Гений Медицины. Том 2 (СИ)

Когда я осматривал Жукова своей магией, ничего такого не отмечал. С другой стороны, психиатрическим аспектом я его не сканировал.
— И где он будет лечиться? — поинтересовался я.
— В Санкт-Петербурге и будет, на набережной реки Мойки, — ответил Николай. — Я даже думаю его как-нибудь навестить. Но не сейчас. Всё-таки тоже остаюсь в этом городе.
Я тоже подумывал, что можно было бы навестить барона Жукова. Который так долго искал меня ради рецепта эликсира бессмертия, но встретив, так ничего и не получил.
  
Мы с Николаем ещё немного поговорили, а потом он отправился к себе. Я был рад за парня, у которого наконец-то всё начало налаживаться.
А теперь пора наладить свою собственную жизнь.
* * *
Лена закрылась в своей комнате и тщательно подбирала себе наряд для встречи. Константин пообещал, что завтра они проведут вечер вместе. А девушка уже знала, что он всегда держит свои обещания.
Поэтому осталось придумать, в чём пойти. Чтобы выглядеть самой красивой.
От этого занятия её разумеется отвлёк отец.
— Дочь, нам надо поговорить, — заявил он тоном, не терпящим возражений.
— Я не пойду замуж за Вадима, — резко ответила она. — И если ты пришёл снова говорить об этом — то разговора не выйдет!
— Я временно решил отложить помолвку, — ответил отец. — Не расторгаю её полностью, но откладываю. Моим условием является решение Вадимом всех его финансовых проблем.
Лену вообще не удивило, что у Вадима есть финансовые проблемы. Она бы больше удивилась, если бы таковых не было.
— Можешь откладывать, — кивнула девушка. — Но факт остаётся фактом, никакой свадьбы в принципе не будет! Мне нравится Константин, если тебе интересно.
— Я думал о нём, — заявил отец. — Ты просто не понимаешь, что он представитель бедного рода. Он ничего не сможет тебе дать.
— И ничего не сможет дать тебе, в отличии от отца Вадима, Виктора, — сердито отозвалась девушка. — Хочешь продать меня, как корову?
Она первый раз позволила себе такой тон в разговоре с отцом. И тот отреагировал мгновенно.
— С тобой хочешь как лучше, так ты сразу распоясываешься, — гневно ответил он. — Я твой отец, и я решу, с кем тебе связать жизнь. А о Боткине своём даже думать забудь, такой бедный молодой человек не будет рядом с моей дочерью!
Он вышел из комнаты и хлопнул дверью. Ну вот, а приходил с довольно-таки неплохим настроением. И зачем Лена всё испортила?
Так хотелось, чтобы отцу понравился Константин. Лене он нравился всё больше с каждым днём. Мог решить любые проблемы, помогал абсолютно всем людям — даже Вадиму.
Девушка случайно узнала, что именно Константин сыграл главную роль в постановке диагноза и назначения лечения для него.
И всё равно, даже после всего этого отец разве что отложил саму помолвку. Несправедливо.
Лена снова перевела взгляд на свой шкаф. Как бы то ни было, завтра у ней свидание с Константином. И выглядеть всё равно надо безупречно. И она снова нырнула в платья.
* * *
Утром я отправился на работу. В этот раз Зубов пришёл пораньше и уже дожидался всех, усевшись на диван.
— Итак, мои птенцы, всем доброго утра, — поздоровался он, когда остальные интерны тоже пришли в ординаторскую. — Сегодня мы начнём утро с загадки.
— Какой ещё загадки? — тут же буркнул Шуклин. — Мало вам наших страданий?
— Мало, Шуклин, ваших — особенно, — подтвердил Зубов. — Итак, слушайте. Вас трое, и у вас сегодня три пациента. Все новички, Никита ночью постарался. Вам надо отгадать, какой пациент у кого. Игнатьев, Лосева и Позняков.
Шуклин всеми силами показывал отсутствие энтузиазма. А мне наоборот стало интересно. Загадки отлично тренируют мозг, поэтому отгадывать их очень даже полезно.
— У Шуклина не женщина, у Тарасовой не мужчина, у Боткина не Игнатьев, — проговорил Зубов. — Отгадывайте!
— У меня Позняков, у Шуклина Игнатьев, у Тарасовой Лосева, — тут же ответил я. Не смог сдержать разочарованный тон, загадка оказалась очень скучной.
— Раз вы у нас самый сообразительный, вам и поручаю участие в квизе в эту пятницу! — торжественно заявил Зубов.
Так с помощью этой загадки он искал участника игры? И куда я на этот раз ввязался?
— Что за квиз? — поинтересовался я.
— Одна из традиций нашей клиники, — в ординаторскую зашёл Никита и поспешил ответить. — Примерно два раза в год проводится интеллектуальная игра среди врачей всех отделений. Кто побеждает — тот зарабатывает для своего отделения кубок, а также денежную премию. На которую обычно накрывает в своём же отделении стол.
— Участвуют по одному игроку от каждого отделения, — добавил Зубов. — И от нашего отделения я отправлю вас. Если вы не против, конечно.
Я был только за. Проверить свои силы в подобном соревновании было очень интересно.
— Не против, — улыбнулся я. — К пятнице буду готов. А сегодня ещё хотелось бы узнать какие палаты у наших пациентов.
— У вас пятая, у Шуклина девятнадцатая, у Тарасовой десятая, — отчитывался Зубов. — Ну а пациентов вы отгадали правильно.
В ординаторскую открылась дверь, и зашёл Терентьев.
— Мишутка, ну что, кто будет из твоих медвежат сражаться в квизе? — бодро спросил он.
— Не медвежат, а птенцов, утка ты старая, — отозвался наставник. — Боткин.
Терентьев тут же слегка приуныл.
— А чего Боткина-то сразу, — вздохнул он. — Вон, Шуклина бы отправил, хитрец.
— У меня было честное соревнование, морепродукт испорченный, — ответил Зубов. — И вообще, не лезь к моим интернам, своих заведи.
Дальше перепалку я решил не слушать, а отправился к своему пациенту.
Возле пятой палаты стояли двое мужчин, судя по внешнему виду — пациенты.
— Что здесь происходит? — поинтересовался я у них.
— Мы туда не пойдём, — чуть ли не хором ответили она. — Подселили какого-то горбуна! Как в страшных детских книжках.
— Что за глупости вы мне говорите, — нахмурился я. — Как бы пациент не выглядел — он человек. А вы ведёте себя совершенно неподобающим для человека, а тем более аристократа, образом.
Мне удалось их пристыдить, и они понуро опустили головы. Совсем как детей отчитал.
— А он точно безобидный? — спросил один из них.
— Разумеется, — тяжело вздохнул я. — А теперь занимайте свои койки и больше подобной ерундой не занимайтесь.
Я первым зашёл в палату, и… никого не обнаружил.
— Где ваш сосед? — обратился я к зашедшим вслед за мной двум пациентам.
— Только что был тут, — растерянно отозвался один из них. — Его с утра положили, и мы сразу вышли в коридор. И из палаты никто не выходил!
Мистика какая-то, теперь и пациенты из палат исчезать начали. Ванная комната была открыта, там никого не было. Окно было закрыто, значит этот путь отступления тоже можно было исключить.
Я заглянул под все кровати, а затем открыл шкаф. И увидел сидящего там скрюченного мужчину.
— Объясните, что происходит, — потребовал я. — А перед этим лучше вылезьте из шкафа.
Он послушался и перебрался на свою койку. Пока устраивался, я успел его рассмотреть. Соседи по палате были правы, у мужчины был ярко выраженный гиперлордоз шейного отдела позвоночника, и кифоз грудного отдела. Из-за этого у него образовался горб, а голова была выдвинута вперёд.
— Вы Боткин? — спросил у меня пациент.
— Да, Константин Алексеевич, — кивнул я. — Ваш лечащий врач.
— А я не хочу, чтобы вы были моим лечащим врачом, — заявил мужчина. — Я слушал в коридоре, что вы плохо учились в академии. А значит, залечите тут меня до смерти!
Логика в стиле Шуклина! Давненько я ничего такого не слышал.
— Не знаю, что вы там слушали в коридоре, но сейчас я интерн, и жалоб на качество моего лечения ещё не было, — спокойно ответил я. — К тому же, все наши назначения проверяет наш наставник, Зубов Михаил Анатольевич. Который является заведующим этого отделения.
  
Хотя тут я чуть-чуть преувеличил. Зубов уже доверял мне, и практически не проверял мои истории болезней. Так, просматривал одним глазом, и всё.