История Бессмертного. Тетралогия (СИ)
– Неплохо, молодой человек, очень неплохо. Не каждый маг способен обуздать свой гнев, тем более маг огня. О взрывном характере огневиков в наше время слагали немало шуток.
– Почему вы выбрали именно этот образ? – не выдержал и спросил я.
– Прежде чем ты закрыл свой разум, мне удалось увидеть лишь одну девушку, к которой ты питаешь не самые лучшие чувства. Я, конечно, мог копнуть чуть глубже, но тогда ты бы почувствовал моё вторжение, и застать тебя врасплох не получилось бы.
Тут он был прав, к Миранэ я предпочитаю относиться так же, как она относится ко всему человечеству.
– Пока ты проходил испытания, у меня было время обдумать твой рассказ и, сопоставив его с известными мне данными, сделать определённые выводы.
Фаерон продолжил расхаживать по лаборатории, размышляя на ходу, он мне напомнил одного университетского профессора, который имел точно такую же привычку.
– Причины войны богов стали мне отчасти понятны. – С этого момента я превратился в слух. – Осталось лишь понять, как некроманты попали в наш мир, ведь преодолеть защиту богов извне было невозможно.
– Эмм, вы хотите сказать, что кто‑то помог им проникнуть в наш мир?
– Да, юный адепт, некромантией разумные баловались и в наши времена, по большей части это пристрастие коснулось людей, уж слишком заманчива возможность взять под контроль армию мертвых, но мы старались пресекать их деятельность. Не всегда получалось обнаружить такого мага быстро, они очень умело маскировали магические излучения, но и развиться до высоких уровней мы им не позволяли. Дело в том, что для повышения мастерства им нужны были человеческие жертвы, а пропажа людей быстро привлекала наше внимание.
– А могла деятельность наших некромантов спровоцировать агрессию иномирцев?
– Маловероятно, – с сомнением проговорил Фаерон. – Хотя…
Маг задумался, я его не прерывал.
– Если бы волшебник смог развиться до высокого уровня владения запретным знанием, то он смог бы… – Фаерон перешёл на совсем уж неразборчивый шепот.
– Смог бы что? – не выдержав, всё же прервал поток его мыслей я.
– Смог бы призвать сущность из другого мира. А уже эта сущность, вселившаяся в мага и поработившая его, обладая всем спектром запретных знаний, смогла бы набраться силы, подчинить драконов, с их помощью внедриться во все государства, поссорить их и тем самым спровоцировать войну богов.
Пазл в голове сложился. Теория Фаерона очень хорошо объясняет произошедшее в этом мире. Допустим, что ранее жил некий волшебник, причем, скорее всего, человек, так как дракон, прилетевший к нашему замку, как‑то обмолвился, что именно люди являются причиной гибели этого мира. Теперь я знаю, что он, как и все остальные представители его народа, являются всего лишь марионетками в чужих руках, которым, скорее всего, известно истинное положение дел. Так вот этот гипотетический волшебник либо из корыстных побуждений, либо по глупости и незнанию совершил некий ритуал, в результате которого в его душе поселилась сущность из другого мира. Подобное тянется к подобному, так что предположим, что в него вселилась сущность высокоразвитого некроманта из другого мира, у которого накопилось очень много знаний.
Эта сущность начала делиться знаниями, всё глубже проникая в сознание мага, пока в определённый момент не перехватила контроль над телом. Если рассуждать логически, то существует много способов не оставить следов многочисленных убийств и экспериментов над людьми. Самый банальный и простой – это использовать для своих изуверских исследований рабов. Рабство в этом мире существует до сих пор, спасибо оркам, а в древние времена, скорее всего, было распространено повсеместно.
Как только контроль оказался захвачен, начался второй этап. Скорее всего, память мага оказалась доступна вторженцу, а маги обычно люди неглупые и знающие. С драконами в те времена общались довольно тесно, и информация о том, что они используют ментальную магию, скорее всего, не являлась большим секретом. Использовав сильную сторону магии смерти, неизвестную в этом мире, защиты от которой не было ни у кого, сущность постепенно подчинила себе драконов. Либо всех, либо сначала только верхушку. Здесь, как я знаю из рассказа Миреноторга, врагу помогли эволюционные особенности расы драконов.
Затем, с помощью способности небесных ящеров принимать облик любого существа, враг внедрился во все государства этого мира и начал войну. Только так можно объяснить одновременное начало боевых действий сразу на всех континентах. Сильные государства помогли истребить драконы, Атланты тому свидетели. Кто‑то из богов не стерпел уничтожения своего электората и применил силу, ему ответили другие, и понеслось. Когда не осталось никого, защита мира ослабла, и сущность смогла открыть дорогу своим соплеменникам в этот мир.
Вот такая картинка сложилась у меня в голове. Единственное, чего я не могу понять, это почему некроманты не уничтожают оставшееся население Лаэди с помощью драконов? Ведь чего проще? Нагнать толпу ящеров и выжечь всё живое. Причина этому наверняка есть. И нужно поскорее её выяснить.
– Такая версия имеет право на жизнь, – согласился со мной Фаерон, когда я поведал ему о своих мыслях по этому поводу. Никаких системных сообщений я не получал, так что подтверждений моим мыслям не было. – Но сейчас причины произошедшего малозначимы, сейчас важнее решить, что делать дальше, – выдал здравую мысль слепок души древнего мага.
– У меня есть задание восстановить ваше изобретение, – поведал я архимагу цель своего визита. – Нам нужно проникнуть в храм Торсунвальда, возможно, там удастся получить больше информации, но храм окружает непроницаемый барьер, снять который может лишь работающий кристалл центральной души города.
– Честно скажу, адепт, у меня нет особого желания управлять разрушенным городом.
Такого поворота я, честно сказать, не ожидал. Слепок сознания древнего мага ведёт себя как самостоятельная личность, со своими мыслями и желаниями. Это, конечно, логично, что Фаерон не хочет оставаться в разграбленном городе, без каких‑либо перспектив, но мне‑то что делать?
– Могу предложить вам выход, – внезапно пришла мне в голову идея. – Город в любом случае нельзя оставить без защиты, слишком много опасных знаний могло сохраниться в руинах, а как я вам уже рассказывал, не все бессмертные стремятся помогать этому миру. Вы рассказываете мне, как восстановить кристалл души города, а я забираю вас с собой. Думаю, совместными усилиями мы сможем интегрировать ваше сознание в управляющий кристалл моего замка. Нам бы очень пригодились ваши знания в грядущей войне. Пока мы будем обследовать храм Торсунвальда, вы сможете оценить ресурсы города и, по возможности, восстановить защитный периметр. Так мы не допустим чужаков к древним знаниям, – выпалив всё это на одном дыхании, я с замиранием сердца стал ждать ответ древнего волшебника. Если привлечь на свою сторону настолько могущественную личность как архимаг, то наши шансы на победу существенно возрастут.
– Твоя идея мне нравится, адепт, – через мучительные пять минут тишины ответил Фаерон. – Я по своей натуре исследователь. Находиться всё это время в информационном голоде было невыносимо для меня.
– Внимание, вам доступно уникальное задание мощь древних. Цель: интегрируйте сознание древнего архимага Фаерона с управляющим кристаллом вашего замка. Внимание, Фаерон является неигровым персонажем, и в том случае, если вы отдадите ему управление замком, он получит возможность пользоваться ресурсами хранилища по своему желанию. Соглашаясь выполнить задание, вы соглашаетесь с этими условиями. Желаете принять?
Ухх, а вот это подстава. Отдать управление замком, пусть и дружественно настроенному, но всё‑таки постороннему существу. Мало ли что может измениться со временем? Может, он только прикидывается нормальным и добрым, а на самом деле только и ждёт возможности вырваться из этой, по сути, тюрьмы.