Гений Медицины. Том 2 (СИ)

— Так что прошу вас, не спешите расторгать договор о помолвке, — в который раз повторил он госпоже Фетисовой. — Парень молодой, у него в голове пусто. Но он станет отличным мужем.
Выглядит этот молодой Боткин и правда отлично. Спортивная, подтянутая фигура, широкие плечи. Совсем не похож на умершего супруга Маргариты. Тот был гораздо старше её и выглядел как высушенный изюм.
  
— Ну, это вполне можно засчитать за оскорбление, — капризно ответила женщина. — Что за договор о помолвке, на который жених притаскивает какую-то швабру! Так дела не делаются в приличном аристократическом обществе.
Ворчала она для приличия. На самом деле ей было решительно всё равно, что там устроил Боткин.
Главное — выйти за него замуж. А уж этого можно добиться легко. Маргарита была очень красивой женщиной, несмотря на свой возраст, она продолжала собирать восторженные взгляды на улицах.
— Константин просто не был предупреждён о вашем визите, и пригласил коллегу, — залепетал Алексей Боткин. — Я хотел сделать ему сюрприз. С этой девушкой у него ничего нет, он пригласил её, как друга.
— Ну не знаю, — недовольно ответила Фетисова. — В конце концов, у меня есть и другие варианты.
Судя по увиденному, отец на своего сына вряд ли сможет повлиять. Константин слишком обособленный, и решает всё сам за себя.
Но разыграть обиду всё равно стоило, пусть его папаша понервничает.
— Госпожа Фетисова, прошу вас, не скидывайте Константина со счетов! — испуганно затараторил Алексей Боткин.
— Я дам ему ещё один шанс, — протянула Маргарита. — Но мне нужна будет ваша помощь.
Если этот папаша Боткина так заинтересован, чтобы женить своего сына — пусть он и суетится, выполняя условия Фетисовой.
И ведь даже не догадывается, что сама Маргарита также заинтересована в этом браке. Ведь ей дали такой приказ.
* * *
Утром я вышел из дома пораньше, чтобы успеть навестить Марию Семёновну в травматологии перед началом рабочего дня.
Отделение травматологии было небольшим, занимало всего лишь половину этажа. Возле поста медсестры мне встретился мужчина средних лет, одетый в синий хирургический костюм, очень крепкого телосложения. Бытует мнение, что все травматологи выглядят как спортсмены, и этот врач вполне оправдывал подобные слухи.
— Доброе утро, — улыбнулся он. — Чем могу помочь?
— Здравствуйте, — кивнул я. — Меня зовут Константин Боткин, я врач-интерн из терапии. Хотел навестить свою соседку, Марию Семёновну. Отправил её к вам позавчера с переломом шейки бедра.
— Точно, помню, — кивнул врач. — Рудин Тимофей Вячеславович, врач-травматолог и заведующий отделением, можно на ты. Давно хотел с тобой познакомиться.
— Со мной? — удивился я.
С отделением травматологии я особо не контактировал, поэтому такое заявление показалось мне удивительным.
— Ага, — невозмутимо кивнул Тимофей. — Слишком уж противоречивые слухи о вас ходят. Половина из них восторженные, что вы просто врач от Великого Ткача, а половина — негативные. При чём негативные настолько же сильные, насколько и позитивные.
Тогда понятно, почему травматолог захотел со мной познакомиться. Захотел составить своё мнение.
— А негативные отзывы — это по словам других коллег? — полюбопытствовал я.
— Всё так, — кивнул Тимофей. — Завидуют, ясно дело. Но я всё же хотел сам вас увидеть. А раз вы сами ту пациентку к нам отправили — всё-таки верить нужно положительным отзывам!
Заведующий травматологией мне понравился, он был довольно простым и прямолинейным. А мне всегда эти черты характера нравились больше, чем скрытность и умение юлить.
— Мария Семёновна Кострова лежит в пятой палате, — добавил Тимофей. — Завтрак уже был, так что можете навестить.
— Спасибо, — кивнул я и направился в указанную палату.
Свою соседку, которую успели прооперировать, я увидел почти сразу. Она занимала кровать у окна.
— Доброе утро, Мария Семёновна, — поздоровался я с ней. — Вот, принёс вам традиционные апельсины и конфеты. Как вы?
— Скучно лежать, прям вот сбежала бы, — пожаловалась соседка. — Но деваться некуда. Лежу, как примерная пациентка, лечусь.
— К вам сегодня гость должен прийти, — сообщил я. — Некто Прохоров Григорий Николаевич, бывший сослуживец и нынешний ухажёр.
Слово в слово повторил то, как представился мне Прохоров. Мария Семёновна густо покраснела.
— Вот болтун, — сердито проговорила она. — Нет, чтобы как-то по-другому представиться.
— Значит, история про одинокую простолюдинку, квартиру от богатого аристократа, и всё прочее — это ложь? — вздохнул я.
— Прикрытие, — отозвалась соседка. — Привычка ещё с работы. Секретная служба князя Санкт-Петербурга, если уж правду говорить. А как на пенсию отпустили — в качестве благодарности выдали эту самую квартиру.
Теперь понятно, откуда познания в азбуке Морзе. Да и вообще многие детали становятся понятнее. Любопытство, постоянные расспросы… Профессиональная привычка.
— А сейчас скучно, конечно, — со вздохом добавила соседка. — тем более почти месяц в этой клинике валяться.
Вполне возможно, что мне пригодятся её профессиональные навыки. Но не прямо сейчас.
* * *
Шуклин нервничал перед сегодняшним рабочим днём. Всё этот союзник из приёмного отделения. «Сможешь ли ты столкнуть человека с лестницы?»
Разумеется, Павел отказался. Но, как оказалось, это была обычная проверка. А задание в итоге поручили совсем другое.
Незаметно подмешать Боткину снотворное, чтобы тот вырубился на целые сутки. И спрятать его на этот день в укромном месте. Шуклин как раз подумал, что подойдёт его любимая подсобка.
Остальное должен взять на себя союзник. Просто дать Боткину снотворное. Просто дать снотворное…
Дрожащими руками Шуклин вылил содержимое склянки в бутылку с яблочным соком. Сейчас Костя придёт, и его можно будет угостить. Отличный план.
— Доброе утро! — в ординаторской очень некстати появился Никита. — Чего-то ты рано сегодня!
— Просто пришёл пораньше, — буркнул Шуклин. — Ничего особенного.
— Зубов говорил, что ты вечно опаздывающий птенец, — усмехнулся Никита. — А я вот дежурил, сегодня. О, что это у тебя, сок?
Павел запоздало сообразил, что так и держит бутылку с соком в вытянутых руках. Чёрт, он предназначен Боткину!
— Сок, — Шуклин попытался спрятать бутылку за спину, но Никита беспардонно его перехватил.
— Обожаю яблочный, — весело сказал он. — Разреши, я попью немного?
— Это мой сок, — Павел не знал, что ещё сказать. — Я его себе взял.
— Да не будет жмотом, я всего глоток, — Никита вообще не понял, в чём проблема. Он был простым парнем.
Шуклин с тоской посмотрел, как Никита выпивает часть сока. Через десять минут он уснёт. Вот чёрт!
* * *
В ординаторской уже были Шуклин и Лена. Шуклин выглядел рассеянным, не дремал по своему обыкновению на диване, а нервно ходил по ординаторской взад вперёд.
— Доброе утро, два птенца и одна птенчиха! — бодро поздоровался со всеми Зубов. — Вы случайно не видели Никиту?
— Нет, — тут же отозвался Шуклин. — Почему мы должны были его видеть?
— Потому что он сегодня дежурил, и должен был зайти в ординаторскую, — слегка удивлённый такой бурной реакцией, ответил Зубов.
— Я его не видел, — повторил Павел, уткнувшись в пол.
Судя по всему, он его абсолютно точно видел. Врать Шуклин умеет плохо, точнее будет сказать, вообще не умеет. Только зачем пытается?
— Ладно, с этим разберёмся позже, — проговорил наставник. — Сначала поручения. Боткин, вы сегодня отправляетесь в отделение офтальмологии. Вообще за вас была драка у нескольких отделений, но глаза победили. Там правда нужна помощь. Тарасова — вам девятая палата. Шуклин, четырнадцатая. Но вы не спешите, задержитесь. Остальные — вперёд, навстречу пациентам!
  
Взволнованный Шуклин остался в ординаторской, а мы с Леной отправились по отделениям.