Второй шанс 3. Фортунат
Не усмотрев в происходящем ничего необычного, я хотел уже покинуть место действия. Однако не успел, по мозгам вновь ударил невыносимый зов мольбы о помощи.
– Черт! – я выругался в голос. – Не хочется, а придется.
Чтобы сформировать воздушный кулак много времени мне не потребовалось. Девять ударов и девять расплющенных тел неудачливых охотников разбросаны по поляне. Особенно осторожно пришлось плющить того, что впился в ногу. У меня получилось. Все твари отправлены в места вечной охоты, несчастная жертва спасена. Добро восторжествовало, ибо супротив крепкого хоть и воздушного кулака никакие зубы и когти не канают.
Подошел к быку, предварительно послав ему успокаивающий ментальный посыл. Кажется, я был понят правильно, поскольку при моем приближении животное даже не дернулось.
Теперь у меня появилась возможность хорошенько рассмотреть того, кого только что спас. Забавный экземпляр. Тело быка – четыре ноги, хвост с шипастым набалдашником, при этом непосредственно из шеи растут длинные мощные щупальца, круглая голова с огромными отливающими зеленью стрекозиными, ну или мушиными глазищами, непосредственно под органами зрения расположена относительно небольшая пасть усеянная мелкими зубами. Ближе к макушке между глаз находится та самая антенна, посредством которой этот парень вызвал подмогу в моем лице.
Почему именно парень? А хрен его знает, безошибочное чутье подсказало, что передо мной самец, а не самка, несмотря на отсутствие видимых первичных половых признаков. А еще я понял, что за мной наблюдают без страха, скорее с затаенной надеждой. Опять же Дар ведуна подсказал и усилившаяся за последнее время магическая чуйка.
Для осмотра поврежденной зубами хищника ноги много времени не понадобилось. Кость перекушена, мышцы и сосуды основательно повреждены. Однако всё отнюдь не безнадежно. Ментальным посылом усыпил зверя, чтобы от резкой боли ненароком не двинул меня копытом. Для начала руками соединил сломанные концы кости и заставил их срастись друг с другом. Затем восстановил поврежденные кровеносные сосуды, соединил оборванные нервные волокна. Наконец занялся мышечными тканями и сухожилиями. Через час нога зверя была как новая, ну почти как новая. Во всяком случае, при движении дискомфорта чувствовать он не будет.
Посчитав работу выполненной, вывел пациента из состояния транса и собрался продолжить прерванный путь. Однако был здорово удивлен действиями «быка» после пробуждения. Очухавшись, тот не вскочил тут же на ноги и не помчался на пастбище к сочной травке и молодым не менее аппетитным «коровам». Своими мощными щупальцами он потянулся к телу ближайшего волка, схватил, подтащил поближе, затем принялся лихорадочно отрывать от него небольшие кусочки и запихивать в пасть.
Ну ни фига себе, безобидное травоядное! Похоже не травкой единой, а скорее всего и вовсе не травой питается спасенное мной существо. В принципе, мне по барабану. Мы странно встретились и странно разойдемся, поскольку никакого желания продолжать знакомство с монстром у меня не возникало.
Помахав ручкой бывшему пациенту и пожелав приятного аппетита, я покинул лесную поляну, в твердой уверенности, что никогда более не встречу этого проглота. Это я так думал, «проглот» же посчитал иначе.
Не прошло и трех часов, как за моей спиной раздался все усиливающийся топот несущегося на приличной скорости «бычары», затем на меня обрушилась ментальная волна обожания и абсолютной преданности. По мощности исходящей от животного эмоциональной бури, несложно было догадаться, что во мне усмотрели друга, защитника и кормильца.
Делать нечего, как там у Антуана де Сент-Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили». К тому же, угнетающее одиночество мне изрядно поднадоело. А тут живая душа, хоть и престранная, но все-таки, хоть слово молвить будет кому.
– Неужто успел сожрать всех своих обидчиков? – В ответ получил яркую картинку изрядно заляпанной кровищей и усеянной останками мертвых «волков» недавно покинутой мной поляны. – Ну ты и обжора! Короче, буду тебя называть Проглотом. – Тут мне в голову пришла одна великолепная мысль, и я тут же её озвучил: – А с какой это стати я буду на халяву тебя кормить? У нас коммунизм еще не наступил, так что, кто не работает, тот не ест. Хочешь вкусно кушать и не опасаться нападений врагов, подставляй спину, повезешь меня куда укажу.
Как ни странно, но мой посыл был понят, и возражений на установление взаимовыгодного сотрудничества не последовало. Вскоре мой новый приятель скакал по дороге во всю прыть, заботливо придерживая щупальцами мою драгоценную тушку, при этом негромко порыкивал и одаривал своего спасителя ментальными волнами абсолютно искреннего обожания.
Глава 3
Яблоко от яблони недалёко падает –
Это нам, родителям, надо бы понять.
Канут зимы с вёснами – станут дети взрослыми,
Не пришлось бы нам потом на себя пенять!
Н. Карповконст
По мощеной гранитной брусчаткой дорожке, вьющейся вдоль берега рукотворного озера неторопливо прохаживались два человека. Первый – уже знакомый нам Виктор Александрович Орлов, единственный сын патриарха одного из Великих боярских родов. Второй – сам Александр Николаевич глава рода Орловых, высокий крепкого телосложения мужчина. В свои семьдесят пять, он хоть и опирался на трость при ходьбе, однако наметанному взгляду внимательного наблюдателя было понятно, что это, скорее, предмет статусный, нежели действительно насущный.
Стрелки часов приближались к полудню. Несмотря на календарную зиму и грядущее скорое Рождество, погода радует отсутствием надоевшего как горькая редька дождя, заливавшего последние несколько недель всю центрально-европейскую часть России. Низкое декабрьское солнце практически не греет, лишь одаряет светом, но все равно приятно находиться под открытым небом. Легкий ночной морозец прихватил ледком края пруда, напоминая людям, что настоящая зима с трескучими морозами и сугробами едва ли не в рост человека уже не за горами. А пока землю вокруг пруда украшал слегка пожухлый во многих местах аккуратно подстриженный на английский манер газон, да редкие опавшие листья растущих вдоль дорожки вековых дубов.
Обычно Орлов-старший предпочитал прогуливаться по парку перед обедом в одиночестве, однако неприятные обстоятельства, недавно доведенные до его сведения осведомителями из окружения сына заставили его слегка подкорректировать это правило.
Какое-то время шли молча. По нахмуренному лицу родителя сыну было нетрудно догадаться, что разговор предстоит для него не из самых приятных. О причинах своего вызова в столичную резиденцию он догадывался, но точно уверен не был. Следуя рядом с отцом, он старался сдерживать шаг, чтобы приноровиться к его неторопливой походке. Получалось с трудом, Виктор то забегал вперед, то слегка отставал, а то и вовсе путался в ногах и спотыкался.
Наконец патриарх сжалился над сыном и, указав на одну из скамеек у самого края берега водоема, произнес в приказном тоне, каким он привык обращаться практически ко всем окружающим людям:
– Присаживайся, сын. – При этом сам садиться не стал. С высоты своего едва ли не двухметрового роста старик с укором посмотрел в глаза единственного и горячо любимого чада. Несмотря на ухищрения самых продвинутых чародеев Империи, у одного из влиятельнейших людей государства Российского родился только один ребенок, о чем Александр Николаевич сильно горевал. Господь очень зло посмеялся над этим человеком, не оставив ему абсолютно никакого выбора будущего наследника. Впрочем, Орлов старший был весьма изворотливым человеком и кое-какие мысли на этот счет в его седой голове появились. А когда в столь влиятельной голове рождаются хорошие мысли, их реализация не заставляет себя долго ждать. Но об этом чуть позже. – Я тобой не доволен, – продолжал пожилой мужчина, – очень недоволен.
– Что на этот раз daddy тебе донесли твои Intelligencers из моего окружения? – зная англофильскую натуру своего батюшки, молодой Орлов частенько этим пользовался, вставляя в разговор отдельные слова и даже целые фразы на языке Туманного Альбиона. Впрочем, на этот раз столь незамысловатый, но практически безотказный прием не сработал, лицо патриарха продолжало оставаться напряженно-суровым.