Пертурбации и козни (СИ)

Через пару минут моё авто в сопровождении шести автомобилей с вооруженными до зубов гвардейцами остановилось у ворот Спасской башни. Тут езды-то не более версты, мог бы и пешочком прогуляться. Ан нет, не полагается. Я все-таки птица голубых кровей, а значит, ножки топтать нам князьям невместно, к тому же, опять-таки, понты — наше всё.
Интересно выглядит Красная площадь без привычного глазу собора Василия Блаженного, без памятника Минину и Пожарскому, без Мавзолея, голубых елей и прочих привычных по первой жизни атрибутов. Единственно, что было одинаковым в обеих реальностях — это габбро-диабазовая брусчатка.
Впрочем, свято место пусто не бывает, на месте знаменитого в иной реальности храма стоит другой Христа Спасителя, где-то, даже более фундаментальный. Вместо елей высажены туи с серебристым отливом листьев. А там где в иной реальности стоит Мавзолей высится грандиозный памятник, посвященный тысячелетию крещения Руси.
Кортеж сопровождения остался на Красной площади, мой же BMW1100 (да-да, я не ошибся, именно Bavaria Motor Wagen с объемом дизельного двигателя пять тысяч кубов, и тут немчура впереди планеты всей) проехал через ворота и покатил дальше в направлении Зимнего Дворца их Величества Самодержца Российского.
В фойе сдал верхнюю одежду и головной убор вместе с перчатками подскочившему лакею (Зачем только напяливал на себя всё это?) и в сопровождении какого-то расфуфыренного мужчины направился в Колонный зал, где должна была произойти официальная часть намечавшегося торжественного мероприятия.
При моем появлении мажордом громким голосом объявил:
— Князь Засекин-Силаев!
Впрочем, это никоим образом не повлияло на поведение многочисленной толпы. На меня банально не обратили внимания. Хотя, несколько симпатичных девчонок, вроде бы, «клюнули» на мою, вне всяких сомнений, брутальную внешность. Во всяком случае, прелестницы начали перешептываться, бросая заинтересованные взгляды в мою сторону. Ну что же, возьму на заметку, хотя бы вон ту очаровательную голубоглазую блондинку, поглядывающую в мою сторону с конкретным настроем. На всякий случай, «прощупал» её в ментальном плане и не разочаровался, мадам «заряжена» на бурный секс, и я первый кандидат в «списке» претендентов. Это я удачно зашел! Даже фиаско, связанное с отказом Вареньки Гагариной, как-то поблекло и отошло на задний план.
— Боярыня Злобина Агнесса Яновна, в девичестве баронесса Дворжецкая. Вдова. По неподтвержденным слухам, состоит в любовной связи с командиром гвардейского полка генерал-майором Куракиным Антоном Степановичем. — Подсуетился Николай, поделившись со мной добытой из Сети информацией. — Благодаря покойному мужу, материально независима, даже богата. Состояние движимого и недвижимого имущества боярыни колеблется, по оценке экспертов, в пределах трехсот миллионов рублей.
Ага, значит, не хищная охотница за чужими деньгами. Хотя, коль надумаю к ней подкатить, как бы меня самого за жигало не приняли. Высшему Свету только дай повод посудачить, да позубоскалить, вмиг с говном смешают, будь ты хоть ангелом небесным.
Ладно, возьмем на заметку Агнессу Яновну.
Так… а это кто у нас. Боже мой, знакомое лицо. Да это же пани Элжбета свет Вацлавна Сикорски. Кругом польки. Я что, не на столичной великосветской тусовке, а где-нибудь на балу в Кракове или Варшаве? Кстати, на лесной поляне в Пустошах она всмотрелась куда скромнее. Теперь в шикарном платье, подчеркивающем вполне сформировавшуюся фигуру, Элжбета выглядела на все двести по сто-бальной шкале. Прошла мимо в сопровождении многочисленной толпы подруг и парней. Меня не заметила, или не подала виду, что узнала. Ну и ладно, общих тем для разговоров у нас нет. К тому же, наше с ней знакомство было омрачено рядом обстоятельств, о которых и вспоминать не хочется.
Вдруг обнаружил, что какая-то мамзель строит мне глазки. Мельком оценил и не вдохновился. Симпатичная, хоть полностью сформированная с точки зрения женских прелестей, но по возрасту малолетка, да еще в сопровождении страшенной мегеры непонятного возраста. Такую в отдельный кабинет не затащишь, а если затащишь, так потом скандала от родни не избежать. Я даже справку на её счет не затребовал от Николая.
  
Тут мое внимание привлекла еще одна физиономия и также из числа знакомых. Не совсем, конечно знакомых и даже не знакомых вовсе. Просто этот юноша был в числе спасенных по просьбе Элжбеты студентов. Увидел меня, отвел взгляд и поспешил смешаться с толпой. Совесть что ли проснулась, или, памятуя о гибели своего бывшего лидера, испугался, что за наглую клевету вызову его на дуэль. Ссыт, значит уважает, тем более присутствовал на инициированном бояричем поединке, а ранее, собственными глазами наблюдал, как я легко расправился со стаей тигрокрысов. Ладно, пусть живет, никому из тех неблагодарных шалопаев мстить не собираюсь. Добрый я и не злопамятный.
Ну всё, хватит заглядываться на дам. Подхватил у пробегавшего мимо с подносом, уставленным сосудами с вином, лакея бокал сухого красного. Антоцианы и прочие полезные вещества будут не лишними для моего измученного учебой организма. Ха-ха-ха! Жду-не дождусь окончания подготовительных курсов — уж очень мне хочется взглянуть на свою вотчину. Ну еще кое-что сделать из давно задуманного. Впрочем, о своих планах ни слова, ибо, небесные сисадмины не дремлют, так и норовят подгадить всякому смертному. Значит, молчим, дышим ровно и, как любил говаривать мой дед, уходим по одному, если что, Игорёк, мы-геологи. Откуда он позаимствовал эту фразу я не в курсе, но звучит забавно.
Вино оказалось весьма и весьма приличным. Иного и быть не могло, все-таки дворец, а не какая-нибудь третьесортная забегаловка.
Что касаемо внутреннего убранства Колонного зала Зимнего дворца, поначалу оно показалось мне чересчур помпезным. На стенах, потолке сплошь золото, драгоценные и полудрагоценные камни, замысловатая лепнина. Стоит признать, всё это гармонично сочетается с искусной росписью. Даже мраморные плиты, коими выложен пол, пронизаны золотыми нитями. Я бы это место назвал не Колонным залом, а Золотым. Колонны, разумеется здесь присутствуют, но и на их украшение художники и архитекторы «презренного» металла не пожалели.
На самом деле, насчет якобы избыточного количества золота я просто ворчу от зависти. Что красиво, то красиво и этого не отнять.
Особо приятное впечатление на меня произвел потолок, оформленный, вне всяких сомнений, профессиональным художником-магом в виде «живой» картины. Глубокое, будто всамделишнее небо, по которому плывут стайки легких золотистых облаков и яркое солнышко в самом зените. Вполне реалистично.
Ко всему прочему, в помещении витает легкий ментальный фон, воздействующий положительным образом на настроение присутствующих.
Короче, всё очень и очень прилично обставлено. Впрочем, иначе и быть не могло.
Опустевший бокал заботливо прибрал во внепространственное хранилище, уж очень мне он понравился искусной выделкой. На память. К тому же, природный хрусталь, из которого он вырезан отличная заготовка для магического артефакта. Идей на сей счет у меня много, нужно хорошенько всё обдумать, но не сейчас, поскольку двери распахнулись и семейство Романовых под звуки фанфар и бой барабанов вошло в зал.
Впереди Государь Михаил Васильевич Романов под ручку с супругой Маргаритой Германовной в девичестве Салтыковой, вслед за императором и императрицей в зал вошли их дети: сын Александр и две дочери София шестнадцати лет и двенадцатилетняя Мария. Далее за императорским семейством следовали Великие Князья родные братья правящего монарха, каждый со своим семейством, и завершали шествие особо родовитые члены Боярской Думы, Кабинета министров, и куча военных высшего ранга, судя по количеству наград на груди, каждый из них выиграл хотя бы одну военную кампанию, а то и дюжину таковых.
Ну да, ёрничаю, поскольку бравым видом всех этих солдафонов меня не ввести в заблуждение, достаточно просканировать их ментальную сущность и в голове тотчас возникает определение «паркетный шаркун». Вне всяких сомнений оказалось, что ни один из этих «вояк» пороху по-настоящему никогда не нюхал. А бравым видом меня не обмануть. Пуст дамам «лапшу» на уши вешают, о том, как они едва ли не а одиночку штурмовали какую-нибудь вражескую крепость или брали в плен армию супостата.