Цепь Севера (СИ)
На спину Петьке посыпались пыль и комья земли, а затем, прямо по позвоночнику, вызвав сильную боль, ударил твёрдый кусок бетона, который вылетел из-под ног спускающегося Ложкина.
- Ложкин, чтоб тебя, - закричал Чагин. – Сиди наверху!
- Но я… - попытался что-то сказать застывший на полпути Ложкин.
- Сиди я сказал! – Петька потер ушибленное место на спине и повторил свою просьбу. – Фонарь давай!
Через минуту рядом с Чагиным на землю упал длинный мощный фонарь и взяв его в руки, Петька нажал на кнопку, освещая закрытую задницей трактора стену.
- Хм… - выдохнул Петька, когда фонарь осветил провал.
Дыра под трактором вела в заваленный подвальный этаж, где, по рассказам, был бой спецназа службистов с сектантами, после которого случился разрыв.
Недолго думая, Петька, еще сильнее припав к земле, пополз в сторону лаза, держа перед собой включённый фонарь.
Когда он дополз до провала, то сначала осветил его своим фонарём и не заметив ничего подозрительного, протиснулся внутрь.
Запашек внутри был не очень. С момента ужасного происшествия, он, скорее всего, был первым и единственным человеком, который оказался в подвале обрушившегося здания.
Снова поводив фонарем из стороны в сторону, Петька, морщась от скверного запаха, сделал первый робкий шажок вперед, за ним следующий и еще один.
Так он и продвигался вперед, вырывая из тьмы всё новые и новые детали подвала, пока не услышал еле заметный шорох.
- Наверное крысы, - подбадривая сам себя, прошептал Чагин. – А ну брысь!
После этих слов внутри у Петьки все оборвалось, потому что, вместо шороха разбегающихся по углам грызунов, он услышал вполне громкий и отчетливый стон.
- А ну хватит шутить! – заорал Чагин.
Если это кто-то из работяг решил над ним подшутить, то вышло у них не очень. Ноги у Петьки затряслись и полностью отказались его слушаться, а на лбу выступили крупные капли пота.
- По…те… - услышал Чагин слабый и неразборчивый голос.
Взяв себя в руки и покрепче перехватив длинный фонарь, на манер палки, он все же сделал над собою усилие и заставил себя двинуться дальше, в сторону, из которой доносились обрывки слов.
Разгоняя фонарем тьму, Петька обошел одну из колонн и за ней увидел валяющуюся на земле груду непонятно чего. Сначала Чагин подумал, что это свалка из мусора, но затем куча немного пошевелилась.
- ..гите, - снова раздалось из под кучи.
Бедный Чагин чуть снова чувств не лишился. Он даже похлопал себя по штанам и груди в поисках рации, чтобы позвать на помощь. Естественно никакой рации с собой у него не было, это же Петька!
Снова борясь с собой, он маленьким шаркающим шажочком пододвинулся к куче и светя на неё фонарем, смог разглядеть в ней очертания ног человека.
- Ты там живой что ли? – спросил ошарашенный Чагин.
- Пи… ть… - произнес голос из кучи.
- Да я ж… Ты это, слышишь, держись!
Отложив фонарь так, чтобы тот освещал кучу, Петька принялся освобождать человека, заваленного мерзкими и слизкими остатками какого-то монстра.
Сдерживая приступы тошноты, подкатывающие к горлу из-за вони, от которой даже глаза слезились, Чагин всё-таки справился со своею задачей и, когда, снова взяв фонарь в руки, осветил освобожденного им человека, тут же порядочно офигел.
- Да ты из спецов, - прошептал Чагин, разглядывая форму и изможденное лицо лежавшего на полу человека. – Братец, ты держись, слышишь! Я сейчас, мигом на помощь кого-нибудь позову!
С этими словами, Чагин бросился к дырке в стене и, высунув из неё голову, начал кричать рабочим, чтобы вызывали скорую и вообще всех, кого только можно.
С помощью мата, угроз и обещаний всех кар небесных, Петьке всё-таки удалось быстро донести до своих подчиненных всю важность его приказа, и, не давая никаких других объяснений, он быстро вернулся к обнаруженному им бойцу.
- Сейчас всё будет, парень, ты главное держись, слышишь! – Петька уселся рядом с ним на пол и отложив фонарь в сторону, внимательно осмотрел.
Черная форма, с желтыми полосами, вполне обычная для бойцов безопасников, была вся в грязи. Ни знаков отличия, ни других примечательных деталей Петька рассмотреть не мог, кроме одной. Над левым плечом парня была нашивка в виде листа.
Мооргаан на берегу Ледовички.
- Ты как, живой? – голос храмовника с трудом пробивался сквозь шум в голове.
Не отвечая на его вопросы, призвал цепь и коснулся звеном до браслета, чтобы активировать пространственный склад. На пол передо мной, звеня стеклом, упал небольшой пузырек.
Сил говорить не было, поэтому я кивнул на флакон Кучину. Храмовник ухватил его и, откупорив пробку, сразу же влил коричневое содержимое мне в рот.
- Полегчало, - где-то через минуту сказал я и попытался подняться.
К моему удивлению, это мне удалось, даже головокружение и шум в ушах пропали. Несколько раз присев и попрыгав то на одной, то на другой ноге, отметил, что действительно чувствую себя вполне бодро.
- Спасибо, хорошая баночка, - поблагодарил Креста за рецепт.
- А-то, фирма веников не вяжет вообще-то, - тут же выдал мой квартирант.
Эти эликсиры, под чутким присмотром Рыжего, я наварил в Доле в приличном количестве. Всю посуду Салерне изгадил, но сейчас понял, что точно не зря. Откат накроет где через десять часов, но к этому времени мы будем уже на лодке.
- А ты действительно полон сюрпризов, парень, - Правин подошел и хлопнул меня по плечу. – Якшаешься с прислужниками богини?
- Нет, - неприятные воспоминания о собственной смерти тут же заворочались у меня внутри, словно клубок скользких червей.
- А, что за «мир тесен»? – судя по всему подполковник не собирался так легко от меня отстать.
- Долгая история, - отмахнулся я, стараясь побыстрей сменить тему.
Ну не рассказывать же ему, что, судя по всему, человек на том конце «провода», пару недель назад отправил меня на тот свет. А спас меня артефакт, самого Торчина Громова, сделанный им почти тысячу лет назад.
Боюсь от таких новостей храмовник впадет в религиозный экстаз, а Правин точно отошлет меня, от греха подальше. Ему и так достаточно странностей, что творятся вокруг меня.
- За нами, похоже, пришли, - сказал я, наблюдая, как в глубине зала появились два небольших фиолетовых огонька.
Поначалу принял их за те самые светящиеся шары, которые создали над собой Кучин и Правин. Но быстро поменял своё мнение, потому, что огоньков становилось всё больше и появлялись они исключительно по два штуки, словно глаза.
- А я говорил, - укоризненно произнес Кучин и призвал проводник.
Из темноты, один за другим, шаркая по полу босыми ногами, теряя остатки истлевшей одежды и стуча сгнившими челюстями, стали выходить мертвецы.
Промысловый поселок Дол.
- Матвей Егорович, всё готово, можем уже отплывать, - Громов старший кивнул, скептически оглядывая небольшую лодку.
Облупившаяся краска, обломанные перила бортов, скрип палубных перекрытий, всё это не внушало доверия. Он обернулся к Макару и вопросительно уставился на него.
- Всё, что есть, - ответил тот на немой вопрос Громова. – Лучшее судно забрали службисты.
- Не вздумай мне палки в колеса вставлять, - угрожающе предупредил Громов.
- Помилуйте господин, - наигранно выставил перед собой руки Велихов. – Если бы не здоровье, я бы и сам с вами отправился. Дела семейные, прекрасно вас понимаю, у самого племянница та еще…
- Да мне плевать, - резко оборвал его Громов. - Смотри мне, Макар, с огнем играешь.
После этих слов Матвей развернулся и направился по дощатому помосту на лодку. Проводив взглядом последнего члена из отряда хозяина севера, Макар развернулся и направился от пристани вглубь поселка.
Нужно послать письмо службистам, думал Макар, Правин приказал, докладывать обо всём подозрительном сразу в столицу, даже птичку магическую оставил. Макар и раньше слышал про ависов, но в том-то и дело, что только слышал.