Названые братья. Дон (СИ)
Не каждый здесь, в Империи, мог распознать его стиль. Да и вообще, понять, что это был именно стиль боя, а не случайность…
— Ну что же… — аристократ пересекся взглядом с троллем, скривил губы, — думаю, нам есть, что предложить мастеру меча… Если он, конечно, сейчас свободен от заказов…
Дон еще раз оглядел компанию, отдельно отметил восторженный взгляд мальчишки…
И решил, что он свободен.
Совершенно свободен.
2
2
— Смотри, сам стиль неодинаков… — Дон поощрительно кивнул красному от напряжения и злости Ежи, тот кинулся, оскалившись и целя ножом в горло, уже вообще без шуток, очень серьезно. Дон увернулся, впрочем, сделав пометку более тщательно следить за мальчишкой, у которого обнаружился очень характерный, можно даже сказать, родовой навык, пронаблюдал, как Ежи с приглушенным матерным воплем полетел в дорожную пыль, и продолжил, как ни в чем не бывало, разговор с Волком, — все зависит от комплекции… Например, чем тяжелее воин, тем сложнее ему постичь уровень “мертвецки пьяного”...
Ежи, отплевываясь, сел, а затем поднялся, довольно легко, прыгуче, повел плечами, пригнулся, поперекидывал нож из одной руки в другую, явно рисуясь.
А через мгновение уже опять летел в пыль, причем шустро так, перекувыркнувшись несколько раз. И уже без ножа. Нож его в другую сторону полетел.
Дон подождал, пока парень перестанет катиться и начнет дышать, после чего произнес наставительно:
— Игры на публику хороши в цирке. А в реальной драке такие рисовалки будут тебе стоить жизни.
Ежи, постанывая, пытался сесть, впрочем, не переставая неуступчиво блестеть глазами на наставника, и Дон даже зауважал такую силу духа.
Рядом с Ежи появилась крупная серая волчица, утешающе принялась облизывать его грязную физиономию. Ежи, не ожидавший такой ласки, не удержался на ногах и опять повалился в пыль, бестолково отталкивая радостно наскочившую на него довольную зверюгу.
Дон вопросительно посмотрел на невозмутимо наблюдавшего за этим Волка, и тот пожал плечами:
— Любовь зла…
— Ну да… — вынужден был согласиться Дон, глядя, как Ежи барахтается под навалившейся на него волчицей, вздохнул, — ладно, перерыв. Вечером продолжим.
Он убрал так и не пригодившийся за время тренировочного боя нож обратно за сапог, развернулся к лагерю, разбитому неподалеку от дороги.
От костра, скрытно от посторонних взглядов расположенного степняками в низине, уже одуряюще вкусно пахло мясом и кашей, и Дон, втянув подрагивающими ноздрями сытный аромат, подумал, что не ошибся в этот раз с наймом.
Конечно, люди, предложившие ему бессрочный контракт, были странноватыми, если не сказать больше, но явно знали толк в походах. А такое на памяти Дона случалось не особенно часто, потому и ценилось очень даже.
У костра обнаружился один из молчаливых степняков, помешивающий варево, а еще здоровенный тролль, откликавшийся на имя Карс, и парочка серых приятелей зубоскала Волка, мирно дремлющих в траве неподалеку и явно карауливших обед. Аристократа не было, наверно, по делам своим улетел.
Дон покачал головой.
Вот кто бы ему сказал еще десять лет назад, на Севере, что он будет путешествовать рядом с драконом… Ни за что бы не поверил.
В его стране драконы не водились, а служители Единого почитали их за тварей бездны и нещадно преследовали всех отступников, вздумавших что-то по этому поводу возражать.
Так что выходило, что Дон сейчас и есть этот самый отступник… Впрочем, он и без того по законам своей страны должен в петле болтаться.
Интересно, что бы сказала Мэсси, если б узнала про дракона?..
Как всегда, воспоминание о ней кольнуло больно в сердце, и Дон сжал зубы, чтоб не проваливаться в привычный ураган эмоций. Слишком уж они были разрушительными. Все разрушили в итоге.
И его тоже.
— Эй, придурок степной, опять конину свою вяленую туда кинул? — раздался над ухом недовольный голос Волка, — сколько раз говорил тебе, не добавляй ее в кашу, ну как подошва же, жрать нельзя!
— Не жри, — равнодушно ответил степняк, по обыкновению совершенно не обидевшись на обзывания. Скорее всего, он просто половины слов не распознал, вот и не принимал их на свой счет.
— Вот почему, когда я готовлю, все едят, а когда ты или твой брат-идиот, то у кого-то обязательно потом днище вышибает!
— Я не виноват, что у тебя живот слабый…
— Это у меня? У меня? Ах ты, морда ты степная…
— А ты, Волчек, в следующий раз побольше мяска принеси, — мирно вступил в разговор Карс, спокойно гоняя по губам травинку и скалясь медвежьими клыками, — глядишь, и не пригодятся неприкосновенные запасы братишек…
— Да братья же зайца притащили! — обиделся Волк, — здоровенного!
— Да сколько там того зайца… — прогудел Карс, — дракоше на один зубок…
— Вот пусть сам и добывает в следующий раз!
— Так он и полетел добывать…
— Пока он растопырится, мы уже все съедим! Он бы еще до завтра лазил по горам своим!
— Так вон он уже летит… И я бы это… Волчек… Был бы осмотрительней со словами. Дракоша — это тебе не братья степные, он все слова понимает… И слышит хорошо…
— Да плевать!
— Вот ему и скажешь…
Дон к этому времени уже успевший устроиться с удобством возле костра и принять от степняка полоску вяленой конины, слушал перепалку своих путников с некрываемым удовольствием.
За неделю совместного путешествия он успел понять, что все бранные слова, которые в других компаниях смываются только кровью, здесь вообще ничего не значат, и тот же самый Волк, с огромным удовольствием посмеивающийся над Ежи, в любой другой ситуации глотку за него перегрызет. Причем, похоже, в буквальном смысле… Не то, чтоб Волк хоть раз позволил увидеть свою вторую натуру, да и разговоров про это не было, но Дон все же не слепой.
То, что он путешествует с драконом, выяснилось уже на второй день похода, когда молчаливый аристократ просто на привале разделся, отошел в сторону и обернулся здоровенным черным зверюгой!
Дон тогда, помнится, чуть ли не присел от удивления.
А Карс, оценив выражение на лице нового сослуживца, только кивнул:
— Вот так как-то…
Дон открыл рот, затем подумал и закрыл.
В конце концов, ничего особенного. Дракон и дракон. Чистокровный, судя по ровному черному отливу чешуи. Лет двести примерно. В самом соку, как говорится.
Примерно через день он, понаблюдав за своими путниками и сделав свои выводы, спросил на привале Карса, безошибочно определив его, как одного из лидеров, несмотря на старательную маскировку под тупого тролля.
— Скажи мне… У вас есть чистокровный дракон, который сто процентов владеет множеством техник боя. У вас есть степняки, судя по родовым татуировкам, если меня не подводит зрение и память, относящиеся к правящему тейпу Степи, причем, из прямых наследников тагана. Их, насколько я помню, с детства обучают владению саблей, луком, лассо… У вас есть полузверь-получеловек, тоже непростой в плане боя. И ты сам, Карс, судя по тому, как двигаешься, тоже не из простых… Зачем вам я? Какой смысл в моих услугах?
Карс глянул на Дона внимательно, и тот едва удержался, чтоб не поежиться, настолько неуютным был взгляд великана, помедлил, словно прикидывая, что дальше делать с слишком наблюдательным собеседником, а затем неожиданно засмеялся, обнажая пугающих размеров клыки:
— А ты хорош, парень! — хлопнул Дона по плечу, чуть не вогнав в землю, — хорош! Говорил я Асси… Впрочем, ладно. Все просто, сординец. Мы все хороши, конечно. Но мы — не то, что надо нашему парню.
— Вот как? То есть, все из-за него? — кивнул Дон на спящего неподалеку парнишку, — кто он? Принц?
Карс тут же перестал улыбаться, уставился на Дона мрачно, с угрозой:
— А вот этого ты не говорил, парень. Да?
Дон кивнул спокойно, про себя пожав плечами и удивляясь на странности воспитания подрастающего поколения в правящей династии. Насколько он помнил, наследник у нынешнего императора был один. И, если ему не изменял разум, то находился он сейчас отнюдь не в защищенном от всего дворце, а в немногочисленной компании крайне опасных… существ.