Неслучайные встречи

– Вы работали над этим фильмом? – изумилась Тата.
– Я сценарист, – сдержанно отозвался белокурый принц.
– Потрясающе, – пробормотала девушка.
Все это было так романтично. Питер… Фрида… Сценарист… Да, не зря родители отправили ее сюда.
Она заметно воспряла духом и, наверное, впервые за три месяца почувствовала, что пожить, наверное, еще все же стоит.
– Очень… пронзительный фильм получился, – осторожно сказала она. – Я ведь третий раз подряд смотрю.
– Правда, понравился? – польщенно спросил сценарист. – А что именно понравилось?
– Видеоряд, наверное, – неуверенно произнесла она.
– Это, скорее всего, к оператору, – отозвался тот. – Видеоряд, раскадровка… Впрочем, мы, конечно, сотрудничали довольно тесно – режиссер, оператор… Спорили, обсуждали.
– Знаете, это… Не просто иллюстрация ее биографии, – сделала девушка робкую попытку анализа. – Тут есть какая-то внутренняя история фильма. Такая… я бы даже сказала, дерзкая.
– Да, – посмеялся блондин. – Дерзость – это точно мое. Меня вечно цензура заворачивала!
– Здесь много… эротики, – смело сказала Тата, вновь заливаясь краской. – Такой… скрытой. Но она ощущается.
– А вы довольно проницательны. И чувствуете тонко, – удивленно заметил сценарист. – Приятно встретить не просто зрительницу, но достойную собеседницу. И такую молоденькую.
– Спасибо, – смутилась она.
– Где учитесь, если мне позволено это узнать? Истфак, журфак, искусствоведение? – попытался угадать сценарист.
– Совсем даже нет, – улыбнулась она. – Я будущий экономист.
– Вот как, – покачал головой блондин. – И не скучно?
– Да я как-то об этом и не думала, – пожала плечами Тата. – Поступила в вуз, который родители выбрали.
– То есть вы такая послушная? – подначил блондин с доброй усмешкой.
– Ну… – смешалась она и тоже усмехнулась. – Когда как.
– А сейчас что? Сбежали с лекций?
– Да я вообще не в Петербурге живу, – призналась Тата. – В Москве.
Блондин покивал:
– Понимаю. Вам просто нужно развеяться.
– Именно!
– Что ж, Петербург к этому очень располагает, – согласился сценарист. Он вдруг спохватился и наконец представился: – Что ж это я, невежа! Дмитрий.
– Наталья… Тата, – поправилась она.
– Тата, а что вы скажете на то, чтобы прогуляться вместе? – предложил он. – Если, конечно, вы уже посмотрели выставку. И если у вас нет других планов.
– Было бы интересно, – вдруг неожиданно застеснялась она.
– Подождете меня минутку, хорошо?
И вправду, ровно через минуту он вернулся, протягивая ей набор открыток с работами Фриды.
– Ой… Спасибо, не стоило…
– Мне будет приятно, если у вас останется сувенир на память о Петербурге, о выставке. Может быть, немножко и моем фильме.
Она снова взглянула в его яркие синие глаза, помедлила и, улыбнувшись, кивнула. Конечно, ей нравился этот загорелый мужчина с внешностью киногероя. Принц… Она незаметно вздохнула. Но он все равно заметил.
– А давайте я покажу вам Питер совсем с неожиданной стороны, – решительно предложил он. – Не с парадной – фонтаны, музеи… А, так сказать, со стороны кулуаров.
– Мы будем шляться по подворотням времен Достоевского и перелезать через заборы? – пошутила она.
– Вроде того, – засмеялся он. – Но конечно, не так мрачно.
Они вышли на улицу и неторопливо зашагали, приближаясь к набережной Фонтанки. Погода решила их побаловать: не было ни дождя, ни пронизывающего ветра. Сценарист купил им по мороженому. Было очень здорово идти не торопясь, наслаждаясь лакомством и посматривая вокруг. Изумительная архитектура Питера – это то, чем можно любоваться не переставая. Строгие линии классицизма соседствовали с плавными изгибами модерна и пышной лепниной барокко, и от всего веяло великолепием чинности.
– Хорошо, что сейчас еще довольно рано, – заметил Дмитрий. – Помните, я говорил вам, что собирался заскочить на Апрашку?
– Что-то припоминаю… А что это?
– Это Апраксин двор, – пояснил он. – Знаменитый огромный рынок, появившийся в Петербурге практически с возникновения самого города. Там есть все, на любой вкус, кошелек и стиль. Но самые мои любимые тамошние закоулки – это барахолка, «блошиный» рынок.
 
– Будем присматривать у старушек их допотопные ветхие тряпицы?
– Да не скажите, – усмехнулся Дмитрий. – Там всегда такой ажиотаж. Конечно, многие гонятся за подделками брендов, но ценитель может буквально за копейки урвать практически музейную редкость. И… можно сказать, я принимаю вызов! Я вам докажу, что тут чертовски интересно, и отстою честь родного города.
Они засмеялись. Тате стало необыкновенно легко. Ее мрачное настроение улетучивалось на глазах. Она заглянула в себя. Нет, она не влюбилась. Просто он ей очень нравился. Это… как пузырьки шампанского. Легкие, ни к чему не обязывающие. Ой… Вот о шампанском как раз лучше не вспоминать. Гори оно синим огнем, это шампанское. Впрочем… Чем оно-то виновато?! А вот ничем!
– А вы повеселели, – заметил Дмитрий.
– Да, – решительно сказала она. – Мне весело.
Она словно убеждала в этом саму себя. И ей удалось.
А на рынке и в самом деле оказалось интересно. Конечно, там были и пафосные отделы, но они их миновали. Прошли мимо и засилья поддельных брендов, которые выглядели как настоящие.
– Фу-у, ну какой же это Диор, – отходя подальше, сморщила носик Тата по поводу сумочки, которую пытался ей всучить продавец.
– А вы разбираетесь, – заметил Дмитрий.
– Ну, почему бы нет, – пожала плечиками Тата. – Папа полковник, в Генштабе работает, у мамы свой магазин…
Ей было приятно немножечко похвастаться. Она словно поднимала свой статус – и не в его, а в своих собственных глазах. Да, у нее в жизни все в порядке! Абсолютно все…
– А что за магазин у вашей мамы? – полюбопытствовал сценарист.
– Свадебный, – оживилась девушка. – Ой, вам это вряд ли будет интересно…
– Почему же? Очень даже интересно. Иначе я бы и не спросил.
– Ну… – улыбнулась Тата своим мыслям. – Когда я была маленькая, у мамы магазина не было, она еще только в нем работала. Такой эксклюзивный бутик. И я просто обожала ходить к маме на работу. Потому что сразу погружалась в эту праздничную атмосферу.
– Как в сказках про принцесс, – кивнул Дмитрий.
– Да, именно, – подтвердила она.
Как здорово, что он взрослый и все понимает. И, похоже, не подшучивает…
– Вас наверняка папа называет принцессой, – предположил Дмитрий. – Вы очень красивы. Простите, это банальный комплимент, но что ж я могу поделать, если это не комплимент, а правда.
– Спасибо… Но дома меня зовут не принцессой, а Русалочкой, – поделилась она.
– Да, вы похожи на русалочку. Ваши длинные волосы… Так мило. А почему все же Русалочка, а не принцесса?
– Я очень плавать люблю, – засмеялась Тата. – С детства обожаю воду. Для меня лето потеряно будет, если я не искупаюсь… где угодно. Меня рано научили плавать, и каждое лето на море вывозили – Коктебель, Симеиз, Феодосия. И дача у нас под Дмитровом прямо на берегу реки. Я там целыми днями пропадала. Потом родители меня отдали в бассейн на синхронное плавание. Это красиво.
– То есть вы спортсменка? – уточнил сценарист.
– Нет, до этого не дошло, – засмеялась она. – Спорт – это совсем не мое. А вот без воды до сих пор не могу. И научилась очень хорошо на ней держаться. Один раз, в прошлом году, в Карелии, попала на озере в небольшой шторм. Родители так перепугались! Был дождь, и я просто решила испытать стихию. Далеко заплыла, а непогода разыгралась…
– Да вы что! – даже остановился Дмитрий.
– Ну я ведь выплыла, – фыркнула Тата. – Иначе мы бы сейчас с вами не разговаривали.
– Вы рисковая девушка, – покачал головой Дмитрий.
– Знаете, никогда себя таковой не считала, – сказала она. – Наверное, просто немного безалаберная.
– Самокритично, – заметил сценарист. – Извините, я вас прервал. Вы говорили, что мама брала вас с собой на работу, в свадебный магазин.