во время отлива. Реальность во всей неприглядности встала без прикрас. На серое небо наползали тучи. Трава колола ладони. Земля была холодной и влажной.
Дыхание любовников перестало сбиваться.
– Ты хоть представляешь, что Змей сделает с нами обоими, когда об этом узнает? – без всяких эмоций спросила Лейла, не глядя на Дэйва, не отрывая взгляд от облаков, всё время меняющих очертания и сейчас в её воображении принявших вид оскалившегося дракона.