Король звезды (СИ)

И он пошёл к себе, думая о том, что «никогда» — очень страшное слово. Но порой так просто его разрушить.
А ночью ему приснился профессор Локхард в костюме гнома.
— Как у тебя дела с валентинками? — спросил профессор.
— Без изменений, — ответил Карл.
— А у меня вот сколько! — он снял с плеча огромный мешок, в котором лежало много-много сердечек. — Только они на самом деле не мои, — шёпотом добавил профессор, — мне нужно все их отдать другим. Но это секрет, — он подмигнул Карлу.
— Я никому не скажу, — пообещал мальчик.
— Не грусти, четырнадцатое февраля — это не двадцать девятое, — улыбнулся профессор, — оно бывает каждый год!..
Сон изменился и Карл увидел мужчину в алой тоге. Склонившись над пергаментом, мужчина вывел красивым почерком «четырнадцатое февраля». А ниже написал:
 
Вместе друг с другом горят созвездия — Ворон со Змеем,
 
А между ними ещё Чаши созвездье лежит.
 
Вдруг буквы стаей чёрных ворон взмыли в небо и закружились над бледным юношей со светлыми волосами и прозрачным взглядом. Карл никогда не видел фотографии Альфреда фон Дитриха, но почему-то понял, что это он.
Юноша зачерпнул горсть снега и протянул вверх. Подул ветер — и снег полетел из тонкой ладони, превращаясь в пепел. Юноша смотрел вдаль и тихо шевелил губами, читая новое стихотворение.
 
 
Снег одинокий с мольбой прикоснётся к стеклу.
 
Но зачем мне февраль? Я отдам свои крылья
 
и молча сорвусь сразу с трёх башен вниз.
 
Ты поймай моё тело в паутину из пальцев,
 
и тогда я дождусь, пока ты сосчитаешь,
 
сколько звезд в моих потускневших глазах…
 
 
  
Глава 14. Змея погибает не от своего яда
 
А потом мир снова сошёл с ума. Существо из Тайной комнаты напало на Гермиону Грейнджер и Пенелопу Кристалл, старосту Когтеврана. Лесничего Хагрида арестовали: министерство магии и отец Драко Малфоя считали, что это он выпустил чудовище. Попечительский совет во главе всё с тем же мистером Малфоем отстранил Альбуса Дамблдора от руководства Хогвартсом.
Профессор МакГонагалл, временно замещавшая директора, говорила:
— Все, у кого есть хоть какие-то подозрения, без промедления подойдите ко мне и сообщите, что вам известно.
Но Карл давно понял, что всё это только слова. Если бы руководство школы хотело найти чудовище, оно бы его нашло. Неужели великому Альбусу Дамблдору не под силу отыскать вход в какую-то комнату? Тем более совсем не обязательно искать вход. Существо не сидит, запертое в клетке. Оно движется, появляясь то здесь, то там. Достаточно достать несколько кирпичей из стены — и, наверное, откроется тайный лабиринт, проходящий через весь замок. Но никто не будет разбирать стены. Вместо этого профессор МакГонагалл спрашивает, есть ли у них подозрения! А у неё что, нет подозрений? Она сама не видит, что в этом замешан отец Драко?.. Нет, ей не нужно знать, как попасть в Тайную комнату, она только хочет понять, что известно им! Чтобы в Тайной комнате случайно не оказался тот, кто не должен там оказаться!
Судя по тому, как Альбус Дамблдор пытается спасти его жизнь, он в Тайную комнату попасть не должен. А значит, рассказывай — не рассказывай, это ничего не изменит. Директор будет ждать того, кому нужно встретиться с чудовищем.
Самого Карла всё устраивало: если бы не нападения, он, как и раньше, каждый вечер бродил бы в одиночестве по Хогвартсу. Так что ему надо поблагодарить человека, открывшего комнату. Правда, окаменевшие дети в госпитале вряд ли испытывают к наследнику такую же благодарность… Но мадам Помфри сказала, что уже совсем скоро можно будет приготовить лекарство из мандрагор — и снять заклинание Оцепенения. Наверное, со временем они даже начнут воспринимать произошедшее как увлекательное приключение!.. Поэтому волноваться не имело смысла.
  
Но однажды вечером, идя по коридору, где произошло первое нападение, Карл увидел на стене новую надпись: «Её скелет будет пребывать в Комнате вечно».
Он не знал, чей скелет имеется в виду, да это было и неважно. Главное, что в Тайную комнату мадам Помфри не понесёт своё лекарство, а значит, окаменевшая пленница будет лежать там, пока не умрёт. Наверное, чудовищу надоело ждать того, кто, по мнению Альбуса Дамблдора, должен отправиться в Тайную комнату, вот оно и решило поторопить события. И чтобы привлечь внимание, даже заставило пленницу саму оставить это страшное послание на стене. Ведь чудовище вряд ли училось в школе, и поэтому не умеет писать. Теперь в комнату должен кто-то прийти… А вдруг директор решит, что ещё не время?.. Или пленница умрёт, пока «тот, кто должен» будет идти?..
Конечно, он не «тот, кто должен», но…
Карл подошёл к стене и коснулся холодных камней. Нет, разобрать стену — это не то же, что сделать плюшевое сердечко из леденца. Если профессор МакГонагалл увидит, подумает, что он решил разрушить школу… Лучше пойти к Миртл…
— Ты же говорил, тебе нельзя гулять вечером! — удивилась девочка.
— Нельзя, — кивнул Карл, внимательно осматривая стены туалета.
Замку около тысячи лет, вряд ли ему удастся сдвинуть с места эти вековые камни. Может, попробовать позвать чудовище?.. Если оно ползает по тёмному лабиринту, то, наверное, похоже на огромную змею…
— Что ты делаешь? — с любопытством спросила Миртл, паря в воздухе над его плечом.
— Думаю, как позвать змею.
— Змею? Зачем тебе змея?!
— Надо… — он повернулся к зеркалу и вдруг заметил на одном из кранов маленькую змейку. Карл постарался представить, что это чудовище. — Пожалуйста, выйди из Тайной комнаты! Мне нужно поговорить с тобой!
Чудовище не отвечало.
— Пожалуйста!.. Я знаю, тебе одиноко в темноте… Ты хочешь, увидеть… увидеть чьё-то лицо… заглянуть в чьи-то глаза…
— Ты чего?! — закричала Миртл.
— Я пытаюсь позвать змею…
— Откуда ты знаешь этот язык?
— Какой язык? — не понял Карл.
— Сейчас… Ты сейчас говорил на странном языке!..
— Не может быть…
— Я слышала!.. Как тогда, перед моей смертью!.. Один мальчик говорил на таком языке!..
Карл хотел возразить, что Миртл умерла давно и, наверное, что-то путает, но тут кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться, умывальник подался вниз, открывая узкий тёмный проход.
Мальчик изумлённо смотрел в темноту, но чудовище не появлялось. Значит, надо идти самому. Он наклонился, держась за стену.
— Ты куда? — испугалась Миртл. — Ты что, бросаешь меня? А сердечко? Ты же подарил мне сердечко!
— Сердечко подарил медвежонок, — напомнил Карл, — а мы с тобой просто хорошие друзья.
Он разжал руки — и полетел вниз по тёмной скользкой трубе. Вспомнилась Алиса с её умными размышлениями о падениях и расстояниях. Карл, конечно, до центра Земли не долетел. Через несколько минут труба изогнулась под прямым углом — и он упал на мокрый каменный пол. Потирая ушибленные ладони, Карл поднялся и посмотрел по сторонам. Он оказался прав: в замке есть лабиринт!..
Бредя по тоннелю, Карл думал о словах Миртл. Неужели он, правда, понимает… змеиный язык?.. Ему часто казалось, что он понимает мысли Рабэ… И единорог… он надеялся, что единорог услышал его слова… Неужели, правда?..
Под ногами раздался хруст, Карл присмотрелся — пол был усеян костями животных, а впереди лежало чудовище. Карл подошёл к нему, но чудовище оказалось прозрачной чешуёй, оставленной огромным змеем. Бредя на ощупь в темноте, мальчик, наконец, добрался до стены, на которой были вырезаны две свившиеся в кольца змеи с изумрудами вместо глаз. Карл осторожно коснулся камней. Наверное, тут тоже надо говорить на их языке…
— Пожалуйста, впусти меня!.. Я хочу поговорить с тобой!.. Пожалуйста!..
Стена разделилась на две половины, которые медленно уходили в стороны. Карл шагнул вперёд и оказался на пороге огромного, тускло освещённого зала с колоннами. Наверное, это похоже на ночное метро, когда люди и поезда уходят и остаётся только тишина…