Развод. Она не твоя (СИ)

Не иначе, кто-то накосячил или с дозировками, или с самим препаратом, поставив под удар весь его идеальный план, который наконец начал приносить желаемые результаты.
Он сам лично сотню раз просмотрел записи с видеокамер. Наблюдал, как Машка, мотаясь идет по коридору, в котором нет ни единой живой души. Вообще никого! Как будто вымерли все.
Спускается по черной лестнице, толкает дверь и дальше провал.
  
Больше на камеры она не попадала. Ни возле больницы. Ни на прилегающих улицах.
Он все перерыл! Пришлось кучу денег отвалить на то, чтобы добраться до записей с видеокамер магазинов и проезжих частей. И все в пустую! Ни одной зацепки, как сквозь землю провалилась.
Семен ненавидел пустые траты, особенно если они были как-то связаны с его женой. И то, что сейчас ему приходилось раскошеливаться на ее поиски, очень сильно нервировало. Он мог найти этим деньгам куда более достойное приложение. Расширить инвестиционный портфель, положить на счет. Да лучше бы Анне подарок сделал, чтобы еще больше расположить к себе.
Однако вместо этого он был вынужден отстегивать каким-то бездарям, которые каждый раз возвращались с пустыми руками.
Уже неделя прошла с того времени, как Машка исчезла!
Неделя! За это время можно было иголку в стоге сена отыскать, не то, что бабу, притаившуюся где-то в городе.
В том что она никуда не ухала, Семен был уверен. Она вряд ли сдастся без боя и попытается оспорить покупку квартиры или машины, сделав вид, что забыла, на чьи деньги на самом деле все это покупалось.
И конечно же, постарается состричь с него алименты. От одной только мысли о том, чтобы ни с того, ни с сего отдавать ей четверть зарплаты, Абрамова перекручивало.
Не дождется!
Не для того он так карабкался наверх, чтобы теперь чем-то делиться.
Поэтому он намеревался вернуться к изначальному плану. Мария в дурдоме, где ей самое место. Вся его собственность в безопасности.
А поскольку его жену лишат родительских прав, то не о каких алиментах и речи быть не может.
К тому же у Аринки своя роль. Она так приглянулась Анне, что та в ней души не чаяла и иначе как доченькой не называла.
Ему даже порой казалось, что Каталовой его дочь интереснее, чем он сам, но в этом тоже были плюсы.
У Анны в знакомых оказалась чудесная нянька, с шикарным дипломом, рекомендации и огромным опытом работы с детьми. Причем не у нищебродов каких-то, а в весьма состоятельных семьях. Премиум уровень. Если ее нанимать – то можно вылететь в трубу, но Анна этот вопрос решила сама, даже не спрашивая у него.
Он тоже не спрашивал. Зачем соваться в то, что и так хорошо работало без его участия?
Он очень любил премиум. А уж если за бесплатно и без лишних телодвижений…
Однако все это меркло на фоне того, что Мария сбежала.
Он поставил слежку везде, где только мог. За домом ее родителей, за работой, за теми немногочисленными Машкиными подругами, о которых он знал.
Время шло, деньги утекали, а она так нигде и не появлялась.
Тогда один знающий человек посоветовал проверить больницы и морги. Если она ушла из дурки в шальном состоянии, то запросто могла попасть под колеса машины или упасть с моста в реку.
Увы, это направление тоже оказалось тупиком. Ни в клиниках, ни в моргах ее тоже не оказалось.
Конечно, Абрамов не желал смерти жене – не так уж она была плоха все это время, но, если честно, это решило бы многие проблемы. Ему бы удалось разом избавиться от всех посягательств на имущество, и не возиться с лишением родительских прав. Стал бы безутешным вдовцом и, выдержав положенное время траура, с чистой совестью женился бы на Анне. Аринка бы называла ее мамочкой, Спиридонов бы поручил ему тот значимый проект, о котором вскользь упомянул на одной из встреч, и все было бы в шоколаде.
Увы, пока шоколад присутствовал только в его фантазиях.
Да, с Анной все было серьезнее некуда, и с каждым днем он все сильнее подсаживал ее на крючок подарками, галантностью и общением с Ариной.
Спиридонов уже не смотрел на него как на рядового сотрудника. Приглашал на закрытые встречи, знакомил с нужными людьми, намекал, что если и дальше так дело пойдет, то его подпустят к по-настоящему важным делам. А это уже подъем на новую ступень, другие деньги и положение.
Вот только все это разбивалось о неприглядную реальность, в которой Мария умудрилась выйти из-под контроля и исчезнуть в неизвестном направлении.
— Куда же ты подевалась, зараза? — в сердцах рычал он, получив очередной пустой доклад от своих людей, — выходи, иначе будет хуже.
Злился, но потом брал себя в руки.
Семен был готов на все ради достижения своей цели. Трудился старательно, зарабатывал очки в глазах будущего тестя и, в тайне фантазируя о том, что когда-нибудь сместит его на посту генерального директора фирмы, предвкушающе потирал руки.
Все будет. Надо только не торопиться и планомерно делать шаг за шагом.
Ну и самое главное – найти Марию, которая стояла на пути к воплощению всех его заветных желаний.
Найти и обезвредить. Как именно? Это уже другой вопрос. Все зависело от того, насколько в хорошем настроении будет Абрамов на момент поимки своей непутевой жены.
Выходной проходил удачно.
Аринка с няней с самого утра отправились гулять, с Анной он должен был встретиться позже, а пока было время на себя.
Почитал новости, посмотрел телевизор, несколько раз поел.
Потом, заметив на подоконнике слой пыли подумал, что надо бы вызвать уборщицу, но решил отложить это на рабочие дни. Не хватало еще в свой законный выходной смотреть, как по квартире шныряет тетка со шваброй и тряпками.
Помнится Маша очень любила по субботам генералить, и даже его пыталась привлечь к этому занятию. А он каждый раз глухо злился и недоумевал, неужели нельзя все дела сделать в те дни, когда он на работе, и выносить ему мозг бытовой хренью? Терла бы дом хоть пять раз в неделю – с понедельника по пятницу, чтобы он вообще этого не видел и приходил в готовую чистоту и порядок. Все равно других дел у нее не было, а уход за ребенком Семён не считал важным занятием. Что там сложного? Корми, мой, гуляй, да спать укладывай. На это много мозгов не надо.
В общем хорошо выходной проходил. Лениво и размеренно, пока вдруг не зазвонил телефон. На экране высвечивалось лаконичное «Спиридонов».
Тут же, как по команде, Семён выпрямился, хотя никто его не видел, подтянул живот и ответил на звонок:
— Да, Петр Васильевич. Слушаю.
— Как жизнь, Сёма?
Абрамов терпеть не мог сокращенный вариант своего имени, но будущему тестю можно было все. Ему даже нравилось такое обращение, потому что в нем было что-то свойское. Конечно, же только в неофициальной обстановке. На работе все было строго по имени отчеству.
— Все отлично. Что-то случилось? Нужна помощь?
Несмотря на выходной, он был готов сорваться с дивана, если того потребуют обстоятельства, ибо прекрасно понимал, что на результат надо много работать, а порой и сверхурочно.
Так что он был готов. И в офис, и в командировку, и на очередную встречу.
Однако прозвучало неожиданное:
— Ты дома? Я сейчас приеду.
— Зачем вам напрягаться. Я могу и сам подъехать, вы только скажите куда…
— Нет, нет, Сём. Я сам. Тем более я тут недалеко, по делам. Так что жди.
Звонок оборвался, а Семён растерянно обвел взглядом комнату. Не свинарник, но видно, что с уборкой никто не заморачивался.
Разве можно в такую обстановку пускать большого человека, от которого завит будущее? Увидит срач, сделает вывод, что и в делах порядка не будет, и все.
Пять минут Абрамов провел в попытках срочно найти клининг. Увы, оказалось, что в субботу никто по щелчку не собирался бежать с тряпками наперевес. В пять мест позвонил и везде был один ответ — надо записываться заранее.
  
В одной только фирме ответили, что есть свободный уборщик, который может подъехать в течение получаса, но по тройному тарифу — потому что срочно и потому выходной.