Огненные драконы (ЛП)

Никто не чувствовал себя спокойно, когда Андерс и остальные вышли из большого зала, оставив Лейфа и Дракон-сход позади. Тео почти сразу же направился в архив, он надеялся найти Хейна до того, как большой волк покинет мастерскую на ночь, и спросить, не сможет ли он пролить свет на следующую загадку. Независимо от того, мог ли он думать или знал, как найти какие-либо места, которые, как традиционно говорили волки, давали им большую силу.
Андерс умирал от желания пойти с ним, но хотя стражники в архивах уже привыкли к визитам Тео — Лейф дал ему разрешение, как часть его исследований — если волк попытается войти внутрь, даже Финскол, они будут настаивать, чтобы кто-то попросил разрешения у Дракон-схода. Он не мог позволить себе рисковать, привлекая их внимание прямо сейчас, особенно то, как они выглядели, когда Лейф и его ученики приземлились.
Поэтому он пошел вместе с остальными, пока они собирали еду, и удалился в свою и Лисабет комнату, заняв свои обычные места, пока они ждали Тео.
— Я не знаю, что происходило в зале, — сказал Миккель, — но это было нехорошо.
— Отец не смотрел мне в глаза, — сказала Эллюкка. — Это ненормально.
— У меня ужасное чувство, — сказала Лисабет, — что они говорили о Лейфе.
Это было то же самое чувство, которое они все разделяли, и они погрузились в неловкое молчание. Лейф был голосом разума в совете, тем, кто остановил драконов от изгнания Андерса и Лисабет сразу после нападения волков. Если его власть ускользает, что это значит для них и для всех остальных Финсколаров? Для хрупкого перемирия между волками и драконами?
Андерс не знал о других, но он был сосредоточен на молчаливом желании, чтобы Хейн был в мастерской, и получить ответы, нужные для поиска к третьей части Скипетра. Все больше и больше казалось, что время уходит.
Словно в подтверждение его слов, Рейна вздрогнула и стащила с кровати одно из одеял, чтобы накинуть себе на плечи. Он никогда раньше не видел, чтобы она так нуждалась в дополнительном тепле в собственной крепости драконов.
Все подняли головы, когда дверь открылась, впуская Тео. Его лицо сразу же сказало им, что он не добился успеха.
— Хейна там не было? — спросила Лисабет.
Тео покачал головой.
— Хуже, — сказал он. — Он был там, и не один.
Андерс судорожно втянул в себя воздух.
— Они тебя видели? — спросил он.
— Нет, — сказал Тео. — Но я думаю, они знают, что он говорил с нами. Или, во всяком случае, с кем-то. Я добрался туда только в конце, но четверо Волчьих Гвардейцев вывели его из кабинета, и прямо перед тем, как они добрались до двери, еще один накинул одеяло на зеркало.
— Они не стали бы этого делать, если бы не думали, что он использовал его, — предположила Лисабет.
— Плохо, — сказала Эллюкка.
— Это действительно плохо, — согласился Миккель.
— Надо полагать, он не вернется, — сказала Лисабет. — Если они послали четырех охранников, чтобы забрать его, куда бы он ни направлялся, они не думают, что он на их стороне. Они не дадут ему другого шанса поговорить с тем, с кем, по их мнению, он разговаривает.
— Тогда мы должны найти других волков, которые помогут нам, — сказал Андерс. — Здесь, в Дрекхельме, мы не найдем того, что ищем. Если ответ где-то и есть, то в библиотеке Ульфара.
— Согласна, — сказала Лисабет. — Но все труднее и труднее выбраться отсюда незамеченным.
— И… — трудно было сказать, но Андерс заставил себя: — Не знаю, помогут ли нам наши друзья в Ульфаре. Они едва-едва доверяют нам.
— У нас нет другого выбора, кроме как спросить их, — сказала Рейна, но все же вложила свою руку в его, сжимая для утешения.
— Я не думаю, что мы сможем уговорить Лейфа возглавить классную поездку в Холбард, — сказала Эллюкка с мрачной улыбкой, ее беспокойство за Дреклейда было заметно.
— Тогда мы должны сами найти способ добраться до Холбарда, — сказала Лисабет. — И убедить Викторию и Сакариаса помочь нам. Без Хейна мы сами по себе, а Дракон-сход подрывает авторитет Лейфа. Мы должны что-то предпринять, и это должно произойти как можно скорее. Это должно быть завтра.
 
— Неужели это может ждать так долго? — спросил Миккель, закусив губу.
— Думаю, да, — ответила Лисабет. — Ты только что пролетел весь путь от водопада. Сегодня ты не можешь лететь в Холбард, тебе нужно отдохнуть. — Драконы неохотно кивнули. — И мы должны найти способ поговорить с нашими друзьями, — сказала она. — Трудно попасть в Ульфар и выбраться из него. Когда мы с Андерсом пытались найти Рейну, нам пришлось дождаться дня отдыха, чтобы выйти наружу. Ты не можешь просто приходить и уходить, как драконы здесь, в Дрехельме. Сакариас и Виктория вышли навестить нас в тот день, когда мы получили карту, и, вероятно, у них было много неприятностей из-за этого. Будем надеяться, что они смогут сделать это снова. Но сначала они должны знать, что мы их ищем. Давайте все немного отдохнем, а мы с Андерсом постараемся найти способ связаться с ними.
Они расстались, и четыре дракона ушли, чтобы забрать тарелки на кухню и отправиться спать.
Андерс и Лисабет проговорили всю ночь, придумывая все худшие и худшие планы и отбрасывая каждый по очереди. Воспоминания о последнем визите в Холбард давили на них тяжелым грузом… лишняя охрана, холод в воздухе, ощущение города, настолько погруженного в напряжение, что могло случиться все, что угодно. Никогда еще стены Ульфара не казались такими высокими, как сейчас, когда они были снаружи.
На следующее утро у них уже был готов план, но не было возможности поделиться им с остальными за завтраком. Нико и Криссин снова заняли свое место рядом со столом группы, и на этот раз у них была компания. Среди взрослых в зале для завтрака находился Торстен, и он долго смотрел на Андерса и Лисабет, когда подошел к Нико и Криссин.
— Они даже не притворяются, что поддерживают Лейфа, — прошептал Миккель, кипя от злости. — И это Финсколары!
— Мы даже не притворяемся, что нам нравится Торстен, — заметила Эллюкка.
— Но Торстен против своих, — ответил Миккель низким и яростным голосом. — Финсколары держатся вместе.
— Не дай себя подслушать, — только и сказала Лисабет, зачерпывая ложкой овсянку, как будто в этом не было ничего необычного. Андерс попытался последовать ее примеру, хотя в животе у него все переворачивалось даже при мысли о предстоящем дне.
У них также не было возможности рассказать остальным, что у них на уме, когда они добрались до класса. На этот раз помехой были не Нико и Криссин, а почти каждый член Дракон-схода, входивший в дверь по одному и по двое, чтобы прерывать Лейфа каждый раз, когда он начинал работать с кем-либо из учеников. Очевидно, пока его не было, происходили важные обсуждения… и столь же очевидно, что отъезд был ошибкой.
«Им просто повезет, — подумал Андерс, — если Дракон-сход, наконец, примет решение в самый неподходящий момент».
В обеденное время Лейф просто сдался.
— Я думаю, что наша работа сегодня уже достаточно нарушена, — сказал он со вздохом. — Нет никакой необходимости возвращаться после того, как вы поели. Если вы хотите брать уроки в другом месте, пожалуйста, делайте это. Если вы хотите отдохнуть после обеда, то, пожалуйста, наслаждайтесь этим временем. Завтра мы попытаемся возобновить занятия.
Все вышли в тревожном молчании, а Андерс и его друзья схватили бутерброды и удалились в картографическую комнату, собравшись вместе в дальнем ее конце и приглушив голоса на случай, если Нико и Криссин догадались, где они находятся, и подслушивали у двери.
— У нас есть идея, как передать сообщение друзьям, — сказала Лисабет. — Эллюкка может притвориться, что приехала из деревни семьи Сакариаса, и передать ему письмо. Будем надеяться, что они ответят и помогут нам.
 
— Если мы полетим сейчас, как ты думаешь, есть ли шанс вернуться до ужина? — спросила Рейна без особой надежды.
— Не совсем, — признался Андерс. — Мы не знаем, как быстро он пришлет ответ. А потом, если он и остальные помогут нам, потребуется время, чтобы найти нужную нам информацию, хотя у Лисабет есть кое-какие идеи насчет того, где они могли бы поискать в библиотеке.