Шалунья (ЛП)

Это самое горячее, что я когда-либо испытывал, и мне показалось, что я кончил в тот же момент.
Но когда Блейк слезла с меня, она покачала головой.
— Ты не кончил до конца.
Я смеюсь. — Что это значит?
— Это значит, что еще не все.
Она тянется вниз и обхватывает мой член.
— Вау, — говорю я, когда он дрожит в ее руке.
— Видишь? — Она ухмыляется, ее рука медленно поглаживает.
Мой член вернулся к тому ненавистному уровню твердости, толстый и пульсирующий, но гибкий в ее руке. Она права, я чувствую этот тревожный пульс, как будто есть еще что высвобождать, но я не думаю, что смогу очистить свой разум и отпустить. Не сегодня.
— Я не думаю…
— Ты мне доверяешь? — говорит Блейк.
Она не может оторвать озорного взгляда от своего лица, даже чтобы задать этот вопрос.
— Да… хотя и не должен.
Блейк улыбается. — Доверься мне, я позабочусь о тебе.
Мое тело становится теплым и тяжелым, потому что это именно то, что я ей доверяю.
Я откидываюсь на спинку дивана. Блейк вбегает в спальню. Ее задница в прозрачном костюме оттопыривается, голые подошвы ног мелькают. Через мгновение она возвращается с флаконом смазки, который стоит рядом с кроватью, и ножницами.
— Расслабься, — говорит она. — Устраивайся поудобнее. Не пытайся кончить. Просто позволь мне насладиться ощущением твоего члена во рту.
Она встает передо мной на колени на толстом ковре и протягивает ножницы, чтобы я мог срезать перчатки с ее костюма.
От одного только вида ее обнаженных рук мой член подрагивает. Ее кожа гладкая и чистая, цвета ясеня, светится тем слабым внутренним светом, который является частью Блейк, как и ее ямочки, как и ее голос.
Это девушка, которая должна сиять в темноте, как серебристая звезда.
Я нашел ее. Я привел ее сюда. Теперь она освещает мою ночь.
— Спасибо, что ты здесь, со мной, — говорю я. — Если бы у меня не было тебя сегодня…
Блейк ухмыляется. Ее язык выныривает и танцует вокруг головки моего члена. — Тогда тебе пришлось бы делать это самому. Когда у меня это получается гораздо лучше…
Мы оба знаем, что если бы Блейк не было здесь, я бы до сих пор плакал в шкафу. Мой член был бы мертв, и я бы задавался вопросом, какого хрена я вообще что-то делаю в своей жизни.
Но она здесь. Она смотрит на меня такими глазами, что весь остальной мир меркнет. Она улыбается, обхватывая мой член, трет головку об эти пышные губы, заталкивает его в рот и вздыхает от удовольствия, когда он попадает ей на язык.
— Мне нравится вот так, когда я могу вместить в рот больше. Мне нравится чувствовать, как он дергается на моем языке…
Она проводит языком по нижней стороне, щелкая, дразня, и издает довольный стон, когда чувствует, как мой член подпрыгивает в ответ.
— Ммм… как это…
Музыка переключается на песню, которую я очень хорошо знаю, потому что Блейк играет ее все время, пока она танцует по моей квартире, тряся своей задницей.