Механические преступления (СИ)
— Что случилось?- хриплым голосом спросила я, садясь на постели.
— Ты плакала во сне,- ответил Джон тревожным голосом.
Я провела ладонями по мокрым от слез щекам, вытирая их.
— Со мной такое часто случается,- сказала я небрежным голосом.- Все в порядке, всего лишь приснился плохой сон.
На самом деле он не был плохим, наоборот, добрым и уютным, но последним и оттого таким горьким.
— Что-то из прошлого?- полюбопытствовал лейтенант, все ещё находясь поблизости и вглядываясь в мое заплаканное лицо.
— Да,- ответила я.- Мне часто снится брат.
— Вы дружили?
— Грегори был для меня ближе всех. Наверное, я любила брата даже больше, чем родителей, именно поэтому он снится мне практически каждую ночь.
Джон несколько секунд молчал, глядя на меня большими печальными глазами. Я ощущала его сочувствие. Мне нестерпимо хотелось обнять лейтенанта, почувствовать как рядом бьётся его сердце, забыть обо всём на свете в теплых крепких объятиях. Почувствовать себя нужной и любимой.
Я рухнула обратно на подушку и прикрыла глаза, прогоняя наваждение.
— Спи, Джон,- тихо сказала я.
Парень ещё несколько секунд находился возле меня, сквозь одеяло я ощущала тепло его тела, затем Джон вернулся на пол и также тихо сказал:
— Спокойной ночи, Нэнси.
Отвечать я не стала, сделав вид, что снова заснула. На самом же деле ещё долго лежала, думая о Грегори, вспоминала свое детство. Брат был немного неуклюжим, постоянно читающим в облаках и совершенно не подходил для светской жизни.
Грег был наследником рода, но никогда не интересовался делами отца. Сколько я его помнила, брат всегда был увлечен механизмами: конструировал, переделывал, изобретал. В высших кругах это занятие считалось недостойным аристократа. Механиками становились в основном простолюдины или небогатые дворяне. А Грегори был сыном графа, одним из приближенных короля Георга 17 и рано или поздно должен был занять место при дворе. Но не занял.
Когда я думала о брате, мне становилось трудно дышать, словно на грудь положили огромный камень. Как могло произойти, что моего Грегори больше нет? Почему из сотен тысяч других не стало именно доброго, немного чудного рыжеволосого паренька? Все из-за родителей, которые втянули брата в заговор против короля. Злость вновь наполнила мою душу. Как они могли так поступить? Неужели не понимали чем может грозить им и Грегори участие в восстании? И в очередной раз я дала себе ответ. Понимали. Они знали, что король будет в ярости и не пощадит посмевших поднять мятеж вассалов. И за это я никак не могла их простить. Я скучала и горевала по матери и отцу, но злость на них была сильнее прочих чувств. Потому что они, зная наперед о последствиях, все равно решили рискнуть, поставили на кон свои жизни и жизни своих детей.
Разбудил меня доносившийся с кухни шум. В воздухе витал аромат еды, и я догадалась, что это Джон с утра пораньше решил приготовить для нас завтрак.
Я села на постели, потирая сонные глаза, затем опустила ноги на пол в намерении пойти умыться и тут же запнулась об что-то громоздкое и тяжелое. Чертыхнувшись, я все же сумела удержать равновесие и к своему удивлению заметила, что на полу возле дивана стоит мой саквояж. И именно об него я только что споткнулась.
Значит лейтенант все же выполнил мою просьбу и побывал вчера в «Механическом волке».
Я поспешила привести себя в порядок. Наскоро умылась в ванной комнате, привела волосы в порядок и переоделась в комплект чистой одежды.
Когда я вышла, Джон уже перестал греметь посудой, зато слышалось мерное позвякивание вилки о тарелку.
Я поспешила на кухню, где обнаружила лейтенанта, уплетающим яичницу с ветчиной. Напротив него стояла ещё одна порция завтрака, приготовленная специально для меня.
— Доброе утро, Нэнси,- приветствовал меня Джон, едва удостоив взглядом.- Садись завтракать.
— Доброе утро, Джон,- ответила я и послушно села за стол.
Я принялась уплетать яичницу, между делом поглядывая на лейтенанта.
— Как дела в «Механическом волке»?- спросила я, закончив с завтраком и погрузив столовые приборы в машину для мытья посуды, оборудованную всякими кнопками и рычажками.- Что-нибудь узнал о Сесиль?
— Да,- последовав моему примеру, ответил Джон.
— И? Удалось найти родственников певицы?
— У Сесиль Фостер был лишь один родственник- это ее двухлетняя дочь.
— Что⁈- задохнулась я от удивления.- Не знала, что у Сесиль был ребенок!
— Она об этой части своей биографии особо не распространялась. Девочка жила через пару домов от постоялого двора, в котором работала певица. В то время, пока мать была занята выступлениями, за ребенком присматривала няня. Но с того момента, как стало известно о гибели Сесиль, ее дочь передали в сиротский приют.
Такие новости я точно не ожидала услышать, поэтому пару минут просто стояла, пытаясь собраться с мыслями.
— Что случилось, Нэнси?- обеспокоенно спросил Джон.- Ты так побледнела…
— Не встречала мест хуже, чем сиротские приюты Верегоса. Бедная малышка из-за меня лишилась матери и теперь ей грозит одиночество и голод.
— Не говори глупостей!- возразил лейтенант.- Ты ни в чем не виновата! Это же не ты убила мать этой девочки!
— Не я! Но Сесиль приняла мою смерть на себя, поэтому сейчас я чувствую свою вину за то, что девочка осталась сиротой.
— Но что ты можешь сделать? Нэнси, ты сейчас сама находишься в не самом завидном положении. Мистер Куртис сказал, что о тебе спрашивали какие-то головорезы. Но он ответил, что последний раз видел, как тебя взяла под арест городская стража за убийство певицы.
— Знаю, что я сама о себе то толком не могу позаботиться, к тому же меня хотят убить. Но я обязательно что-нибудь придумаю для того, чтобы помочь ребенку Сесиль!- решительно заявила я.
Девочка слишком мала, чтобы выжить в сиротском приюте. А за такими малышами там никто особо не смотрит. Воспитатели доверяют заботу о маленьких старшим воспитанникам, которые в силу возраста не могут нормально досматривать малышей.
— Неужели в приюте настолько плохо?- спросил Джон.
— Намного хуже, чем ты себе можешь представить!
Я вспомнила, как болело все тело от побоев, когда строгие наставники пытались воспитать во мне послушание и благодетель. Как скручивало желудок от голодного спазма из-за того, что кормили в приюте из ряда вон плохо: порции были маленькие, да и их содержимое едой можно было назвать лишь с натяжкой. Когда наставники не видели, мы дрались за подсохшие куски хлеба. И эти крохи доставались самым старшим и сильным, а малыши медленно умирали с голоду.
От воспоминаний о том периоде моей жизни настроение резко испортилось и я поняла, что обязательно должна вызволить дочь Сесиль из этого гиблого места, иначе меня всю оставшуюся жизнь будет мучить совесть.
18 глава
18 глава
— Даже не думай, Брукс, — предостерёг меня от насмешек и обсуждения случившегося накануне Рич, как только я вошла в кабинет.
— Я и не думала, — попыталась, как можно безразличнее, ответить я, но все же не смогла сдержать улыбки.
Спрятав ее в кулак, я прошла к свободному стулу и села на него рядом с Полом и Ричем.
Джон Мале отправился на ковер к генералу Джонсону, вероятно, по причине вчерашних событий. Мы втроём сидели, вжав головы в плечи. И хоть я и не была вместе со стражами в момент нападения на них, все равно заразилась настроением сослуживцев, которые ожидали хорошую взбучку от начальства.
— Надеюсь, нас не уволят, — вздохнув, сказал Рич.
— Или ещё чего похуже, — печально вторил Пол.
— А что может быть хуже увольнения? — удивилась я. Уж не лишат же стражей оклада из-за произошедшего.
— Могут вытурить из особого отдела, вернув туда, откуда мы перевелись недавно, — нехотя ответил Рич, и опустил взгляд в пол.
Мне стало жаль парней. На их месте мог оказаться любой. Вряд ли хоть кто-то из работников следственного управления смог бы справиться с толпой механических помощников. Куда людям тягаться с железом?!