Ложная девятка 7 (СИ)
Для нас эта игра стала проходной. Чемпион братской Болгарии, 16-й республики, как иногда называли эту страну, ничего особенного не показал. И можно даже сказать, что мы могли обыграть «Берою», играя весь матч в меньшинстве. Если же говорить о моем вкладе, то по голу в каждом из таймов плюс еще две голевые передачи. Вполне неплохо.
В Болгарии никто особо ничего не стал смотреть или покупать. Как говорится, курица не птица, Болгария не заграница и «Торпедо» налегке вернулось в Москву.
Затем два дня отдыха. Спасибо, Эдуард Анатольевич, за это! Я наконец-то увиделся с Катей и родителями из Мценска. Так что мы два дня провели в Москве. Чего стоило это для мамы-учительницы, не знаю. А отец очень хитро совместил приятное с полезным, оформив на строящемся заводе командировку на ЗИЛ на два дня. Как говорится, убил двух зайцев.
Нам достаточно повезло — погода в столице стояла хорошая. Так что мы провели эти два дня в прогулках по Москве, длинных разговорах по вечерам, которые неизменно сопровождались ароматным чаем со слоном. Этот советский бренд оказался парадоксально хорошим. Ну а ночи, само собой, принадлежали нам с Катей.
Но всё хорошее быстро заканчивается. И после этого мини-отпуска меня ждали в сборной.
* * *24 сентября мы начинали наш поход за путевкой в финальную стадию чемпионата Европы 1988 года. И первым соперником была сборная Исландии.
Сбор в Новогорске получился достаточно насыщенным. Наш тренерский дуэт Малафеев — Иванов решили, что уровень соперника позволяет провести некоторые эксперименты с составом. В частности, вызов в сборную не получил Ренат Дасаев, хотя Родионов говорил, что он сам попросил небольшой отпуск. Ребята из «Днепра» Гена Литовченко и Олег Протасов тоже не приехали в сборную.
Зато внезапно в составе появился наш супер ветеран Олег Блохин. Этот матч стал своеобразным прощанием Блохина со сборной. Формально Олег закончил выступления за главную команду страны еще три года назад — в том самом отборочном цикле к чемпионату Европы, где мы только чудом прошли португальцев. Но официального завершения карьеры Блохина в сборной СССР еще не было. И наши футбольные чиновники таким образом уважили супер ветерана киевского «Динамо» и обладателя «Золотого мяча».
Так что матч в Исландии стал его прощальным в футболке сборной. И надо сказать, что в Рейкьявике увидели очень яркий футбол. Посмотреть на чемпионов мира пришло 15 тысяч человек — все билеты были проданы.
Прощание Блохина со сборной удалось. Олег сыграл 45 минут в первом тайме. И я в качестве капитана сборной всячески старался, чтобы прощание было ярким. Как мне кажется, мне это удалось — два голевых паса позволили Блохину уже к 40-й минуте сделать дубль.
А на 44-й капитан исландцев Атли Эдвальдссон свалил меня на линии вратарской. И, само собой, что бить пенальти тоже вызвался Блохин. 3:0 после первого тайма. Во втором хозяева один гол отыграли, но в результате мы все равно одержали уверенную победу 3:1 и хорошо стартовали в отборе.
Надо сказать спасибо нашим тренерам за то, что мы не улетели из Исландии в тот же вечер, а провели на этом чудесном острове полноценный день после игры. Конечно, конец сентября — не самое лучшее время для туристических поездок по Исландии. Все-таки север есть север. Но погода улыбнулась нам, и 25 сентября выдался солнечным.
Мы выехали из Рейкьявика рано утром на двух автобусах. Маршрут пролегал через знаменитый Золотой круг — классический туристический путь, охватывающий главные природные достопримечательности острова.
Уже за окраиной столицы открылись виды, от которых захватывало дух. Исландский пейзаж не похож ни на что виденное прежде — это планета в процессе сотворения. Холмистая равнина простиралась до горизонта, покрытая ковром из лавы и мха. Черная базальтовая земля контрастировала с изумрудной зеленью, которая росла в каждой расщелине, в каждом углублении, где скапливалась влага.
Над этим лунным ландшафтом нависали тяжелые свинцовые облака, то и дело разрываясь, чтобы пропустить лучи солнца. Свет играл на поверхности застывшей лавы, превращая ее то в зеркальную гладь, то в матовый бархат. А когда солнце скрывалось, пейзаж становился суровым и величественным, как декорации к фильму о конце света.
Первой остановкой стал национальный парк Тингведлир. Здесь, среди застывших лавовых полей и кристально чистых озер, располагался древний исландский парламент — Альтинг. Но нас поразило не историческое значение места, а его дикая красота.
Озеро Тингвадлаватн простиралось до горизонта — огромное зеркало, в котором отражались облака и далекие горы. Его темно-синяя вода была настолько прозрачна, что на мелководье видны были каждый камушек, каждая водоросль. Берега озера изрезаны бухтами и мысами, а вода в них имела разные оттенки — от голубого до почти черного, в зависимости от глубины и освещения.
Вокруг озера поднимались скалы из черного базальта, покрытые пятнами изумрудно-зеленого мха. Этот мох рос плотными подушками, которые казались мягкими, как бархат, но на самом деле были упругими и влажными. В трещинах скал прятались крошечные папоротники и неизвестные северные цветы, создавая миниатюрные висячие сады.
Здесь особенно остро ощущалась мощь геологических сил. Исландия — это граница между Евразийской и Североамериканской тектоническими плитами, которые медленно расходятся. В Тингведлире это видно невооруженным глазом — огромные трещины в скалах, ущелья глубиной в десятки метров, заполненные кристально чистой водой разломы. Стоишь буквально на краю двух континентов, и земля под ногами живет своей геологической жизнью.
Воздух здесь особенный — разреженный, кристально чистый, с привкусом вулканической серы и влажного мха. Каждый вдох обжигал легкие своей свежестью. А тишина была почти осязаемой — лишь изредка ее нарушали крики чаек и плеск воды о камни.
Следующей точкой стал Гейсир — долина горячих источников. Еще издалека мы увидели столбы пара, поднимающиеся из земли. А когда подошли ближе, открылась фантастическая картина — долина, буквально дышащая паром. Повсюду из трещин в земле вырывались горячие струи, создавая причудливую дымку.
Сам Большой Гейсир дремал — лишь изредка из его жерла поднимался ленивый пар. Но его младший брат Строккур был в полной боевой готовности. Сначала в его круглом бассейне начинала подниматься вода — медленно, булькая и переливаясь. Потом раздавался подземный рокот, вода начинала кипеть все сильнее, и вдруг — взрыв! Столб кипящей воды взмывал вверх на двадцать метров, сверкая на солнце как хрустальная колонна.
Воздух был пропитан запахом серы — не резким, неприятным, а каким-то первобытным, напоминающим о том, что под тонкой корой земли бушует огненная стихия. А земля под ногами была горячая — в некоторых местах настолько, что можно было согреть руки, просто приложив их к камню.
Вокруг гейзеров простирались поля застывшей лавы самых причудливых форм. Здесь лава застывала волнами, там — скручивалась веревками, а в некоторых местах образовывала настоящие скульптуры. И все это было покрыто бархатистым исландским мхом — живым ковром, который рос веками. Каждый кустик этого мха мог быть старше нас всех вместе взятых, и ступать по нему было почти кощунством.
Между лавовыми полями пробивались ручьи с водой цвета аквамарина — настолько чистой, что хотелось пить прямо из них. А кое-где встречались небольшие озерца, в которых отражалось небо и проплывающие облака.
Кульминацией стал водопад Гюдльфосс — «Золотой водопад». Еще издалека мы услышали его рев — могучий, первобытный звук, который заставлял сердце биться чаще. А когда подошли к смотровой площадке, открылась картина потрясающей красоты и мощи.
Река Хвитау, полноводная и стремительная, обрушивается здесь двумя каскадами в глубокое ущелье. Сначала вода падает на промежуточный уступ, разбиваясь в белую пену, а затем срывается во второй, еще более мощный каскад. Грохот воды был слышен за много километров — это было не просто журчание, а настоящий гул, который чувствовался всем телом.