История Бессмертного. Тетралогия (СИ)

Продвигались мы медленно. Уровень противников перевалил за 85 и всё повышался. Проклятые гоблины были экипированы на удивление хорошо, вражеские маги применяли против нас как минимум пару десятков разнообразных подлых заклятий, а в узких коридорах подземного города приходилось растягиваться, и наша атакующая мощь снижалась.
Примерно через три часа тоннель, по которому мы двигались, резко стал расширяться, потолок скрылся в полутьме подземелья, и мы подошли к воротам, которые охранял первый мини‑босс со свитой. По аналогии с другими разломами три последних осколка выпадали из приближённых босса. Как и раньше, первый мини‑босс – физик. То есть основная его мощь – это физическая атака.
Трехметровый минотавр в монструозных доспехах, обильно усыпанных длинными шипами, с огромными топорами в каждой руке, стоял у самых ворот, и из его ноздрей вырывались клубы пара. Чуть позади располагались элитные проклятые гоблины 88 уровня в количестве десяти штук. Закованные в полные латные доспехи они напоминали мини‑танки, уж по количеству хп так уж точно.
За то, что мы не слились всем рейдом в первую же минуту боя, надо благодарить Виату и Айлин, второго хила клана. Минотавр сходу набрал большую скорость и прыгнул в центр нашего построения, преодолев в полете не менее семи метров. После его приземления по земле пошла волна, оглушив большую часть рейда. От стана меня спас блинк – незаменимое умение, когда нужно уйти от вражеской атаки. Я отвлёк разбушевавшегося монстра на себя, а девушки воспользовались новоприобретёнными заклинаниями и сняли с рейда стан. Далее бой пошел по обычному сценарию. Танки держали агро на себе, дамагеры брали в фокус одного из проклятых гоблинов и вливали урон. Несколько раз минотавр преподносил нам сюрпризы, используя мощные умения, но наша слаженная команда справилась, не потеряв ни одного игрока.
Магический мини‑босс доставил нам куда больше проблем. Нам противостояла стая гарпий. Главная летающая нечисть была около двух метров ростом, а размах крыльев превышал четыре. На уродливом птичьем теле красовалась не менее отвратительная женская голова. Если честно, то сначала я подумал, что бой будет лёгким. Физические законы в этом мире работают не хуже чем в реальном. С горящими крыльями много не полетаешь, а на земле эти мобы становятся уязвимыми. Не получилось. Магический щит, который окутывал каждую гарпию, не дал воплотить мою идею в жизнь. Рейнджи [6] не могли фокусить одну и ту же гарпию, они были очень быстры и постоянно перемещались в пространстве, то и дело уходя из радиуса обстрела, а мини‑бойцы вообще по началу выступали банальными наблюдателями.
В это время остальная стая не сидела сложа крылья. Гарпии отлично владели магией воздуха. В их арсенале было не так много заклинаний, но когда в тебя из‑под потолка летят десять воздушных стрел, становится очень неуютно. Масло в огонь подливала главная гарпия. Её воздушные атаки отличались особой силой.
Больше всех доставалось хилам. Своими массовыми заклинаниями они намертво приковали к себе внимание мобов, и нам приходилось прилагать немало усилий, чтобы их защитить. Я прикрыл Виату полусферой огня, а Танк с Базальтом защищали Айлин. Надо что‑то делать, долго мы так не продержимся.
– Ви, световую гранату как можно выше, – командую я.
– Вспышка, – практически мгновенно командует Наташа. Сквозь полуприкрытые веки наблюдаю, как сгусток света устремляется вверх, на долю секунды освещая всю пещеру, в которой проходит бой. Перед тем как заклинание взрывается ярчайшим потоком света, успеваю оценить расстояние до потолка. Около десяти метров, отлично. Слышу яростный, пронзительный крик боли, вырывающийся из десятка глоток. Несколько гарпий сталкиваются друг с другом и падают на пол, где их уже заждались разозлённые игроки. Но основная масса противников осталась в воздухе, пора попробовать свою идею.
– Танк, встань на колено, а щит положи на голову.
В глазах брата читается недоумение, но он без вопросов выполняет мой приказ. В данный момент его позиция идеальна для моего замысла. Он располагается в самом центре пещеры. Разбег, отталкиваюсь от выставленного вперёд колена, затем двумя ногами наступаю на щит, прыгаю как можно сильнее вверх и, на пике, активирую блинк. В итоге, после моего нехитрого манёвра я оказываюсь под потолком, где и находится основная масса гарпий. Мысленная активация сразу двух огненных колец, заранее заготовленных мной на магической сети, застаёт монстров врасплох. Мощь двух заклинаний, усиленных синергией, отбрасывает гарпий в разные стороны. Ударная волна впечатывает хрупкие птичьи тела в потолок, и они мешками падают на пол.
 
Моя авантюра не проходит бесследно и для меня самого. Падение с десятиметровой высоты – дело не очень приятное. Ногу пронзает дикая боль, а системное сообщение говорит, что я заработал перелом. Эх, как не вовремя. Кое‑как поднимаюсь, стараясь не опираться на повреждённую ногу, и присоединяюсь к избиению пернатых монстров. Охрану босса выбили довольно быстро, но главная гарпия умудрилась выжить и вновь поднялась к потолку. Но особых хлопот она в одиночку доставить уже не смогла, и минут через двадцать мы отправились дальше в полном составе.
В последнем зале нас поджидал одинокий гоблин, облачённый в чёрную мантию. Когда мы вошли, он откинул капюшон, и я услышал судорожный вздох Осмунда. Я обернулся и увидел, как его лицо мгновенно побелело, он как будто увидел привидение. На вопрос, который уже был готов сорваться с моих губ, ответил проклятый.
– Зря ты пришёл, отец, ты не найдешь здесь ничего кроме смерти.
– Ты больше не Ольд, и не в праве меня так называть, мой сын давно умер, я пришел, чтобы упокоить его тело.
Пока Осмунд говорил, Ольд развел руки в стороны, и вокруг него появились четыре элементаля. У каждого был абсолютный резист от одного типа магического урона, да и защита от физики на уровне.
Урон у чистых воплощений стихии оказался заоблачным. Танки еле сдерживали натиск четырех разных типов магических атак, периодически поддерживаемых ослабляющими заклинаниями Ольда. Хилы работали на пределе своих возможностей, но частые массовые заклинания элементалей сильно просаживали здоровье рейда.
Я схлестнулся со своим антагонистом – элементалем воды. Против него моя магия действовала особенно эффективно. Противник оказался не из лёгких. Элементаль мог с лёгкостью менять свое агрегатное состояние, то есть превращаться из твердого льда, от которого мои заклинания могли откалывать довольно большие куски, в воду, которая тут же заполняла повреждения, моментально замерзая и при этом восстанавливая ему хп.
Я кружился вокруг элементаля, с трудом уворачиваясь от его атак и пытаясь нащупать его слабость. Краем глаз улавливал, как рядом сражаются друзья, но отвлекаться времени не было. Сосульки летели в меня одна за другой, я метался по небольшому подземному помещению, то и дело атакуя своего противника простыми огненными заклинаниями. На формирование чего‑то более сложного попросту не оставалось времени. Танки пробовали отвлечь моба на себя, но при приближении милишников элементаль включал морозную ауру, и находиться рядом с ним становилось невозможно. Доспехи воинов покрывались коркой льда, вызывая сильнейшие обморожения.
Все физики взяли на себя элементаля земли. В самом начале боя проклятый гоблин как бы вошёл внутрь элементаля, объединяясь с ним в одно целое. Ольд, обладающий внушительной магической силой, вдобавок ко всему получил крепчайшую броню и физическую мощь. По сути, получилось что‑то типа управляемого изнутри экзоскелета. Пробить каменную кожу элементаля очень трудно, а в ответ прилетают сильнейшие удары молотов, в которые превратились руки противника, порой отбрасывающие тяжеленного Танка на несколько метров. От этой группы чаще других доносились совсем не литературные высказывания.
 
С остальными тремя элементалями справиться могли только маги. Увернулся от проклятья, которым в меня запустил Ольд. И как ещё успевает гадёныш, на нём висят как минимум семь игроков. Было восемь, иконка одного члена рейда уже посерела. Так, пора переходить к более активным действиям. Активировал полусферу щита и под её прикрытием сформировал несколько плетений, подвесив их на магическую сеть. Посмотрим, понравится ли тебе моя идея.