Зимний сон (СИ)

– Двадцать четыре.
– Что двадцать четыре?
– Двадцать четыре полных года этому телу. Ты вряд ли еще вырастешь, – ответил Ванцзи.
– Двадцать четыре значит… Лань Чжань, а в каком возрасте замерло твое тело? – осторожно спросил Вэй Ин, озвучив вопрос, мучавший его с первой встречи после воскрешения.
– В двадцать семь.
– Ого. Ты так рано достиг бессмертия! – воскликнул Вэй Ин.
– Это ошибочное мнение – я просто останусь до конца своей жизни молодо выглядящим. Не более. А сколько лет мне отмерено – то не дано знать не посвященным в тайны мироздания, – серьезным голосом ответил Ванцзи.
– Мда, у меня есть три года, чтобы тебя догнать. Смогу ли? С таким слабым телом и непонятным золотым ядром… – огорченно произнес Вэй Ин.
– Я тебе помогу. И я кое-что узнал о Мо Сюаньюе. Когда он учился в Ланьлин Цзинь, то считался одним из сильнейших молодых заклинателей. Он был невероятно талантлив в заклинательстве, умный и умелый воин. Вот только, пока не удалось ничего выяснить о причинах изгнания и помешательстве рассудком. Да и всё вышесказанное общеизвестные факты, просто мне не была нужна эта информация до нашей встречи. Но как только привел тебя сюда – мне сразу некоторые особо заботливые сами поведали истории о бывшем хозяине этого тела.
– Ого… становится всё интереснее и интереснее… – пробормотал Вэй Ин.
– И ещё, один крааайне любопытный факт, о котором мне рассказали в самую первую очередь, – интригующим голосом вдруг произнес Ванцзи.
– Хм… даже любопытно. И что же это за факт? Только не говори мне, что он спал со всеми подряд! – воскликнул неожиданно Вэй Ин.
– О… нет, не это.
– Фух! – выдохнул Усянь.
– Ноо…
– Не томи! Что же? Мне, по сути, должно быть всё равно, но вдруг, когда мы окажемся в Ланьлин Цзинь , на меня будут странно смотреть – я должен знать причину этих взглядов! – произнес Вэй Ин.
– Ладно, не буду томить ожиданием. Мо Сюаньюй предпочитал мужчин.
– О! Нуу… я тоже предпочитаю… одного единственного мужчину! – весело произнес Вэй Ин, – Стоп. Лань Чжань, а у него никого хоть там не было… с кем бы он был в отношениях?
– Если верить сведениям сплетников, то у него никого не было, – ответил Ванцзи.
– Это хорошо… – облегченно проговорил Усянь. – Слушай, а Облачные Глубины изменились. Я постоянно вижу, как нарушаются правила. Что с вами стало, что вы так низко пали? – с сарказмом в голосе спросил Вэй Ин.
– Так было всегда, просто раньше ты не замечал подобных вещей. Мы стараемся придерживаться правил, ведь они стали основой клана Гусу Лань. Но постоянно соблюдать их все невозможно. Кто-нибудь всегда нарушает. Нарушителя наказывают, но потом вновь находится тот, кто проигнорирует правила. Они скорее созданы для того, чтобы к ним прислушиваться, ориентироваться на них, но никак не делать смыслом жизни и основой всех основ. Я не согласен в этом моменте с дядей, который положил в основу нашего с Сичэнем воспитания соблюдение правил, как суть жизни. Ах, да, я знаю, почему ты не замечал подобного святотатства во время своего обучения… – вдруг хитрым голосом завершил свой монолог Ванцзи, вновь удивив Вэй Ина этим.
– И почему же?
– Потому что ты смотрел только на меня, не замечая других адептов, – веселым голосом ответил Лань Чжань, чем на несколько мгновений ввел в ступор Вэй Ина.
– С ума сойти! Лань Чжань! Я тебя не узнаю! Где та ледышка, что я знал шестнадцать лет назад? – воскликнул Усянь, пытаясь вырваться из объятий.
– Прошло много времени. Всё изменяется. И я в том числе, – ответил Ванцзи, обнимая его крепче и не позволяя вырваться, – Вэй Ин, время без тебя было ужасным. И… я не хочу тебя никуда отпускать, хочу, чтобы ты был всегда рядом, извини меня за этот эгоизм.
– Лань Чжань, держи меня крепко. Не хочу, чтобы ты отпускал меня. Может быть, это я эгоист, а не ты?
– Скорее, мы оба…
– Действительно, – улыбнувшись, согласился с ним Вэй Ин.
«Но если подобного желают обе стороны, то можно ли это назвать эгоизмом?» – подумал Вэй Ин, блаженствуя в теплых объятиях человека, которого любит всей душой.
  
У них впереди еще много дел, но сейчас можно всё отпустить и просто насладиться этими минутами наедине. Таким бесценным и прекрасным временем.
====== 19. ======
Уже прошла пара часов, как Лань Ванцзи скрылся за черной деревянной дверью минши, а колокол на вершине башни всё не унимался, оповещая всех, что заклинатели так и не смогли справиться с призванным духом.
Этот звон они услышали, когда возвращались из пещеры и намеревались продолжить приятные моменты уже в цзинши Ванцзи, но, к сожалению, этому не дано было сбыться. Колокол надрывался и звонил не переставая, созывая к себе всех адептов Облачных Глубин. Когда они оказались возле здания, то черные двери неожиданно распахнулись, а из погруженного во мрак нутра вырвался поток темной ци и резко были выброшены, словно чьей-то рукой невероятной мощи, несколько старейшин, пребывающих в глубоком обмороке.
Вэй Ин лишь успел отметить, как Ванцзи молнией метнулся в минши. Стоило ему оказаться внутри, как двери сразу же захлопнулись с громким стуком, не позволяя более никому войти. Адепты кинулись помогать лежащим на земле людям, пытаясь привести их в чувство, но ни один не очнулся. Подоспевший Сычжуй распорядился унести пострадавших к целителям, а сам подошел к Вэй Ину, молча встав рядом.
Все замерли в напряженном ожидании. Ни слова не было произнесено, никто не пытался прорваться в башню грубой силой, ведь это несло чрезвычайную опасность, так как никто не знал, что за тварь могла откликнуться на зов или как всё могло обернуться, если кто-то ворвется в процессе проведения призыва. Каждый адепт понимал, что случилось нечто неординарное, ведь с момента постройки минши практически все ритуалы завершались удачно, и поэтому заклинатели снаружи были крайне встревожены, но не предпринимали никаких действий.
Вэй Ин начал заметно нервничать. Он, конечно, знает о том, что Ханьгуан-цзюнь невероятно сильный заклинатель и ему по силам справиться с любой тварью, но вдруг именно этот дух окажется столь мощным, что Лань Чжань не сможет с ним совладать?
«Нет конечно, такого быть не может! Это же Лань Ванцзи, он не знает поражений!» – успокаивал сам себя Вэй Усянь, но отделаться от тревожных мыслей не мог.
– Эй, Сычжуй, зачем ты меня отправил за этой дудкой? – гневно раздалось из-за спины.
– О, Цзинъи, ты принес? – радостно ответил Сычжуй, поворачиваясь к другу.
– Ага, только не пойму, чем он нам поможет в этой ситуации? – юноша кивнул в сторону стоящего рядом с Сычжуем Вэй Ина. – Как он вообще в минши войти сможет? – с недоверием спросил он. – и где Ханьгуан-цзюнь?
– Отец уже внутри. Отдай господину Мо флейту, а там посмотрим по обстоятельствам, – ответил Сычжуй.
Цзинъи, криво улыбаясь, протянул Вэй Усяню принесенную им флейту, явно взятую в цзинши Ванцзи. Вэй Ин за всеми событиями вовсе позабыл о ней. Что ж, теперь он не безоружен.
Умелым движением он крутанул флейту в ладони и заткнул за пояс.
– Спасибо, как раз вовремя. – улыбнувшись, ответил Вэй Ин.
– Ты чего улыбаешься? Не время для этого! – возмутился Цзинъи.
– Цзинъи, успокойся, чего ты так разошелся? – попытался успокоить его Сычжуй.
– Там Ханьгуан-цзюнь и другие адепты, и они уже так долго не выходят, а он вовсе не переживает! – ответил другу юноша.
– Вот именно, потому что там Ханьгуан-цзюнь, я и не переживаю. – всё с той же улыбкой произнес Вэй Ин. Он сдерживался из последних сил, чтобы не рвануть к двери. Взломать ее и помочь разобраться с тварью, что так долго не желает подчиняться заклинателям.
В это мгновение дверь минши вновь распахнулась на мгновение и выкинула в потоках темной ци еще двух адептов. Они выглядели гораздо хуже, чем предыдущие – из их цицяо текла кровь. Но когда Вэй Ин склонился над одним из них, проверить состояние, то мужчина вдруг очнулся и зашептал:
– Не должны были призывать… не должны…