5 минут тишины или 5 прав на счастье (СИ_

Я в компании всегда была одна девчонка, остальные как-то не прижились с нами или это уже просто с годами мы привыкли друг к другу. Познакомились мы еще в далеком детстве, когда мне было лет пять, и на выходные я приезжала к дедушке. Особо с девчонками у меня никогда не складывались дружеские отношения, поэтому я постоянно таскалась за старшими мальчишками, и они снисходительно позволяли мне с ними немного поиграть в ледовые побоища или разбойников. Это было очень весело. Я никогда и ни в чем старалась от них не отставать, они же мальчики, они быстрее и сильнее меня, которые увлекаются спортом и единоборствами, ну и я туда же. Вместо того чтобы идти заниматься танцами или гимнастикой, увлеклась легкой атлетикой и боксом. Рука у меня тяжелая и удары получались что надо. Моя мама все плакала, что буду похожа на алкоголичку со страшными ушами и огромными ногами, но судьба была ко мне благосклонна и все ее страхи обошли меня стороной.
Егор, Тарас и Тимур, они стали членами моей семьи, в которой не было секретов. У каждого из них по-разному складывалась судьба, и было пройдено много испытаний в виде проблем с наркотиками у Тараса, игроманией у Егора и пристрастием к бутылке у Тимура.
Тарас, был младшим сыном в большой и дружной семье тогда еще майора, а сейчас уже генерала очень серьезной госслужбы. Это было в конце девяностых, как и водится во многих семьях папа умный, а мама красивая. Влюбились, поженились, родили двух пацанов, но в какой-то момент что-то пошло не так у папы на работе и под прицел попала вся семья. Тараса, будучи уже подростком похитили бандиты и требовали, чтобы Дмитрий Вадимович закрыл одно очень неприятное дело. Находясь в безвыходной ситуации, он пошел на сделку с этими негодяями, но при передаче сына обратно в лоно семьи их горе не закончилось. Мама Люба начала очень сильно пить и ей начали мерещиться враги и шпионы повсюду. Она решила разобраться со всем сама, чтобы ее мальчикам никто больше не смог ничего плохого сделать и пропала. Никто до сих пор не знает, что с ней случилось, но она как сквозь землю провалилась. Отец Тараса подключал самые немыслимые связи, но результатов никаких не было. В то время старший брат Тараса пошел по стопам отца, а младший покатился по наклонной. Уверена его психика подверглась большому стрессу, когда его удерживали против воли, с тех пор он тоже начал меняться и больше не было того белокурого, задорного мальчишки с нами. На его месте появился скрытный, хмурый молодой человек, вечно с плохим настроением, который очень быстро отдалился ото всех друзей и семьи. Тогда никто даже не мог подумать, что он подсядет на наркотики. Начиналось все банально просто с травки по вечерам и вроде как по праздникам снять стресс, а закончилось тем, что в один из дней нашла Тараса в ванной, его глаза закатились и шприц болтается промеж пальцев ног. Тогда я благодарила бога, что успела вовремя, и таки получилось его откачать.
Егора растила бабушка, очень интеллигентная дама, которая на пенсию и подработки репетитором иностранных языков старалась поднять внука. Родителей в поле зрения видно не было, нерадивая мамаша подкинула сына своей родительнице под предлогом работы в другом городе, но так и не приехала за ним, стала строить свою личную жизнь, вдали от родных и ребенок не вписывался в ее планы. Все было хорошо, Егорушка рос здоровым мальчуганом, радовал единственную родственницу отличными отметками в школе и успехами в спорте. В один день, когда Егор учился в университете и подрабатывал в строительной фирме, бабушка заболела, и денег перестало хватать катастрофически. Он решил попытать удачу в игровых автоматах, и фортуна повернулась к нему лицом, как это иногда бывает. С переменным успехом, он то выигрывал, то проигрывал, но ему хватило денег поднять здоровье бабушке, и со временем он стал главным добытчиком в доме. Играть не перестал, Егор втянулся и уже азарт не отпускал его. Везение не могло быть вечным, и в один из дней он проигрался в пух и прах. У Бабули собирались отобрать квартиру за долги, но тогда уже помогали всем миром, а Егора отправили лечиться от игровой зависимости.
 
Тимур сын нынешних капиталистов, которые сделали свое состояние из воздуха. Он был больше предоставлен сам себе или нянькам. Матушка была занята собой и поддержанием совей красоты, а батюшка бизнесом и молодыми девочками. В общем и целом, ничего особенного, Тим вырос крепким, поджарым черноглазым брюнетом, больше увлекающимся наукой и литературой, чем прожиганием жизни в увеселительных заведениях, но и на старуху бывает проруха. Он влюбился в мою ветреную однокурсницу, и началось доставание звезд с неба, покупка охапок роз, скупка самых эксклюзивных ювелирных украшений, полеты на разные концы света в поисках самых прекрасных закатов. За тот год Тимур позабыл и про друзей, и про свои научные разработки, весь его мир состоял из нее одной милой Аннушки, которая все нос воротила и ей было всегда всего мало. Зажралась красавица. Вся жизнь вертелась вокруг тусовки, а эта бестолочь, которой Тимур и рад стараться устраивать все так, чтобы нравилось его милой и любимой даме. Было море алкоголя, из одной пьянки в другую, и так из недели в неделю без передышки, пока Тим не познакомил свою возлюбленную с родителями. Маме она не понравилась, потому что ей в принципе никто не нравился тот, кто может быть красивее нее, а вот Вячеслав Андреевич был в неописуемом восторге. После той встречи девушка начала пропадать очень часто и не выходить на связь. Родители решили развестись, потому что их брак изжил себя и начались баталии по поводу раздела имущества и по закону жанра Вячеслав Андреевич ушел к этой Анне. Тим был раздавлен, не выпускал бутылку из рук неделями, допился до чертиков и пытался наложить на себя руки. Все закончилось неплохо, но алкоголизм не лечится, это пристрастие с которым борются до конца жизни.
Вот и дружили мы с переменным успехом двадцать лет, пока я не вышла замуж и как-то само собой все связи оборвались с появлением Алексея. Я не придавала этому большого значения, муж был против общения с мужчинами, я не возражала, понимая его претензии, зато сейчас смотря на них, понимаю, что я предала в первую очередь не людей, а дружбу, которая складывалась не один год.
— Какие люди в Голливуде, — радостно пробасил Егор и сгреб меня в свои медвежьи объятия.
— Алинка, мать, ты ли это? Иди ка ко мне девочка. Сто лет тебя не видел.
Эти бугаи попеременно принялись меня тискать, как котенка, а я даже «мяу» не могла сказать, просто потому что не было воздуха от их усердия и радости.
Ну, что могу сказать, поход в зал не удался, вот совсем. Никакие мои возражения не принимались, да их и выслушивать никто не стал, взяли меня под белы рученьки и потащили неведомо куда. Конечно, минут через пять я поняла, что меня привели в самую обычную кофейню, которая находилась ниже на пару этажей. Сказать, что я чувствовала себя смущенной, это ничего не сказать. По лицам ребят было видно, что они рады нежданной встрече, но для меня это мало что меняло. Сейчас, как никогда я чувствовала себя виноватой перед ними, мне было очень неудобно за свой игнор на протяжении нескольких лет. Я понимаю, что была не права, наверное, но на тот момент я считала, что так будет правильно. Вся честная компания разместилась за столом, Егор и Тарас напротив нас с Тимуром. Мне сунули в руки меню и в приказном порядке сказали, чтобы выбирала себе завтрак, а они сходу определились с заказом, видно, что не в первый раз здесь. Кофейня была довольно уютная и небольшая, столов на десять, в это время, здесь было немноголюдно. Дизайн спокойный, не рябит в глазах от ярких деталей, все выдержанно бежево-коричневых тонах, приятно, в общем, находиться в таком заведении.
 
— Рассказывай, как дела? Как вообще тебя занесло в нашу глушь? Или твой, тебя выпустил из плена? — Поиграв бровями с широкой улыбкой на лице, поинтересовался Егор.
— Егор, не неси чепухи. Никто меня нигде не держал, — а сама глаза уткнула в стол, дабы не видеть их взгляды. Они не скажут этого вслух, но точно вспомнят все, потому что еще, когда я только собиралась замуж эти трое в голос кричали на меня, чтобы опомнилась и повременила чуток, что я разочаруюсь в этом человеке, но будет поздно. Да, они во всем были правы, но не признаваться же мне сейчас. Сквозь землю провалюсь, но не признаюсь, что у меня все из рук валится, и я не умею самостоятельно жить. Одной, без опоры на крепкое мужское плечо. Или умею, просто забыла, как это делается? — Йети ты не меняешься с годами, уже взрослый солидный мужчина, очень представительный, но бьешь не в бровь, а в глаз.