Король звезды (СИ)
Карл принялся доставать бусины из рыхлого снега, но они выскальзывали из мокрых пальцев.
— Вот, смотрите… — он хотел протянуть ей горстку прозрачных шариков, но профессор уже ушла. На дороге осталась неровная цепочка следов.
Карл устало поднялся и присел на каменный выступ стены. Что делать с шариками?.. Вернуть профессору Трелони? Вряд ли она захочет вспоминать, как их потеряла… У неё столько бус, может, ей и не нужны эти… Выглядят — будто простые стеклянные шарики. Только звёзды в них отражаются удивительно ярко… Или это не звёзды…
Яркая вспышка — и кровь течёт сквозь треснувшие очки-полулунки…
Белые вспышки… Зелёные… Искажённые болью лица мёртвых, искажённые криком лица живых…
Война… Дети уворачиваются от искр и сами бросают в других искры… Зачем они послали на войну детей?..
Трупы, трупы… Волшебники или магглы — уже не различить…
Тесная, пыльная комната… Лежащий на полу человек захлёбывается кровью и из последних сил вглядывается в глаза склонившегося над ним юноши. Потом юноша уходит…
Тесная, пыльная комната… В забитые окна не проникает свет… Горько умирать в темноте… Из тьмы во тьму… Он опускается на колени и пытается вернуть человеку свет, но слишком поздно… Тогда он осторожно убирает тёмные волосы со лба и касается холодной кожи… Воспоминания… Пусть останутся счастливые воспоминания: высокое дерево на берегу реки, листья падают — и превращаются в стрекоз, девочка с огненными волосами смотрит на них и радостно смеётся…
Люди смеются, обнимаются и плачут. Что-то плохое закончилось… Закончилось навсегда… Улыбки, цветы, фейерверки… Статьи, книги, биографии в ярких обложках… Ордена на бархатных подушках, заготовленные речи, бокалы шампанского, улыбки, цветы, фейерверки… И люди танцуют на фотографиях в траурных рамках…
Мы верим, что о смерти можно забыть, перевернув страницу… Что боль, исчезнет, как только дочитаешь абзац… А память — просто спектакль, который нужно сыграть, чтобы был повод выпить шампанское…
Идут годы, и алый поезд снова готовится увезти наших детей в мирную добрую сказку…
— Если ты попадёшь не в Гриффиндор, мы лишим тебя наследства…
— А, это, стало быть, маленький Скорпиус. Ты должна одерживать над ним верх на каждом экзамене…
— Дети ещё в школу не пошли, а ты уже натравливаешь их друг на друга…
Ненависть — единственное, что мы не готовы забыть…
— Альбус Северус, тебя назвали в честь двух директоров Хогвартса…
Мы даём нашим детям имена убитых и убийц и посылаем их искать счастье в том чудесном будущем, которое создали для них…
Карл резко встал — шарики рассыпались по снегу, но он не заметил этого… Оставляя за собой неровную цепочку следов, он побежал по дорожке к замку.
В кабинете-шатре было по-прежнему шумно. Звучала музыка, лопались хлопушки, раздавался радостный смех. Карл пробирался сквозь празднующую толпу, нервно расталкивая гоблинов, вампиров, банкиров, певиц и журналистов… Но профессора Снейпа нигде не было видно…
Выбравшись, наконец, в коридор, он увидел, как из последней аудитории, хлопнув дверью, выскочил Драко Малфой. На его лице мешались гнев, страх и какая-то горькая, обречённая гордость. Такие не способны на убийство, а если и убивают — то это ломает их душу…
Карл усилием воли заставил себя забыть на время о Драко и побежал в класс. Он едва коснулся двери, когда створка резко распахнулась — и на пороге показался профессор Снейп.
— …Мне нужно с вами поговорить!.. — выдохнул Карл.
Профессор нахмурился, пытаясь скрыть раздражение. Раньше он бы в два счёта выставил этого мальчишку. Теперь змеи и фениксы заставляли Северуса Снейпа слушать его.
— Что случилось? — произнёс он, отходя в глубину класса.
Карл плотно закрыл дверь, повернулся и спросил:
— Вы по-прежнему собираетесь убить Альбуса Дамблдора?
— Если это всё, о чём вы хотели меня спросить… — Северус Снейп сделал движение, собираясь уйти.
— Ответьте мне!
— Я всё сказал!
— Вы умрёте, если сделаете это, — словно обессилев, тихо произнёс юноша.
— Я умру, если не сделаю этого, — неожиданно спокойно ответил Северус Снейп.
— …Что это значит?.. — испуганно пробормотал Карл.
— Я принёс Непреложный обет.
— Непреложный обет?.. Что это?.. Что-то вроде клятвы?..
— Да, только нарушивший эту клятву умирает, — произнёс профессор так, словно речь шла не о нём.
— …И вы… вы поклялись убить директора?..
— Да.
— …Но зачем?.. Зачем вы это сделали?.. — в голосе Карла звучал почти ужас.
— Чтобы не было искушения нарушить обещание, — усмехнувшись, ответил Северус Снейп.
— Но вы… вы умрёте, если…
Дверь класса с шумом распахнулась, и на пороге, держась за дверной косяк и улыбаясь довольной, чуть пьяной улыбкой, появился Гораций Слизнорт.
— Северус, возвращайтесь на праздник!.. Даже сейчас вы не можете забыть о работе!.. Снова отчитываете нерадивых студентов?.. Кто на этот раз?.. А мистер Штерн… Мистер Штерн, жаль, что вы не согласились на предложение мистера Уорпла принять участие в новогоднем шоу «Мастера перевоплощений»… После этого успех был бы вам обеспечен… Северус, с ним действительно нужно серьёзно поговорить, но давай займёмся этим после праздника. Грешно портить такой весёлый вечер, а ведь скоро Рождество!.. Пойдёмте-пойдёмте!..
Слизнорт почти вытолкал Северуса Снейпа из аудитории. Оглушённый и подавленный, Карл молча шёл за своим учителем. Все эти месяцы он пытался верить, что сможет найти другой выход… А теперь…
Тёмный Лорд выбрал Драко Малфоя, у которого есть дом, отец и мать, друзья, блестящее будущее. Альбус Дамблдор поступил правильно. Он выбрал профессора Снейпа, у которого ничего нет, который никому не нужен… Если с ним что-нибудь случится, никому не будет жаль…
— Идёмте скорее!.. Смотрите, как здесь весело!.. Северус, держите шампанское!..
Нарядные люди танцевали и смеялись, а падающий за окнами снег медленно таял на залитых светом окнах, превращаясь в дождь.
Глава 39. Твоя вечность
Пытаясь спастись от охватившей его серой, безнадёжной тоски, Карл начал убеждать себя, что увиденное им было только миражом, пригрезившимся от усталости и тревоги. Ведь, в самом деле, он никогда не замечал в себе ни малейших способностей прорицателя, и за все три года профессору Трелони так и не удалось добиться от него сколько-нибудь связного пророчества. Были только сны… И теперь ночь за ночью Карлу снилось бледное лицо с остывающими глазами, и его руки, вкладывающие в умирающего цветные иллюзии.
«А что ещё мне может сниться после такого?» — злясь на свою слабость и беспомощность, думал юноша. — «Это ничего не значит!.. Это просто моё воображение!» Теперь он жалел о том разговоре с профессором Снейпом и надеялся, что профессор не обратил внимания на его глупые слова. «Вы умрёте, если сделаете это…» — нашёлся тоже предсказатель! Лучше бы предсказывал себе правильные ответы на экзаменах!.. Профессор прав, его оценки никуда не годятся. Надо больше заниматься…
Теперь Карл был готов думать о чём угодно, только бы не возвращаться к тем ужасным мыслям. Немного забыться помогло приближающееся Рождество. Он долго размышлял, как ему раздобыть подарки для детей из приюта. Заикаться о деньгах в присутствии Тёмного Лорда было бессмысленно и даже опасно: в списке тех, кого предстояло уничтожить Пожирателям Смерти, магглы являлись одним из первых пунктов. Заклинания тут тоже не могли помочь. Найти в ближайшее время философский камень надеяться не приходилось, а по своей воле ни одна вещь не желала становиться золотом. Превращать себя в средство купли-продажи нравилось только человеку.
«Даже если я найду деньги, на всех ведь не хватит…» — думал Карл, а в это Рождество ему хотелось сделать подарок для всех…