"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Считаешь, я способен испугаться малыша Лисандра?
– Ну, что вы? – с мягкой насмешливостью отозвался Нортон. – Вы для этого слишком самонадеянны и погрязли в гордыне, господин. Но я питал иллюзию на счёт вашей к нему привязанности. Видимо, совершенно безосновательно.
Отвешенный Нортоном поклон выглядел скорее издёвкой, чем знаком почтения.
– Malumos! – прошипел Эссус, переводя палочку с раздавленной болью женщины на стоявшего перед ним мужчину.
Нортона скрутило, даже скрючило, но он по-прежнему молчал. Как ни старался Чёрный Змей, маг стоически переносил страдания, что не могло не вызывать восхищение Лейлы, у которой был весьма низкий болевой порог и трусливое сердце.
Медора, тем временем, подползла к Розамунде и трясущимися руками перевернула бесчувственное тело с живота на спину.
– Как видите … – с усилием проговорил Нортон, поднимая лицо, искажённое гримасой боли, насмешки и презрения, – не только …наши очаровательные дамы … не могут заставить меня …кричать.
Эссус нависал над коленопреклоненным магом, грозный и тёмный, похожий на саму смерть, а тот продолжал насмехаться:
– Вы и сами-то не ахти преуспели?
Следующий пыточный удар заставил зазнайку потерять сознание.
– Идёмте, друзья мои, – как ни в чём не бывало перешагнул через распластанное тело Эссус. –Веселье только началось. У нас впереди много интересного.
Воспользовавшись минутной передышкой, пока другие колдуны рассыпались по полянке, Лейла поспешила вернуться в лес. Она бежала вперед, спотыкаясь и падая, припадала к деревьям, будто пыталась получить от них утраченную силу, подорванную уверенность и веру.
Как же! Лицемер! Лгун! И – трус. Но самое страшное, этот Эссус – он просто садист. А значит ничто в её жизни больше не будет просто.
  
Глава 11. Опрометчивое решение
 
Лес казался бесконечным. Хотя, почему казался? Возможно, таким он и был. Может быть, всё дело в том, что, напуганная и расстроенная, Лейла ходила вокруг одного и того же места, не в силах найти дорогу чтобы вернуться?
Мысль о том, что в ту ночь, в баре, она на самом деле не выбралась, а погибла, что всё, что случилось позже, не более, чем иллюзия, всё глубже забиралась в голову.
– Я хочу домой, – срывалось с губ.
И она вовсе не коттедж Эссуса имела в виду. Лейла хотела вернуться в свой настоящий дом! Слёзы градом катились из глаз, их никак не получалось сдержать.
– Господи, как же я хочу домой!
Вновь раздался ставший почти привычным тревожный вой, заставляя остановиться и прислушиваясь. Следом за высоким протяжным звуком из мрачной густой тишины раздался пронзительный женский визг. Ему, как аккомпанемент, вторили гортанные выкрики – беспроглядную темноту разрезали мельтешащие вспышки зелёных и алых лучей.
Подхватив полы длинной мантии, Лейла поспешила вперёд на звуки борьбы – вдруг кому-то нужна её помощь?
Ещё несколько ослепительно-зелёных вспышек. Одна прошла совсем рядом, когда взору открылась такая картина – Медора Лейн отбивалась от круживших вокруг неё чудовищных псино–котов. Стараясь держать оборону, ведьма безостановочно сыпала проклятьями и такими отборными ругательствами, что грузчик бы в порту покраснел.
Её подруге повезло меньше. Розамунду Майлз твари успели сбить с ног и теперь третья фигура, в которой Лейла безошибочно угадала колдуна Нортона, оседлав адскую гончую, не оставляющую попыток добраться до горла женщины, протолкнул той в пасть собственную руку, мешал хищнику сомкнуть клыки.
– Стойте! – прошипела девушка на змееязе и Адские Гончие, к её удивлению, замерли, развернув саблезубые морды с пылающими желтыми глазами в её сторону.
«Сэшэдэн феридас», – прошептала она, протягивая к чудовищам руки.
От произнесённого заклятия раны открылись и кровь вновь закапала с её пальцев.
– Хозяйка? – шелестели порождения ночи и тёмной магии. – Ты – наша Хозяйка! В твоей крови вкус смерти…
История повторилась – чудовища испили крови и покорно, словно ручные зверята, удалились, никому не причинив вреда.
  
– Рози сильно ранена? – поинтересовался Нортон у Медоры.
Привалившись спиной к дереву, он бережно баюкал искусанную руку.
– Боюсь, да. Ты! – позвала она Лейлу. – Иди сюда, Поможешь мне донести её до дома.
Левитировать бессознательное тело было почти так же тяжело, как тащить его на себе. Следовало избегать резких движений и ни на секунду не терять контроля. К моменту, когда они, наконец-то, добрались до дома, Лейла совершенно выбилась из сил.
При свете удалось разобраться, что в помощи нуждалась не столько Розамунда, на которой оказалось всего несколько, правда достаточно глубоких, но царапин, сколько сам Нортон – его рука почти превратилась в кровавый фарш.
– Открой мой чемодан, Медора, – сквозь зубы, проговорил белый, как простыня, колдун. – Вторая склянка справа. Да, – кивком подтвердил он правильность выбора. – Эта. Пять капель на столовую ложку для миссис Майлз, остальное тащи мне.
Кровь имеет неприятный металлический запах. Во влажной нетопленной комнате её аромат распространялся тяжелыми волнами.
– Я могу вам чем-то помочь, сэр? – обратилась к колдуну Лейла, искренне желая быть полезной.
Её мучила совесть. Будто в том, что Эссус пытал его, была и её вина тоже.
– Отойдите подальше, мисс, – прозвучало до обидного резко и в тоже время, равнодушно.
В словах не было ничего обидного. Но тон? Её как будто пощечину дали.
Нортон, безусловно, сильный, мужественный человек. Интересная личность, харизматичная, но, кажется, едкая, как уксус. В его присутствии очень тяжело дышать.
Лейла развернулась к лестнице, собираясь уйти.
– Это она? – подала голос Розамунда. – Невеста Чёрного Змея?
В длинных струящихся одеждах, с рассыпавшимся по плечам водопадом неестественно-светлых волос, с узкими зрачками, плавающими в озёрах серебристой, похожей на ртуть, светлой радужки, с запекшимся, как открытая рана, губами и лихорадочным румянцем, Розамунда Майлз выглядела именно тем, кем и была – проклятым, потерянным созданием, порождением ночи и кошмара, русалкой-утопленницей.
Медора посмотрела в сторону Лейлы почти сердито, Нортон – выжидающе.
– Она? Да?
Стремительно пролетев разделяющее их расстояние, женщина упала перед Лейлой на колени, молитвенно сложив руки перед собой.
– Ты ведь тоже из рода Нахширонов? Чёрный Змей ценит тебя, как последнего потомка кровной линии. Он посчитается с твоим мнением! Прошу тебя! Помоги мне! Ты же добрая девочка? Иначе не стала бы там, в лесу, вступаясь за нас, уплачивать цену крови?
Нортон отвернулся, будто наблюдать за чем-то столь личным было ниже его достоинства.
– Я не понимаю, – растерянно пробормотала Лейла, – чем могу я вам помочь?
– Чёрный Змей за вину моего мужа приговорил к смерти моего сына!
– Боже, Роза! – взмахнула руками Медора, закатывая глаза. – Опять ты за своё? Я сто раз тебе говорила, что всё это лишь твои фантазии. Это бред. Невозможно!
– Я знаю, что он задумал сделать это! И ты тоже это знаешь – все вы знаете! Он убьет моего мальчика, а зачем мне тогда всё это? Красота, богатство, магия, даже сама жизнь, в конце концов? Ничего не будет иметь значения без сына! Ничего!
– Сочувствую вашему несчастью, – искренне проговорила Лейла, – но я-то что могу сделать? Вы ошибаетесь, думая, что я имею на Эссуса хоть какое-то влияние. Откровенно говоря, я сама боюсь его до смерти. Не представляю, что моё мнение может иметь для него хоть какое-то значение?
– Сами по себе, как человек, как живое мыслящее существо вы для него ничто, – с жестокой прямолинейностью заявил Нортон. – Но Нахширонов больше нет. Значит, на вас с ним кровная линия может закончиться. Именно ваше происхождение заставляет его ценить вас, как свою наследницу. С вашей помощью он планирует возродить род. В ваших наследниках он видит своих детей.
– В моих? – поморщилась Лейла.