Рубин I (СИ)

Ордерион допил напиток и начал собирать припасы в дорогу. Не поленился и осмотрел содержимое хозяйских шкафов, чтобы подобрать сменное платье для «принцессы». Найти бы для нее одежду деры по размеру, чтобы будущих охотников за красотой сразу же урезонить. Тряпки фрейлины погребены под завалами дома, но вот вещи принцессы… Их-то он и не видел.
«А вдруг…»
Ордерион рванул из дома к полуразрушенному гостевому «особняку». «Все равно, что иголку в стоге сена искать», — подумал про себя и выругался.
«А вдруг…», — вновь промелькнула опасная мысль.
— Куда ты ушел? — голос Рубин заставил его обернуться.
Она бежала к нему со всех ног, явно испуганная тем, что он оставил ее одну.
— Ты письмо написала? — игнорируя ее вопрос, произнес Ордерион.
Рубин остановилась рядом и достала из кармана сложенный лист бумаги, запечатанный сургучом. Перед ним возникла дилемма: вскрывать его или нет.
— И что ты написала? — спросил он.
— Что жива и в сопровождении дера направляюсь в Белый замок. И что принц Атан мертв.
— Зашифровала послание? — Ордерион сунул его в нагрудный карман.
— Конечно! — возмущенно произнесла Рубин, будто, по ее мнению, писать обычные письма королевские особы не умеют.
— Тогда найди для себя теплую накидку и жди меня у конюшни.
Рубин
Даже в юбке Рубин уверенно держалась в седле и галопом летела за Ерионом. Поначалу ее смутил вид чистых кальсон, украденных из чужих вещей, которые теперь были выставлены на обозрение в связи с задранным выше колен подолом платья. Но Ерион на ее исподнее внимания вообще не обратил, из чего Рубин сделала вывод, что простолюдинки привлекают к себе не так много внимания деров, как об этом принято шептаться по углам.
Ерион то сбавлял темп, давая возможность лошадям отдохнуть, то снова ускорялся, будто опасался опоздать. Когда солнце вышло в зенит, они добрались до деревни Шио и оба вздохнули с облегчением, увидев там людей.
Ерион помог Рубин слезть с лошади и сразу же повел животных к конюху. Было видно, что на местности он ориентируется прекрасно. Тем не менее жители, заприметив на своей территории воина в наряде Белого замка, быстро опускали головы и старались тут же ретироваться.
Дабы не мешать Ериону договариваться с конюхом, Рубин отошла от конюшни в сторонку и терпеливо ждала возвращения своего спутника. Местные, проходя мимо нее, озирались. Женщины смотрели, почему-то, со злобой, а вот взгляды мужчин пробирали до костей. Рубин никогда не чувствовала себя так стесненно среди людей. Будто ее раздели и выставили на всеобщее обозрение!
Она опустила голову и попятилась ближе к конюшне.
— Эй, красотка, как тебя зовут?
Рядом остановились двое молодых мужчин в поношенных одеждах простолюдинов.
От них разило потом, и Рубин поморщила нос, подавляя приступ тошноты.
— Немая, что ли? — гоготнул один из них.
— Ты откуда к нам приехала? — тут же спросил другой.
— Извините, мне пора идти, — она хотела развернуться, но один из незнакомцев схватил ее за юбку платья.
Рубин от ужаса дар речи потеряла.
— Погодь, красавица! Коли мужика при тебе нет, может, мы чем поможем? — тот, что удерживал ее за платье, показал щербатую слащавую улыбку.
— Гох, остань от девицы! — прокричала ему женщина, проходящая мимо. — Сразу же видно, что из этих она… Заразу еще подцепишь, потом к волхвам тебя вози!
— А от такой красотки и заразу не страшно подцепить! — захохотал Гох и дернул за юбку платья Рубин.
— Руки свои от девы моей убрал! — прогремел голос Ериона.
Он вышел из конюшни и направился прямо к наглецам. Тот ретивый, что за юбку ее удерживал, тут же подобрался и отступил.
— Сразу бы сказала, что у тебя мужик есть, — он плюнул Рубин под ноги, и оба были таковы.
Рубин продолжала стоять, как вкопанная.
— Все в порядке? — поинтересовался Ерион, останавливаясь рядом и заглядывая ей в лицо.
— Нет, — честно ответила она.
— Испугалась? — удивился Ерион. — Да прокляла бы их именем Дхара и сразу бы отстали!
— Я хотела уйти, но один меня за платье схватил! — пожаловалась Рубин.
 
— Ну так нагой бы его в пах ударила и рванула ко мне. Или ты только кинжалами угрожать умеешь? — Ерион улыбался.
— Я не умею, — прошептала Рубин.
— В пах бить? — не понял дер. — Тут особые таланты не нужны. Замахиваешься со всей силы и наносишь удар. А потом сразу убегаешь, ибо мужики от этого свирепеют. Ты что, только среди деров крутишься? Или с простого народа деньги вымогать — это не твой уровень?
Рубин прищурилась и побагровела от злости. Хотелось что-нибудь хлесткое сказать, но улыбающееся лицо Ериона тут же отвлекло от правильных мыслей.
— Я жду, — произнес он.
— Чего ждешь? — не поняла Рубин.
— Фразы, которой ты собираешься мне ответить.
— Я примеряюсь к твоему паху, — Рубин опустила глаза к своей мнимой цели.
— Потренируешься на ком-нибудь другом, — он обхватил ее за плечи и повел к конюшне. — Лошадей нам сейчас сменят. Гонец, что согласился передать твое письмо, тоже нашелся. Я предупредил, что на заставе нет людей. Объяснять, что случилось, не стал. Но даже за эту информацию пришлось два лишних седоула приплатить, чтобы воодушевить добровольца нам помочь.
— И где гарантии, что твой гонец вообще письмо повезет? Может, поскачет по окрестностям и довольный заработком домой вернется.
— Мы все равно об этом позже узнаем. И тогда ему конец. Инайя — не Турем. Здесь за нарушения устного договора можно смертную казнь схлопотать.
— И лишиться языка за клевету, — добавила Рубин, но руки Ериона со своего плеча не убрала.
Наоборот, прижалась к нему сильнее, пока шла. С ним спокойней. И теплее.
— В Туреме языки режут почаще, чем здесь.
— Кто тебе такое сказал? — удивилась Рубин.
Ерион ничего не ответил, только тяжело вздохнул.
***
Пообедав в местной таверне, они снова отправились в путь. Спустя пару часов холмы сменились крутыми подъемами и резкими спусками горных дорог. Быстро ехать при всем желании возможности не было, и они почти плелись друг за другом.
— Ерион, мы до заката успеем? — спросила Рубин, глядя на диск белого солнца, плавно спускающийся за вершины гор.
— Должны, — уклончиво ответил он, чем вселил в нее страх.
Рубин ерзала в седле и надеялась, что они доедут до ущелья Гразоль раньше, чем она обмочит ноги. Но сейчас… Стало невмоготу!
— Ерион, я хочу в кусты! — взмолилась Рубин.
— Пить по дороге надо было меньше, — сделал замечание он. — Целую флягу воды в себя влила!
Не смотря на свой укоризненный тон, он все же остановился и спешился. Рубин с облегчением вздохнула, приметив подходящие кусты слева на склоне дороги.
Ерион помог ей слезть с лошади и взял ретивую кобылку под уздцы.
— Я быстро, — пообещала Рубин и нырнула в кустарник.
Чувствуя накатившее облегчение, она благоговейно уставилась в небо, на котором появились зарницы. Шипение под самым боком заставило ее замереть. Рубин повернула голову и увидела серую змею, застывшую в разинутой пастью в полуметре от нее.
— Ты долго там еще? — прокричал со стороны Ерион.
— Змея, — прошептала Рубин, стараясь не шевелиться.
— Что? — не расслышал Ерион.
— Змея! — пропищала Рубин, щурясь от напряжения.
Серая тварь отклонилась назад перед прыжком и резко кинулась на Рубин. Зубы угодили в плотную ткань юбки. Рубин подскочила и завизжала, пытаясь сбросить с платья эту извивающуюся мерзость. Нога соскользнула в сторону. Послышался хруст. Земля ушла из-под ног, разваливаясь на куски и камнями скатываясь по крутому склону. Рубин кубарем полетела следом, срывая голос в беспомощном крике.
Змея осталась где-то позади, а Рубин продолжала скользить на юбке по сухой траве и щебню. Спину раздирало в кровь, на пятой точке живого места не осталось. Голос пропал. Впереди обрыв. «Неужели на этом все?» — успела пронестись мысль в голове перед тем, как Рубин сорвалась в него и полетела вниз.