Рубин I (СИ)

— Звучит до безобразия просто, — Рубин вскинула руки. — Но я ничего не чувствую! И до момента моего попадания в тот злополучный лес я не умела лечить себя.
— Это маловероятно, — отрицательно покачал головой Ерион. — Возможно, твои родственники не рассказывали тебе. Неужели не было случаев, когда ты чудом исцелялась за одну ночь?
— Волхвы помогали, — пожала плечами Рубин.
— Или ты помогала сама себе, а тебе говорили, что это волхвы?
Рубин насупилась.
— Я никогда не слышала о повелителях маны, которые умели бы исцелять. Возможно, ты знаком с кем-то из них? Они могли бы подсказать, как обуздать этот дар.
— Мне жаль тебя огорчать, но из ныне живущих повелителей силы целителя я знаю только одного — тебя.
Рубин поморщилась.
— Это настолько редкий дар?
— Не просто редкий. Это дар, из-за которого тебя могут запереть и убить.
— О чем ты? — Рубин отступила от него на шаг.
— Волхвы знают способы, как погрузить человека с даром в беспробудный сон, а повелители силы выкачивают из него целительную ману до тех пор, пока тело не погибнет. Ты же понимаешь, что повелитель силы ничего не создает сам, он лишь преобразует ману в особую форму, которой способен управлять. Для меня эта форма — дар света и огня. Для тебя — дар исцеления. Люди добывают ману из месторождений и заряжают ей юни, пользуясь услугами повелителей силы, способных это сделать. Не станет таких, как мы, от месторождений маны для людей прока не будет. От этих месторождений мы с тобой не зависим. Для нас мана есть повсюду. Она пронизывает все, что нас окружает, и мы улавливаем ее, собирая через центр своей жизненной силы. Месторождения — это особые ее скопления, из которых можно получить сразу много маны и создавать из нее сотни и тысячи юни ежедневно.
— А те повелители силы, кто занимаются созданием юни… Они долго живут?
Ерион склонил голову, будто за свой ответ испытывал личную вину.
— Десять лет, если повезет. И год — если нет, — озвучил он.
— Хочешь сказать, что таких как мы сначала находят, затем обучают, а потом отправляют на работу к месторождениям, где смерть настигает в течение десяти лет?
Рубин сама не верила в то, что говорит. Истории про ману и юни, которые рассказывал ей отец, никогда не касались того, как именно все это работает. Есть повелители силы — есть простые люди. Одни служат ордену Повелителей, другие — королям. Орден дарует благо всем людям во всех королевствах! Выходит, что не все так просто… Отсюда закон о наказании за укрывательство одаренных детей? Отсюда кара за его нарушение? В каком мире она живет? Что знает о народе, которым управляет ее отец?
— Покупая у волхвов юни, люди не задумываются о том, что на каждом из них значится чье-то имя. Это цена за мироустройство, в котором каждому отведена своя роль. Я рассказываю тебе то, о чем не должен говорить. Это знание передается от Верховного повелителя силы каждому из своих учеников. Несогласных с установленным порядком казнят «гонцы смерти» — самые сильные представители ордена Повелителей. Расскажешь кому-то о том, что я открыл тебе этот секрет, гонцы придут за мной. И за тобой. В мире маны ты либо выживаешь, как умеешь, либо погибаешь.
— Ты же можешь передать меня в орден и излечить свой недуг, — она с болью во взгляде смотрела на Ериона, боясь услышать от него обещание именно так с ней и поступить.
— Я не убиваю невинных ради того, чтобы продлить собственную жизнь, — покачал головой Ерион. — Заключив с тобой уговор, — он показал свое запястье, на котором виднелся белесый отпечаток юни — я нарушил устав ордена, к которому принадлежу. За это нас с тобой могут приговорить к смерти. Хочешь выжить — слушай меня и не перечь. Обуздаешь свою силу — сможешь и мне помощь. А ежели нет — будешь знать, что у тебя есть дар, который нужно от всех скрывать.
— А за особами королевских кровей гонцы смерти тоже могут прийти? — на всякий случай уточнила Рубин.
— Да, лжепринцесса. Они могут прийти даже за королем.
Рубин отвернулась, переваривая услышанное. Распознав в ней дар, отец действительно мог скрыть его от всех остальных. Даже от нее самой. Целитель… Целителям не дарят и десяти лет… Поэтому такая строгость и запреты? Поэтому жизнь взаперти? Любая поездка только с разрешения. Никого из посторонних лиц — только свои, самые верные, самые близкие. Правила и запреты, манеры и этикет. И ничего о мане, кроме сказок.
 
— Я хочу в кусты, — Рубин развернулась и побрела вдоль кромки берега озера.
Ерион следовал за ней.
— Я никуда не денусь! — прокричала она, желая только одного, чтобы он оставил ее в покое.
Когда в детстве старшая фрейлина рассказа Рубин, что Белого Деда не существует, а подарки под снежное дерево укладывают слуги, волшебный мир маленькой Рубин пошатнулся, но не рассыпался. Зато теперь он грудами камней обвалился ей на плечи, придавив к холодной земле.
Кто на этом свете главный? Кто из королей воинственней и богаче? Глупые вопросы перестали иметь значение, когда ответом на них стал «седоул». Не будет седоулов — не станет и юни. Исчезнет и надобность в тех, кто их продает. Но седоул будет существовать вечность, вместе с алчностью и желанием его заработать. Прекрасная мана — дар богов и свет жизни — превратилась в разменную монету, за которую можно приобрести все, что захочешь. Здоровье, молодость, красоту, цвет волос, длину ресниц, стройность фигуры, силу мышц, желание мужа, — все покупалось и продавалось, а миром руководил седоул.
Орден Повелителей силы, которому подчинялись волхвы, внезапно превратился в отдельное королевство, в котором правили свои законы. И именно этому королевству подчинялись все остальные, ведь орден создавал юни из маны и передавал их волхвам, что продавали юни людям. Раньше Рубин считала, что повелители силы и волхвы служат богам. А теперь она поняла, что поклонялись они седоулу.
Рубин остановилась и взглянула на ровную гладь воды. Она заметила, что Ерион остановился чуть поодаль, оставив свои пульсары вдалеке. Зачем она рассказал ей все это? Ей, принцессе, которой не верит?
Что случится, когда они доберутся до Белого замка? Он сдаст ее ордену и попросит вылечить себя за ее счет? А она, поверив во все его заверения, молча пойдет на заклание?
Поэтому он ее стережет? Боится, что она даст деру, а он останется без вознаграждения?
Рубин взглянула на печать уговора, застывшую на ее запястье. Как избавиться от нее? Как убежать и снова спрятаться за стенами Звездного замка? А дальше что? Отец заключит очередной договор и выдаст ее замуж. За уродца из Инайи. И вернется Рубин сюда, чтобы снова повстречать Ериона, который сдаст ее ордену. Круг замкнется. Жизнь закончится.
Рубин прижала кулак ко лбу, пытаясь вернуть контроль над эмоциями. Сейчас ей не скрыться. Для начала нужно узнать, как разорвать их с Ерионом уговор и снять с себя печать юни. Избавится от метки сделки — получит шанс сбежать. Куда? Туда, где ее никто не знает. В место, где никому не придет в голову искать под нарядом простолюдинки принцессу.
Рубин повернулась и зашагала обратно. Наметки плана уже есть. Дело за деталями.
  
Глава 7
 
Ордерион
Принц заметил, как резко изменилась Рубин после того, как он рассказал ей правду. Она вернулась к горящему кусту и села у пламени, протянув к нему ладони. Когда Ордерион попытался ее обнять, Рубин мягко убрала его руки и сообщила, что уже согрелась.
Ордерион не перечил. Вполне разумно с ее стороны перестать ему доверять. Теперь придется стеречь ее пуще прежнего, ведь она вполне способна натворить дел и угодить в неприятности.
— Когда доберемся до Белого замка, как ты собираешься меня представить? — спустя много минут молчания спросила Рубин.
— Ты же сама собиралась заявить, что ты принцесса? — Ордерион улыбнулся.
— Боюсь, что мне не поверят так же, как и ты. Запрут и начнут переписку с Туремом. А я устану ждать, пока за мной приедут поверенные из Звездного замка. Да и нет гарантий, что в тюрьме кто-то не уличит мой дар к самоисцелению.