Взгляд из прошлого (СИ)

— Не, — качает головой, присаживаясь на лавочку и мотая ножками, обутыми в фиолетовые кеды. — Кукурузу хочу.
— Тогда пойдём купим кукурузу.
— А можно я здесь посижу?
— Здесь? Ну ладно, только никуда не уходи, хорошо?
— Ма, ну я же не маленькая, — дует губы.
— Ну, конечно — усмехаюсь и, посмотрев на пустые входные ворота, иду к палатке с вареной кукурузой.
Спустя десять минут возвращаюсь назад и слегка замедляю шаг, увидев обтянутую белой футболкой широкую спину Барханова. Он сидит на корточках, а напротив него ужом вертится моя дочь и что-то эмоционально рассказывает, оголяя передние зубы без одного центрального. Сглотнув в горле образовавшийся спазм, останавливаюсь позади Руслана, слушая их непринуждённую болтовню.
  
— Мне скоро восемь лет исполнится, и мама обещала мне подарить набор косметики.
— А в твоём возрасте не рано косметикой пользоваться?
— Это специальная косметика для детей, — поясняет она. — А ты мамин друг, да?
— Ну, почти. Мы вместе работаем.
— Круто. Ты, получается, тоже повар?
— Бери выше. Я шеф-повар.
— А чем шеф-повар отличается от просто повара?
— Тем, что шеф-повар главнее и обязанностей у него больше. Например, он может сам придумывать рецепты блюд, и у него в подчинении целая команда. А ещё…
— А ещё шеф-повар может позволить себе не работать в свой рабочий день, в отличие от повара. Держи свою кукурузу. — вручаю Лизе и отряхиваю ладони.
Руслан, поднявшись на ноги, прячет руки в карманы своих потёртых джинс, не прекращая смотреть на Лизу как на инопланетный объект. Его гладко выбритое лицо как обычно серьёзно, несмотря на то что в глазах отражается блеск, от которого щемит в груди. Я много раз представляла их встречу, но даже когда она наступила, не могу в неё поверить. У них поразительное сходство, чего я раньше не замечала.
— Мам, — Лиза дёргает меня за руку, прерывая неловкую тишину, — можно мы уже на аттракционы пойдём? Я устала стоять на одном месте.
— Давай, конечно же, пойдём, — хрипит мой голос, и в этот момент наши с Русланом взгляды переплетаются в единую нить. Я вижу, как он волнуется, и это не спрятать даже под сотой долей его серьёзности. Я тоже напряжена и не знаю, как себя вести. Как ни в чём не бывало не получится, потому что рядом находится объект моих переживаний. Одна Лиза ведёт себя расслабленно и удовлетворённо.
— Мам, а дядя Руслан, получается, твой директор? — трещит дочь, грызя кукурузу. Она находится между нами, и это чёртово чувство фальшивой семейной прогулки истязает душу.
— Он мой шеф.
— А кто тогда директор?
— А директор — это шеф всего персонала, — вклинивается в беседу Барханов. — И поваров, и официантов, и барменов.
— А кто такие бармены? — смотрит на него Лиза.
— Бармены — это те, кто готовит напитки гостям. Например, чай или лимонад.
— Я люблю лимонад. А ты?
— И я, — улыбается Руслан, почесывая пальцами гладкий подбородок.
— А какой у тебя любимый вкус? Мне вот малиновый нравится.
— Ну не знаю. Наверное, лимонный.
— Лимонный? Бе, он же кислый!
— Лимон кислый, а лимонад — это разбавленный концентрат, состоящий из лимона, воды и сахара.
— Крутооо! Ма, а ты приготовишь мне лимонад?
— Конечно, — улыбаюсь ей, останавливаясь около кассы. — Выбирай, на какие аттракционы пойдёшь. Может, на акульи гонки?
— Не, — морщится, выбрасывая кукурузу в урну. — Они скучные.
— Тогда на букашкины гонки, — предлагаю другой вариант, протягивая дочери влажную салфетку. — Вытри руки.
— А они страшные, — вздыхает Лиза. — Я хочу на летающую тарелку и на змеепаровоз!
— Эти аттракционы с десяти лет либо с шести, но только в сопровождении взрослых, — подаёт голос женщина, сидящая за кассой в деревянном домике.
— Слышала, что тётя сказала? Ты ещё для таких развлечений маленькая.
— Ну ма, ну пожалуйста, пойдём со мной. Я очень хочу!
— Лиза!
— Я схожу с ней, — произносит Руслан, чем заставляет Лизу прыгать от радости.
— Я же сказала — нет, — поджимаю раздражённо губы.
— Дин, — Барханов кладёт на моё плечо руку и тихо шепчет, чтобы слышала только я, — пожалуйста, дай мне эту возможность. Это же всего лишь аттракционы.
— Ну мааа, — буркает Лиза вразрез с его просьбой, — ну пожалуйста, можно мы с дядей Русланом прокатимся?
— Ладно, — втягиваю носом воздух. — Можете прокатиться вместе. Я сейчас куплю биле…
— Я сам, — останавливает меня Руслан, направляясь к кассе.
  
Глава 13
 
— Я терпеть не могу капусту, — морщится Лиза, забрасывая в рот картошку фри. — И морковь варёную. Фу. Меня тошнит от её запаха. А ты что-нибудь не любишь?
— Вареную кукурузу, — улыбается Руслан.
— Серьёзно? — ахает дочь и тянется за молочным коктейлем, который Барханов тут же ставит ей перед носом. Эти двое нашли общий язык даже быстрее, чем я предполагала. Они общаются так, словно всю жизнь друг друга знают, и, честно признаться, в груди колет от всколыхнувшейся ревности. Чтобы вот так пообщаться с собственной дочерью, мне нужно наизнанку вывернуться, а Барханов даже ничего для этого не сделал. За сорок минут нашего нахождения в кафе Лиза ни разу не выпустила свои привычные иголки. Она вдруг стала послушной и покладистой, весёлой и разговорчивой. Ей, блин, с ним интересно. Даже интереснее, чем со мной, с собственной матерью, которая с ней всю жизнь, а не какие-то несчастные два часа. И это при том, что она даже не в курсе, кто на самом деле с ней рядом.
— Честно говоря в детстве я очень любил кукурузу. Но когда мне было лет восемь, я съел три сырых початка, потому что её зёрна были очень сладкими, и отправился в больницу с отравлением. В общем, с тех пор это мой нелюбимый продукт питания.
— Ого-о! — искренне изумляется Лиза, болтая трубочкой в полупустом стакане. — А ещё что ты не любишь?
— Не знаю, — пожимает плечами Руслан. — Вроде всё люблю.
— Даже морковь, что ли?
— И капусту. Она на самом деле очень вкусная и полезная, просто надо уметь её приготовить, — его весёлый взгляд перебрасывается на меня, заставив скрипнуть зубами. Это что, якобы намёк на мои кулинарные возможности? Он совсем офигел⁈
— А ты меня научишь? — вдруг спрашивает дочь, отчего мои брови вскакивают на лоб, а глаза изумлённо распахиваются.
— Я? — не менее моего удивляется Барханов, пока Лиза выводит на столе узоры пальцем и не сводит с него глаз.
— Ага. Вдруг она и правда вкусная, а я зря её не ем. Ты же меня научишь?
— Эмм, ну да, наверное… — растерянно отзывается Руслан, ероша пальцами волосы. Затем переводит на меня свой взволнованный взор, хрипло продолжая: — Если, конечно, мама будет не против.
Сглатываю, сминая пальцами салфетку. Все посторонние звуки вдруг исчезают, кроме стука собственного сердца, а глаза фокусируются только на чёрных зрачках, окружённых карим облаком. Я будто на раскалённой сковороде сижу и до сих пор не могу поверить в реальность происходящего. Как легко Руслан нашёл общий язык с Лизой, как влился в наш маленький мирок, будто всю жизнь здесь был, и как умело забрал всё её внимание на себя. Мне всё ещё ревниво от этой правды, но в глубине души моё сердце плачет от внезапного прилива счастья и нежности.
— Ма-ам! — через тернии моих дум доносится голос Лизы. Встрепенувшись, смотрю на дочь слегка растерянно. — Ну, можно? Можно, можно? Пожалуйста! Я очень хочу научиться готовить капусту. А дядя Руслан ещё обещал показать мне, как готовится лимонад. Представляешь, как круто?
— Очень, — разлепляю сухие губы.
— Ну так что? Можно будет?
— Я подумаю, — размыто отвечаю, беря с соседнего сидения свою сумку. — Давай собирайся, нам уже пора домой.
  
— Уже? — вздыхает Лиза, подперев ладонями щёки. — А я хотела ещё погулять с дядей Русланом.
— В следующий раз. Сейчас нам пора домой.
— Я вас подвезу, — вскакивает следом за мной Барханов.
— Не стоит, — бормочу, копошась в сумке в поисках своей банковской карты. Как же меня это уже достало! Нужно срочно купить кошелёк!