Я уже царь. Книга XXIX (СИ)

— Царь Петр, мы хотим заключить с вами взаимовыгодное сотрудничество. Для начала мы можем обеспечить вас всеми необходимыми условиями для комфортного правления. Дать вам любые ресурсы. И в знак того, что мы пришли не с пустыми руками, у нас есть есть подарок.
Он похлопал в ладоши. Отчего Петр только закатил глаза. Опять эти пафосные действия. Ну что за детский сад.
В зал внесли огромный ящик, запечатанный по всем правилам защитных рун и заклинаний.
  
— И что это?
— Думаю, вы будите довольны.
Петр подошел и сорвал несколько замков. Просто так. Не используя никакие заклинания и печати. Это вызвало легкое недоумение у гостей, но они промолчали.
Заглянув внутрь, Петр очень сильно удивился.
— Что? Откуда это у вас?
— Наши возможности безграничны. Конечно, вы можете пользоваться нашими услугами, но надо обсудить условия. А это… — мужчина показал на большой ящик. — В качестве подарка.
— Да? — улыбнулся Петр. — И какие же ваши условия? Позвольте спросить?
— Нам нужен доступ к архивным записям и в хранилище Кремля. А также мы хотим ввести своих людей в Кремль.
Петр слушал все это и его улыбка становилась все шире.
— С нас полная информация о правительствах всей Европы. Как Северной, так и Южной.
После этого Петр рассмеялся, картинно задрав голову.
— Какие вы забавные. Хотите управлять МОЕЙ страной? Ну вы клоуны. А под маниями у вас есть волшебные палочки? Может, на улице вас ждут метлы? Ну вы, конечно, меня рассмешили, господа…
— Что-то мне не нравится ваш тон, царь Петр. Наше руководство…
— Ваше? — улыбнулся Петр. — Повтори? Что ты сказал? Ваше руководство?
И он опять начал смеяться.
— Довольно, — рявкнул мужчина слева и, подойдя к царю, схватил его за ворот. — Ты слишком много о себе возомнил. Знай свое…
Но тут он увидел холодный взгляд царя. В нем читалось пренебрежение, даже отвращение. Как будто представитель организации был недостоин даже смотреть на него. Такой взгляд бывает только у тех, кто знает свою силу. Знает, что ему ничего не угрожает. А еще он увидел бесконечную ненависть и ярость.
— У-у-у… — выдохнул секретарь, отходя подальше к выходу.
— Вы пришли ко мне во дворец, — царь схватил его за руку и легко отдернул ее. Кости начали хрустеть, как печенье. — Хотите управлять моей страной, — он надавил на руку, и мужчина в мантии упал на колени. — Так еще и смеете мне угрожать?
— Наше руководство… — прохрипел стоящий на коленях. — Оно не…
Петр создал па кончике пальца яркую сферу размером с горошину и, отпустив сломанную руку, схватил за горло. После чего начал медленно опускать яркую горошину в горло мужчине.
— Ваше руководство? — он смотрел на двух представителей организации.
— Вы играете с огнем, царь Петр. Наше терпение небезгранично!
— Послали ко мне мелких сошек, даже не зная всех деталей, — огненный шарик скрылся в теле мужчины, и он начал складываться внутрь, словно внутри образовался вакуум. Криков не было. Только хруст костей и чавканье. — Какие же вы болваны… Вы принесли мне сильнейшее оружие из всех возможных! Но перед смертью я вам кое-что расскажу.
Он пошел на двух оставшихся представителей организации. У него больше не было улыбки. Только отрешенный взгляд.
— Триста пятьдесят лет назад я создал вашу организацию! Я ее полноправный и единственный руководитель, и вашим начальникам пора бы это напомнить.
Он медленно махнул рукой и голова одного из мужчин отлетела, как будто ее отсекли очень острым клинком.
— Не обольщайся, я оставил тебя в живых только потому, что хочу, чтобы ты передал своей верхушке, что их начальник в полном здравии. И готов принять руководство. Если же этого не будет… — царь похлопал по коробке. — Тогда вашей организации через месяц уже не будет.
* * *
Документов было действительно много. Пришлось выгрузить все коробки с бумагами в отдельный ангар для техники. И чтобы было еще быстрее читать все это, я вернулся на Сахалин за Евой.
И как только я появился на острове, Ева меня уже ждала. Но около въезда на территорию портала была какая-то неразбериха. Разумеется, туда тут же полетела деталька.
— Ох, ну что за… — я поперся к выходу.
Почему всегда кто-то пытается поиграть в героя? Почему мне не дают нормально работать? Почему никто не понимает, что с командой мне только сложнее. Это делает меня более уязвимым.
У входа стояла машина с Катей, Пашей и Анастасией. И они настойчиво требовали пропустить их на территорию портала. Показал, блин, на свою голову один из секретов рода!
Надеюсь, что хоть после всего этого, они не будут пользоваться моим гостеприимством и требовать порталы для личных целей.
— Простите, но я не могу вас пропустить… Таков указ господина Кузнецова… Его высочества, — пытался сгладить конфликт охранник на пропускном пункте.
Тут уж вышел я и подошел к машине.
— Дальше я сам.
Солдаты благодарно выдохнули и отошли подальше, дав нам спокойно все обсудить.
— Зачем приехали? — наклонился я к окну.
За рулем сидел сам Павел, и в глазах у него, как и у сестер, читалась решимость к действиям. Вот только к каким? Хотя ясно, что они хотят сделать.
— Миша, — выглянула с заднего сиденья Катя. — Мы хотим с тобой в Москву. Будем помогать. Мы не можем просто так сидеть, сложа руки, и смотреть, как отец умирает.
— Да, Миш… — кивнул Паша. — Прости, это слишком. Мы хотим сделать хоть что-то. Попытаться.
— Не надо пытаться, — вздохнул я. По большому счету, сейчас мне не нужны бойцы. Только аналитика и анализ. — Послушайте одну вещь. Вашему отцу осталось три дня. И вы хотите потратить это время, бегая в поисках чего-то, что может его спасти, и даже не зная, что это? Вместо того, чтобы провести последние дни с отцом?
— Не говори так! — огрызнулась Анастасия. — Мы найдем…
— А если нет? Что тогда? Будете ли вы потом жалеть о том, что не успели провести время с отцом?
— Мы будем знать, что пытались его спасти! — ответила Катя.
— Ага. Вот только отцу последние дни жизни от этого будет не легче. Не думали, что он бы хотел уйти в окружении семьи? Быть спокойным и не думать, что пока он испускает последний вздох, его дети рискуют жизнью ради него же? А если с вами что-то случится?
Я не оставлял им вообще никаких шансов на контраргументы. У меня просто не было времени с ними возиться. И приходилось говорить жестко. Только голая правда может их отрезвить.
— Но мы не можем просто так сидеть… — чуть тише сказала Катя, и слезы встали у нее в глазах.
— А это не для вас. А для вашего отца. Он столько сделал, чтобы вы были умными, сильными и счастливыми! Так подарите ему последние дни. Сделайте их для него лучшими в жизни! А я уж постараюсь все исправить. И если получится, то… Хм… У меня в долгу будет царская семья. Нехило так…
— А если ты не справишься?
— Если я не справлюсь, то вы точно не сможете.
— Да как ты смеешь! — насупилась Настя.
— Он прав, — сказал Павел. — Миша, ты говоришь все верно… Но… ты предлагаешь просто вернуться и остаться с отцом?
— В точку. Пусть он видит, что рядом семья. А остальное оставьте на меня.
Павел завел автомобиль.
— Нет, Паша! Погоди! Ты не можешь просто так уехать! — воскликнула Катя.
— Ты хочешь оставить отца? — повернулся он к ней.
Катя ничего не ответила. Откинувшись на заднее сиденье, скрестила руки и надулась как индюк.
— Миша, тогда возьми Альфу и Омегу, — и из багажника тут же выпрыгнули две девочки в плащах. — Они бессмертны. Практически неуязвимы. С ними ничего не будет…
А вот это уже куда интереснее. Два неуязвимых существа лишними не будут. Да и переживать за них вообще не надо.
  
— Ок, — кивнул я. — Только пусть слушаются меня беспрекословно.
Настя тут же позвала их и начала что-то нашептывать. И через минуту они подошли ко мне и поклонились.
— Теперь они слушают тебя так же, как и меня, — улыбнулась Анастасия.