Король звезды (СИ)

Но урок оказался не физкультурой. Низкая полноватая женщина рассказывала о травах. Карл хотел подойти послушать. Растения казались ему интереснее Тёмных искусств и иголок — во всяком случае, они были чем-то живым. Но женщину со всех сторон обступили дети. Она была низкого роста, и Карл даже не видел кончика её шляпы. Потолкавшись немного, он махнул рукой и пошёл бродить по холмам.
Только что наступившая осень ещё не успела окрасить всё в золотой цвет, и редкие деревья тянули к небу свои зелёные головы. Странно, эти люди так любят золото, почему же они не любят осень?.. Наверное, она напоминает им о приближении зимы. Осень напоминает им о смерти…
Карл взобрался на холм и посмотрел на озеро. В лучах солнца оно не казалось чёрным, но Карл не верил ему. Днём всё выглядит иначе. Надевает маску, чтобы казаться добрее, красивее, умнее, счастливее. Ночью всё становится таким, как есть…
Вдруг в траве Карл заметил шевелящийся чёрный комочек. Он оглянулся, проверяя, не выскочит ли откуда-нибудь профессор трансфигурации, чтобы прочитать ему лекцию о том, что можно трогать, а что нельзя. Потом наклонился и раздвинул высокие стебли травы.
Воронёнок был маленьким и грязным. В перьях застряли пылинки, увядшие лепестки цветов и листья. Одно крыло сломано. Он был жалким и уродливым даже днём. И Карл поверил ему.
Он взял воронёнка на руки. Тот запищал, стал бить правым крылом, левое только беспомощно подрагивало. Воронёнок вдруг напомнил Карлу птицу из сна. Он даже посмотрел на свои пальцы, но чёрной крови на них не было.
— Хочешь пойти со мной? — спросил Карл.
Воронёнок наклонил голову, потом пропищал что-то. Наверное, он спросил: «Куда?»
— Я не знаю, — ответил мальчик.
Воронёнок несколько минут смотрел на него, потом лёг на руки и, казалось, заснул.
— Это означает «да»? — тихо спросил мальчик.
Воронёнок не ответил, продолжая делать вид, что спит. А может, он, и правда, спал.
Карл спустился с холма, пряча воронёнка в полах мантии. Урок уже кончился, и ребята возвращались в замок. Карл старался держаться от них на безопасном расстоянии, но мальчик с белыми волосами всё равно заметил.
— Что это у тебя там? — спросил он, подходя к Карлу.
— Ничего.
— Ты что-то прячешь? Ты украл это?
— Я ничего не крал! — крикнул Карл, в голосе послышалось отчаяние.
— Ладно, ладно, не ори так, я тебе верю, — он говорил, почти улыбаясь.
Тут кто-то дёрнул Карла за мантию. Воронёнок проснулся и открыл глаза.
— А говорил, что не крал, — широко улыбнулся мальчик.
— Я нашёл его! — Карл прижал воронёнка к себе.
— Да ну? — улыбка стала ещё шире. — То есть хочешь сказать, он теперь твой?
— Он не мой… — пробормотал Карл. — Но он согласился пойти со мной…
— Так он ещё и говорящий?
— Нет… просто…
— Смотрите, ещё один говорящий птенец! — закричал друг светловолосого мальчика. — Ну-ка, скажи нам что-нибудь! Скажи! — он потянул к птице толстые руки. — Как тебя зовут, цыплёнок?
— Его зовут Рабэ! — Карл хотел отскочить в сторону, но другой здоровяк всё ещё держал его за мантию.
— Рабэ? — светловолосый мальчик рассмеялся тихим медленным смехом, похожим на тягучую карамель.
— Это ворон, по-немецки! — зло выкрикнул Карл.
Нашлись тоже умники! Изучают какие-то Тёмные искусства, превращают спички в иголки, а иностранных языков не знают. Карл немецкого тоже не знал, но в приюте пару лет работал сторож-немец. Он научил Карла нескольким словам.
— А ты, я смотрю, образованный, — мальчик перестал смеяться и серьёзно посмотрел на Карла. — Может, тебе и в Хогвартсе учиться не надо?
Может, и не надо! Только его никто не спрашивал!
— Ладно, Драко, дался тебе этот урод! — остановил мальчика друг. — Пошли, а то опоздаем к Снейпу.
Драко снисходительно кивнул и пошёл к замку.
Карл посмотрел на воронёнка. Интересно, кого тот мальчик назвал уродом — его или Рабэ? Наверное, их обоих.
— Да, мы с тобой два урода, — сказал он воронёнку.
Тот ответил спокойным взглядом: «Я знаю».
Вздохнув, Карл побрёл на урок Снейпа, к которому нельзя опаздывать.
  
Кабинет Снейпа находился в подземелье. Заглянув туда, Карл заметил детей, которых видел на занятии у прозрачного профессора. Вон рыжий и его друг в очках, и на предпоследней парте сидел тот же мальчик. Карл с трудом подавил в себе желание подойти и спросить: «Ты чего тут делаешь? Ты же не-из-Слизерина!» Но с ним Рабэ, поэтому лучше не привлекать внимания. Может, это и хорошо, что много народу. В такой толпе его вряд ли заметят. Прошмыгнув на последнюю парту в углу класса, Карл шёпотом попросил воронёнка вести себя тихо.
Вошёл профессор. Он оказался моложе прозрачного преподавателя истории, преподавательницы трансфигурации и женщины-травницы. Профессор раскрыл журнал и начал знакомиться с классом. Дойдя до мальчика по фамилии Поттер, он назвал его знаменитостью. В классе раздались смешки. Карл не знал, чем знаменит этот мальчик и что в этом смешного. Его волновало другое. После буквы «P», будет «R», а потом «S»… Его буква, его имя.
— Карл Штерн, — произнёс профессор без всякого выражения и нашёл взглядом мальчика, забившегося в угол класса. Что там говорила сегодня МакГонагалл? «…Прогуливает уроки, дерётся… Надо обратить внимание…» На что тут можно обратить внимание?
Он собирался перейти к следующей фамилии, когда светловолосый мальчик произнёс спокойным вежливым голосом:
— Профессор, а он принёс в класс мёртвую птицу.
Профессор беззвучно вздохнул. Неужели ни одно занятие не может пройти без этой ерунды!..
— Зачем вы принесли в класс мёртвую птицу? — спросил он, повернувшись к Карлу.
— Она… не мёртвая… — ответил из угла Карл.
— Зачем вы принесли в класс не мёртвую птицу? — так же спокойно спросил профессор.
— Я нашёл её… Когда у нас был урок про траву…
— Урок про траву?
— Да… Можно, она со мной останется?.. Я видел… В поезде видел… У них у всех есть… — голодный, затравленный взгляд.
Этот взгляд почему-то раздражал профессора.
— Оставляйте, только не надо приносить её сюда! Не превращайте мой класс в совятню!
Карл хотел объяснить, что Рабэ не сова, но решил промолчать.
Оставшиеся фамилии профессор назвал быстро, почти не глядя на учеников. Потом стал рассказывать о своём предмете. Карла порадовало то, что здесь не нужно использовать палочку. У него и пера-то не было, какая уж палочка!..
Вдруг профессор начал задавать мальчику по фамилии Поттер странные вопросы. Карл ничего не понимал. Поттер, видимо, тоже. Девочка за первой партой отчаянно тянула руку, но профессор её не замечал. Потом, рассердившись, он стал сам диктовать ответы. Ученики заскрипели перьями.
— А вас мои слова, похоже, не заинтересовали? — прервал своё объяснение профессор, и Карл с ужасом понял, что он обращается к нему. — Где ваша бумага, перо? Или вы надеетесь на свою гениальную память?
Карл посмотрел на руку, но этому преподавателю врать почему-то не хотелось.
— У меня нет, сэр, — ответил он, глядя в парту.
— Чего нет?
— Ничего…
Класс на мгновение замер. Может, представлял, что это значит — когда у тебя ничего нет. А может, предвкушал, как профессор сейчас отделает этого маленького уродца.
Профессор подошёл к одному из шкафов, достал несколько листов, перо, чернила и поставил на парту перед Карлом.
— Надеюсь, писать вы умеете? — сказал он, потом вернулся за свой стол.
Вслед ему пронеслось тихое: «Ну, конечно, он же из Слизерина!..»
Профессор продолжил объяснение, потом заставил их варить какой-то странный суп. У толстого мальчика «не-из-Слизерина» суп убежал. Профессор накричал на толстого мальчика, потом на Поттера. Снял баллы с какого-то Гриффиндора.
Когда урок, наконец, закончился, Карл сложил бумаги и посмотрел на перо с чернильницей. Нужно их, наверное, отдать. Он повернулся к полке, откуда профессор достал эти вещи. Полка находилась слишком высоко, ему не достать. Тогда придётся…