Невеста джентльмена

– Благодарю вас. – Мэри торопливо отвернулась к зеркалу.
То, что отражалось на зеркальной поверхности, выглядело неутешительно. И как только он сумел сдержать смех, глядя в упор на такое чучело?
Ее лицо с неестественно красными щеками блестело от пота, а глаза – от еще не до конца улетучившейся злости. Порывшись в кармане, Мэри вынула носовой платок, смочила в раковине и, хорошенько выжав, провела им по лицу, после чего привела в порядок и волосы, переколов несколько шпилек.
  
– Мэри! Ну хватит прихорашиваться! – нетерпеливо воскликнула Камелия. – Рассказывай нам скорее, что произошло.
– Мы просто сгораем от любопытства, – добавила Роуз.
– Мы уже начали думать, что с тобой случилось что-то ужасное. – Голос Лили казался самым заинтересованным, причем в ее тоне сквозила надежда на благоприятный исход дела.
– Вовсе я не прихорашиваюсь. – Мэри круто повернулась от зеркала, обратив внимание, что сэр Ройс теперь лениво прислонился к камину, облокотившись на полку, и разглядывает ее с пристальным вниманием. Может быть, этот красавчик подумал, что она действительно прихорашивается ради него?
Вызывающе приподняв подбородок, она отвернулась от Ройса и присела на диван рядом с Роуз.
– Ничего не произошло… Вернее – ничего хорошего. Я пребываю пока в растерянности, но начинаю думать, что ничего доброго нас в этой стране не ждет.
– Тебе не удалось найти деда? – спросила Лили.
– Я лишь нашла его дом, в который меня не пустили.
– Он нас отверг? – Шокированная известием Роуз посмотрела на сестру.
– Не он. Его прислуга. Мне дальше кухни не дали зайти, да и то с черного хода!
Сэр Ройс что-то проворчал, и Мэри перевела на него взгляд.
– Ваша нация невыносимо груба, невежлива и примитивна. Не нашлось никого, кто бы призвал слуг к порядку. Один из них получил явное удовольствие, назвав меня… Хорошо… Он назвал меня продажной девкой!
Ее сестры застыли на месте, казалось, что у них перехватило дыхание, потому что некоторое время были слышны лишь сдавленные восклицания.
– О Боже, – тихо произнес сэр Ройс, прикрывая глаза.
– О Боже? Это все, что вы можете сказать?
– Нет. Конечно же, нет. Это говорит о том, что этот человек труслив и подл! – Уголки его рта изогнулись в улыбке, больше похожей на оскал. – Хотите, я вызову этого парня на дуэль? А, черт! Не выйдет, он ведь просто слуга… Конечно, я могу потребовать сатисфакции у хозяина, но он ваш дед, да и по возрасту, боюсь, ему это окажется не по силам. Тогда я просто задам негодяю хорошую трепку!
– Бросьте ваши шутки! Не сомневаюсь, что проделывать дела подобного рода вы подучиваете своих слуг с таким же успехом. Дворецкий сказал, что я должна оставить визитку, чего я, конечно, не сделала ввиду отсутствия таковой. Затем я должна прислать записку, и граф примет меня, если захочет, конечно. Правда, если мне не удастся все ему объяснить, эта записка превратится в клочки…
– Граф? – приподнялась бровь сэра Ройса. – Ваш дед – лорд?
– Не стоит выглядеть таким удивленным. – Мэри скрестила руки на груди и взглянула на Ройса. – Это чистая правда. Наш родной дед – граф Стьюксбери.
Эффект, который произвело это имя на сэра Ройса, был ошеломляющим. Его застывшее, ставшее вдруг очень жестким лицо покрылось смертельной бледностью, и рука, до этого спокойно покоящаяся на каминной полке, упала, словно он собирался прыгнуть.
– Что? – Недружелюбие тона, холодного как лед, поражало. – Леди, это не самая удачная шутка. Или все это тщательно спланированный спектакль для вовлечения меня в ваши тайные махинации?
 
Глава 4
 
Мэри с сестрами разглядывали сэра Ройса, широко раскрыв рты от изумления: в мгновение ока он превратился в воплощение надменно-кичливого аристократа. Даже его невозмутимое спокойствие сошло на нет, и перед сестрами стоял молчаливый напряженный хищник.
– Итак? – резко переспросил он, поскольку застывшие сестры продолжали стоять в немом оцепенении. – Отвечайте мне! Весь этот концерт, разыгранный прошлым вечером, был предназначен лишь для того, чтобы втянуть меня в ваши авантюры? И вы рассчитывали использовать меня для знакомства с графом?
Ярость и злость, захлестнувшие Мэри, вывели ее из состояния застывшего истукана, и она вскочила на ноги.
– Я не знаю, о каких таких авантюрных планах вы тут рассуждаете! Могу только уверить, что вводить вас в заблуждение у меня и в мыслях не было. Или вы полагаете, что, инсценировав похищение сумки с документами, мы заранее предусмотрели, что встретим вас? Должна сказать, у вас гипертрофированное представление о собственной значимости. До прошлого вечера я вас и в глаза не видела и не знала, пока вы сами не представились. И уж менее всего я могла знать, что вы водите знакомство с графом!
– Ха! Так он нас за самозванок держит! – воскликнула Лили, в значительно большей степени заинтригованная этой мыслью, чем возмущенная. – Думает, что мы, как нечестивая Синтия Монро, решили занять место княгини Анны, в то время как ее проклятый брат держал саму Анну в подземелье! – Лили повернулась к сестрам и объяснила: – Им хотелось сокровищ старого лорда, понимаете, вот они и решили, что представят Синтию вместо настоящей дочери, но только…
– Да, – перебила Мэри вечную трескотню Лили. – Я понимаю, что сэр Ройс именно так о нас и подумал. – Глаза старшей сестры полыхнули огнем. – Он уверен, что мы с вами – банда мошенниц. И должно быть, оценивает сейчас наши актерские способности. Ведь мы не только вступили в сговор кем-то, изобразившим вора, а потом разыграли клоунаду с похищением. Этого мало! Мы должны были знать точное время, когда он выйдет на улицу именно из этого притона. Хотела бы я знать, что он думает о том, как мы со всем этим могли управиться! Возможно, у него чешется язык, чтобы выяснить, а зачем нам-то самим надо было устраивать этот сложный фарс, если граф Стьюксбери ни от кого не прячется?
Ройс достаточно долго смотрел на Мэри, но она не отводила глаз.
– Будем честными. Вы что, действительно не знаете, кто я?
– Вы сэр Ройс Уинслоу, – нахмурилась Мэри, – по крайней мере вы сами так нам представились. Возможно, я слишком доверчива. Мне кажется, что те, кто подозрительны к окружающим, как вы, должны нанимать на работу пару-тройку двойников и проверять их на предмет мошенничества и обманов друг друга.
Сэр Ройс разразился коротким смешком, это означало, что к нему возвращается чувство юмора.
– Желая стать ближе к графу, я почти проделал нечто подобное. Но шутки в сторону. Видите ли, все дело в том, что отец графа – ваш прадед – тридцать один год назад женился на моей матери. Мы выросли в одном доме.
Пришел черед смутиться и Мэри.
– Что вы… Это не тот граф… Должно быть, мы разговариваем о разных людях. Наверное, есть еще какой-нибудь граф Стьюксбери? Он был отцом моей матери, следовательно, это весьма пожилой человек.
Он снова некоторое время молча смотрел на Мэри, словно изучая.
– Каково его первое имя? Оно вам известно?
– Реджинальд. Это то имя, которое моя мать написала на конверте, – Реджинальду, лорду Стьюксбери.
– Поздравляю. Это и есть старый граф. С прискорбием должен вам сообщить, что лорд Реджинальд скончался больше года назад, а его сын Лоуренс ушел к праотцам еще раньше родителя. Таким образом, графом Стьюксбери является его сын – Оливер.
– Но тогда… – Роуз чуть запнулась, вычисляя родство. – Тогда получается, что Лоуренс – брат нашей матери… И тогда… Тогда нынешний граф – наш кузен?!
– Но это же замечательно! – неосторожно выпалила Лили. – Получается, что и вы – наш кузен тоже.
  
От слов младшей сестры по лицу Мэри пробежала волна плохо скрываемого смятения. Этот мужчина, чей поцелуй подарил испепеляющий жар, – ее кузен?
– Нет. – Глаза Ройса на мгновение скользнули по Мэри, и он снова обратился к Лили: – Мы не состоим с ним в родстве. Видите ли, я не из семейства Толбот. – Заметив непонимающие взгляды, Ройс принялся объяснять более подробно: – Толботы – это графская фамилия. Мой же отец – сэр Алан Уинслоу. Он умер, когда я был еще совсем ребенком, и моя мать Барбара несколько позже вышла замуж за Лоуренса, отца Оливера. Мать Оливера умерла, когда ему было года три, и Лоуренс остался вдовцом с ребенком на руках. У моей матери и Лоуренса родился сын, которого назвали Фицхью. Таким образом, Фиц – единоутробный брат мне и единокровный – Оливеру. Ну а мы с Оливером – сводные. Лорд Стьюксбери и Фиц могли бы считаться вашими кузенами, если ваша мать действительно приходилась дочерью Реджинальду, но на этот счет у меня нет никаких юридических доказательств.