Моя милая ужасная невеста (СИ)

Оказалось, что на кончиках пальцев трещала светлая магия, требующая немедленной расправы над бесящим соседом. Пришлось погасить. Удивительно, но именно светлая половина во мне куда кровожаднее темной.
— Перебросимся парой слов? — наконец предложила я недоумку.
— Господин Варлок, вы не против? — проявляя чудеса идеального воспитания, вежливости и такта, спросил он у хозяина дома.
— Папа не против, — сухо бросила я и поднялась из-за стола.
Отец, может, был не против, но согласиться пока тоже не мог: одним глотком приканчивал поминальное вино. Своеобразная реакция, учитывая, что они тут всем кагалом пять минут назад пытались заключить брачную сделку.
— Марта, присядь, — со вкрадчивыми интонациями темного повелителя, раздающего приказы, велел Закари и кивнул, предлагая приземлить зад на стул.
Странно, как меня не разорвало от злости.
— Просто идите! — пришла на помощь мама и выразительно кивнула в сторону дверей. — Но вернитесь. Ритуальную трапезу надо заканчивать в том же составе.
Прислужники немедленно распахнули створки, открыв вид на пустой широкий коридор. Коротко извинившись перед гостями, я развернулась на пятках и зашагала к выходу. За спиной загрохотал отодвинутый стул. Закари нагнал меня на пороге, но не попытался поравняться. Шел на шаг позади, словно мы играли в «ловцы и умертвия», и «ловцы» беспрерывно дышали в затылок.
— Уверен, здесь нас никто не услышит, — не выдержал Закари посреди анфилады гостиных.
— Поверь, в нашем доме у стен действительно есть уши, — отозвалась я сдержанно. — Поэтому создай пять минут тишины.
Оказавшись в портретной галерее, по-прежнему озаренной лишь светлом магического пламени из ритуальной чаши, я остановилась и резко развернулась. Закари встал в паре шагов, сунул руки в карманы брюк.
— Далековато ты ушла, — усмехнулся он.
— Здесь нет «умного замка», — коротко объяснила я, что здесь-то нас точно никто не подслушает. — Скажи-ка мне, Торстен, последние четыре года ты был в меня влюблен?
— Что? — Стараясь подавить издевательскую ухмылку, он вытащил одну руку из кармана и почесал бровь. — Из чего ты сделала такой… забавный вывод?
— Я очень стараюсь быть вежливой. Ответь, пожалуйста, без шуточек.
— Нет, ты мне не нравишься, Марта Варлок, — с расчетливой издевкой сообщил он, бросив на меня высокомерный взгляд из-под ресниц. — Ты абсолютно не в моем вкусе и похожа на март. Всегда в дурном настроении и не… кхм…
— Договаривай, — вкрадчиво предложила я, уверенная, что он ляпнет гадость о внешности. Никогда не считала себя дурнушкой, но красоткам, вечно болтавшимся у него на правом локте, была не соперница.
— Непредсказуемая, — вывернулся придурок.
— Превосходно, — ни капли не обидевшись, ведь на недоумков не обижаются, похвалила я. — Но ты очень хочешь на мне жениться?
— У меня нет причин, чтобы впасть в такое отчаянье.
— Тогда что это было в столовой? — требовательно вопросила я. — Не понимал, к чему катился разговор?
— Они надумали закрепить дружбу брачным союзом. Все логично. Семейные связи самые крепкие.
— И ты заявил, что мы любовники! Уверена, мы сейчас вернемся, а они во всю помолвку за поминальным столом празднуют.
Он поцокал языком:
— Ты плохо слушала, сентябрь. Я сказал, что у нас серьезные отношения.
— А есть разница?
— Принципиальная.
— В любом случае, поздравляю! Завтра в гостевую башню тебе притащат новую ритуальную чашу и костюм жениха. Все, как велят традиции!
— И тебя, — со смешком промурлыкал Закари и сверкнул ироничным взглядом.
— И меня, очевидно, тоже притащат. В фате и ритуальном балахоне невесты.
— Ты ошибаешься, сентябрь. — Он одарил меня снисходительной улыбкой. — Если я хорошо знаю своих родителей, а я знаю их хорошо, они больше не заикнутся о договорном браке.
Я потерла переносицу и перевела дыхание, пытаясь вернуть хладнокровие, но недоумок в таком кошмарном количестве нам с нервной системой был категорически противопоказан.
— Уверена, что ты говоришь логичные вещи, просто мне не хватает таланта их уловить. Объясни, как твое абсурдное заявление поможет нам избежать свадебных бубнов и брачных татуировок?
 
— Варлок, глупо скрываться больше года, идти вопреки воле семей и не планировать общее будущее. Они будут ждать, когда мы объявим, что готовы заключить не расторгаемый магический брак.
— А если мои начнут настаивать? — упиралась я, все-таки мысленно соглашаясь, что доля правды в его словах имелась.
— Скажешь, что хочешь окончить академию. — Сосредоточившись на моей сережке, Закари вдруг приблизился на шаг, вкрадчивым движением заправил мне за ухо прядь волос, хотя та совершенно не мешала, и убрал руку обратно в карман. — Но отношения вещь непостоянная. О какой свадьбе может идти речь, если мы расстанемся. Что скажешь, Марта?
Что твои вкрадчивые, словно небрежные ласки вкупе с магнетическим голосом искусного соблазнителя, вероятно, действуют на дурочек похлеще афродизиака. Зато понятно, почему в природе академии Деймран происходит пошлый круговорот старшекурсниц по закону Закари Торстена.
— Другими словами, на этих выходных мы изображаем большую любовь, потом объявляем, что разбежались, и никому не придет в голову устраивать сватовство, — уточнила я. — Так?
— Верно.
— Ты понимаешь, что план не выдерживает никакой критики? — Я уперла руки в бока и выдохнула.
— Есть еще вариант, — улыбнулся он.
— Какой?
— Пожениться.
— Надеюсь, ответ ты прочитаешь в моем лице, — сдержанно произнесла я.
— Да, у тебя говорящая мимика, — ухмыльнулся Закари. — Но я всегда открыт для предложений. Каков твой план?
Уж точно не пойти под венец с недоумком Торстеном! Но если отцу что-то втемяшилось в голову, ни за что не переубедишь. Я мрачно посмотрела на Закари. Он изогнул брови и развел руками, дескать, излагай, Варлок, мое величество во внимании.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сдалась я.
— Уверен, все сработает, — невозмутимо отозвался он.
— Когда мы скажем, что расстались?
— Через пару месяцев? — предложил Закари.
— Месяц и не больше! — категорично заявила я. — И я скажу, что ты мне изменил. Неверность — лучшая причина для расставания.
— Хорошо. — Он был подозрительно уступчивым. — Что-то еще?
— Мы отказываемся от любых совместных поездок домой. Не представляю, как объясню своему парню, что должна вместе с тобой изображать большую любовь.
— У тебя есть парень? — Закари иронично улыбнулся, словно сама мысль, что я могу завести нормальные, а не фальшивые отношения, его страшно веселила.
— Чему ты удивляешься? У меня есть парень, и он не придет в восторг, если узнает об этой авантюре, — проворчала я.
— Хорошо. Что произойдет в башне Варлок, останется в башне Варлок, — легко согласился он и протянул раскрытую ладонь: — Договорились?
Я замялась, не решаясь ответить на рукопожатие, и ждала какого-нибудь знака от высших сил, что авантюра не закончится возле свадебного алтаря. Высшие силы молчали. Языки магического пламени в ритуальной чаше на треноге по-прежнему лениво облизывали гладкие стенки. Никаких сигналов.
Крепко пожав друг другу руки, мы все-таки скрепили странную сделку.
— Давай возвращаться, пока нас не начали искать, — предложил он.
— Подожди! Пока никто не слышит… — Я заставила его притормозить. — Как мы начали встречаться? Надо решить. Вдруг спросят.
— Я тебя соблазнил? — предложил он с улыбкой.
— Плохой ответ.
— Ты меня соблазнила?
— Еще хуже, — прокомментировала я, начиная раздражаться.
Когда он влезал в шкуру ехидного придурка, что-то обсуждать становилось совершенно невозможным.
— Хорошо, в таком случае, на прошлом осеннем балу ты на спор с подругами пригласила меня на танец. Я был заинтригован, — выдвинул Закари предложение.
На спор с Эмбер я пришла на прошлый осенний бал, а Торстен развлекался с подружкой с розовыми волосами. Возможно, тоже с кем-то на спор. Мою соседку по комнате так впечатлил розовый цвет, что она три седмицы подбирала правильный оттенок и еще с месяц ходила в колере веселой фуксии.