100 дней плена (СИ)

— Держи, — протягивает коньяк Андрей.
Беру пузатый бокал. Друг не для меня налил.
— Глотни, — подношу к ее губам. Любимая отмахивается, не желая пить. Но сейчас это необходимо, а еще долгие нежные ласки, позволяющие забыть обо всем — пункт номер два.
Ничего лучше не придумываю, как щедро глотнуть, притянув к себе и не давая отстраниться, поить из своего рта. Помнится, однажды, ей так понравилось. Удалось — выпила.
Она обняла меня и снова заплакала.
— Может, вам… — вмешался Андрей, намек которого мгновенно понял. Неприятно стало, что он думает о том же… Зверь внутри ревностно рыкнул.
Но сам я молчу, и просто увожу за собой слегка опьяневшую Настю.
Глава 11. Безумие + безумие
Настя
Это какое-то безумие… То, что происходит между нами — чистой воды безумие, не поддающееся законам, правилам и какому-либо разумному объяснению. Это больше, чем страсть и желание ощутить любимого человека. Мне больше нравится определение «безумие», ведь стоит почувствовать касание горячих губ и рук — просто сносит крышу, забываешь обо всем, есть только мы и никого больше на сотни километров. Я не думала, что могу так любить — сильно, безгранично, безумно… (Последнее слово опять подчеркиваю). И с уверенностью говорю: со мной такое впервые, не любила никогда. Матвей открыл другой мир, впустил в свой или разукрасил мой, тускло-серый, всевозможными оттенками. Прочно засел в мыслях и сердце, стал там полноправным единственным хозяином. А называется это просто — долгожданное счастье.
Я не помню, как уснула, разморенная долгими ласками и порцией выпитого коньяка. Вот еще лежала на груди любимого, в стальных объятиях, а в следующую секунду уже предаюсь сладким снам в царстве Морфея под звуки лиры…
…И шум дождя…
Спала недолго, от силы минут сорок — сорок пять. Ливень разбудил, он барабанил крупными каплями по крыше. Матвея в комнате нет, я заботливо укрыта одеялом, отчего становится жарко.
Часы, висящие на стене, показывают «семнадцать ноль пять». Мы по-прежнему в доме Андрея, правда: выражала желание уехать, на что мне было сказано «надо решить все дела тут». Любимый даже не планировал возвращаться в этот день на работу, его телефон периодически звонил и через секретаря давал нужные указания.
Я встала, завернувшись в махровый халат, который оказался велик. Комнаты в этом доме напоминали гостиничные номера: обезличенные, скучные, наполненные одноразовыми принадлежностями. Впрочем, здесь чисто и пахло свежестью — уже радует.
Достала из упаковки тапочки, обулась и вышла в поисках Матвея, хотя догадываюсь, что он в кабинете у Андрея и нет необходимости слоняться по большому дому. Направилась сразу туда.
Подойдя к нужной двери, та оказалась открыта. Мужчины громко говорили. Я не собиралась подслушивать, но, видимо, это становится привычкой — появляться в неподходящее время, тем более, речь шла обо мне. Прислонившись спиной к стене, затаилась…
— Не преувеличивать, говоришь? — еле сдерживается от повышенного тона Матвей.
— Ты стал параноиком… — заявляет Андрей.
— Параноиком? Ты это так называешь?! — возмущается любимый. — Я же не слепой, вижу, как смотришь на Настю. Интерес к моей девушке не просто раздражает…
«Опять злится…» — почему он решил, что друг имеет виды на меня?
— И что? Да, нравится… Полюбовался — отвернулся. Все. Она же тебя любит, — произносит Андрей, не отрицая своей симпатии. — И мы друзья, если не забыл… Никогда не позволил бы себе предать нашу дружбу.
— Андрюх, без обид, но больше предупреждать не стану: заканчивай бросать свои похотливые взгляды! Именно факт того, что с детства знакомы, останавливает разобраться по-мужски.
— Хорошо, не буду, расслабься… Съездил мне по лицу как-то — хватило… Я не понимаю: если так любишь и дорожишь, зачем приезжал развлекаться недавно? Думаешь, Римма не хвасталась перед своими подружками тем, как вы провели здорово время.
«Что?» — чуть не вырвалось у меня, но вовремя зажала рот рукой.
 
— Вот сучка… — ответил Матвей. — Прикрыл бы ей вход в свой дом… Не было ничего: спать лег, она приставать стала, послал к чертям собачим. Может, нас хотела столкнуть лбами? Только на что рассчитывала…
— Возможно. Последнее время Римма настойчиво осаждает меня… А дома тогда что не сиделось или не лежалось? В теплой постельке, в обнимку…
— Давай, без намеков… — выдохнул любимый, и я вместе с ним. Верила ему, но ревностные мысли посещали. — В тот день психанул из-за Насти…
— Крепко тебя засосало, — подытожил Андрей.
— Не то слово…
— Скажи еще: собираешься жениться?
— Похоже, что да… Торопить события не стану, не хочу пугать Настю своей скоростью и натиском. Пусть все случится естественно.
— Ну, ты даешь… — искренне удивляется его друг. — От тебя ожидал меньше всего.
— Сам не ожидал, но ведь когда-то это должно было произойти.
«Жениться?» — это слово вспыхнуло и пульсировало в голове, воспаляя воображение, где я в белом платье, которое так и не имела возможности надеть, а девичья мечта до сих пор жива во мне. Матвей тоже непременно в белом смокинге, именно в этом цвете, никак иначе… Все сомнения насчет серьезности и долгосрочности наших отношений отпали.
«О, Боже…» — почти сорвалось с моих губ, а тело охватила волнительная дрожь.
И, кажется, пора уходить.
Сделала несколько шагов, но запнулась, наступив на длинный халат. Как результат — растянулась на полу. Конечно, на шум сразу выглянули Матвей с Андреем.
«Застукали…»
— Настя… — любимый кинулся помочь встать.
Виновато посмотрела, прикрываясь краями одежды, которая норовила расползтись и показать лишнего.
— Давно тут? — он крепче завязывает пояс на мне.
Мотаю головой. И как-то стыдно, хотя ничего тайного не успела услышать. Зато теперь спокойнее стало с такими знаниями.
— Раз проснулась, собирайся. Мы уезжаем.
Киваю. Возвращаюсь в комнату. Быстро надеваю белье и платье. Спускаюсь вниз, где уже ждет Матвей. Он еще о чем-то шепчется с другом, но заметив мою персону, прекращает все разговоры.
— Закажем еду из ресторана? — предлагает любимый, когда поднимаемся в лифте. — Чего улыбаешься?
Все никак не отойду от слов, сказанных в мой адрес, планов и желаний… Я умею ждать. И согласна: пусть все будет естественно.
Прижимаюсь к его груди, трусь носом, вдыхая аромат.
— Насть? — берет меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Что происходит?
— Просто люблю тебя.
— Ммм… Конфетка, — проводит большим пальцем по моим губам. — Я тоже люблю тебя. А еще не покидает ощущение, будто задумала что-то… Точно ничего не хочешь сказать?
— Уже сказала, и могу повторять снова и снова: люблю, люблю, люблю…
Матвей наклонился и поцеловал с таким властным напором, что голова поплыла. И почему эти лифты так странно влияют? Минута подъема превращается в бесконечность, которая сужается до нас двоих, что в целом мире никого и ничего не существует. Уносишься далеко — в собственную вселенную, где распадаешься на миллионы частиц…
…Звук открывающихся дверей, вернул в реальность. Но заставило оторваться друг от друга не это…
Один из телохранителей, который поднялся первым для проверки и ожидал на этаже, задержал нас, сообщив о взломе квартиры.
* * *
Матвей
Да что ж такое?! Похоже, недоброжелатели Стаса не дремлют, успели выйти на меня… Ищут его. И, конечно, Настю…
Недолго думая, собираю вещей на пару дней. Уезжаем в ближайший отель до полной проверки и просмотра записей. Странно, что никто раньше не доложил, ведь камеры транслируют круглосуточно и за этим наблюдают, по крайней мере, должны. Надо персонал охраны пересмотреть, если кто-то позволяет спать на рабочем месте или отлучаться — им не место в моей команде.
 
Разобраться со Стасом недостаточно, его проблемы плавно перетекли ко мне, ведь это напрямую касается Насти. Те, кто охотится за ним, так просто не отстанут. Как можно быть таким конченым уродом? Уверовал в свою безнаказанность и натворил дел, втянув… уже мою будущую жену…