Графиня поневоле (СИ)

— Барон Леманн, — страстно прошептал он, прижимая меня к себе и смеясь. — Анжей Леманн, к вашим услугам, прекрасная госпожа…
— Арида, — в тон ему ответила я. — Графиня Сангиан.
В этот момент я краем глаза заметила графа. Он не танцевал, хотя почти все пары кружились. Мрачный, как Мефистофель в своем черно-золотом костюме, муж стоял, прислонившись к колонне и сжимал в руках бокал. Время от времени он прикладывался к бокалу, следя за мной взглядом, прожигая насквозь. Похоже, вечер перестает быть томным…
  
Тут музыка смолкла, а глашатай объявил, что прибыл король. Все оживились, дамы принялись возбужденно приводить себя в порядок, обмахиваясь веерами и щебеча. Виконт, не выпуская моей талии, хотел провести меня к колоннам, где уже стоял граф, но я поспешно направила его в противоположную сторону.
— Его величество король Петары и Пандиона король Сигизмунд Пятый!
Бешено зазвучали фанфары, и в высоких золотых дверях в глобине зала появился король. Он оказался невысоким, полным человеком лет шестидесяти с утомленным лицо, когда-то наверное, вполне привлекательным. За ним семенила королева — дама ему под стать и с десяток придворных.
Король шел через толпу придворных, которые разделились на две шеренги, чуть наклоняя голову и милостиво всех приветствуя. Мне он показался обычным человеком, не злодеем, но и не добряком. Просто уставшим и замученным государственными делами.
— Дорогие гости, дамы и господа! — начал король свою речь, когда шум в зале затих. — Рад приветствовать вас у себя на балу урожая. Как вы знаете, этот бал проводится ежегодно, чтобы мы могли познакомиться с парами, связавшими себя брачными узами в прошедшем году. Итак, начинаем!
Король, расправив мантию, уселся на вынесенный в зал золоченый трон, рядом с ним расположилась королева, а мажордом принялся по очереди выкликать брачные пары. Я поняла, что встреча с графом неминуема и внутренне содрогнулась.
— Ваш муж вас ищет, графиня! — хихикая, произнесла одна из дам неподалеку. — Сказать ему, что вы здесь или не стоит?
Она кокетливо оглядела моего спутника и состроила ему глазки.
— Скажите, — обреченно ответила я, решив, что перед смертью не надышишься.
— Граф Сангиан! — замахала дама рукой вправо. — Ваша прелестная жена здесь!
Граф рассек толпу и спустя секунду уже возник передо мной, как черный коршун. Увидев, что возле трется барон, он побагровел и схватив меня за руку, больно дернул.
— Идемте!
  
Глава 23
 
Хорошо, что на мне были тапочки, иначе я бы точно не удержалась и свалилась на пол. Граф с такой силой потянул меня от барона, что чуть не выдернул мою руку из сустава.
— Живо! — кипел муж, рассерженной змеей наблюдая, как я путаюсь в складках платья, которое без нижних юбок сильно магнитилось и норовило облепить ноги. — Что на вас за наряд вообще?! С чего вы взяли, что подобное можно носить в высшем обществе?
Граф был так возмущен, что мне стало страшно. А вдруг я нарушила какой-то протокол, и сейчас король лишит графа его графского звания за такое неуважение, выказанное его женой? Но обдумав эту мысль, я немного успокоилась. Что ж, если будет так, то граф это полностью заслужил. В другой раз женится по любви, а не корысти ради!
— Граф и графиня Сангиан! — пророкотал мажордом.
Граф взял меня под руку и крепко прижал к своему твердому боку. Я, повинуясь его силе, пошлепала рядом по красной ковровой дорожке к золоченому трону. Король восседал, подслеповато щурясь и оглядывая подходивших к нему, одной рукой успевая извлекать из вазочки засахаренные вишни и отправлять их в рот. В другой он держал золоченый лорнет, который прикладывал к своим подслеповатым, по всей видимости, глазам.
Когда мы подошли, граф принялся опускаться на дорожку, но поняв, что я стою, больно дернул меня за руку.
— На колено! — рявкнул он шепотом. — Ты совсем дура, что ли?
Мое колено преломилось само собой, и я почти рухнула рядом с графом. Затем он склонил голову на грудь, я проделала то же самое. Когда граф стал подниматься, я следом. 
— Так, так… — игриво произнес король, оглядывая нашу парочку. Взгляд старого монарха остановился на меня, изучая. Потом он опустил лорнет.
— Ваша красота поистине ослепляет, графиня, — сказал король и обратился к королеве:
— Не правда ли, дорогая?
Та что-то пробормотала в ответ.
— Безусловно, ты права, — ответил монарх своей второй половине. — Но все же, я считаю, что красота графини извиняет любые отступления от правил. Ну, почти….
С этими словами король встал и подойдя ко мне, обнял. Я, растрогавшись от такого приема, растерянно уткнулась носом в кудрявый парик монарха. Парик пах пудрой и фиалками.
— Добро пожаловать, графиня Сангиан! — нараспев произнес король, затем посмотрел на мужа, протянул ему для поцелуя руку и продолжил:
— Надеюсь видеть вас при своем дворе чаще. И если что-то надо будет, обращайтесь.
Произнеся это, монарх развернулся и сделав три шага, уселся обратно на золотую подушечку.
— Маркиз и маркиза Вернер!... — принялся выкликать мажордом следующую пару.
Граф поспешно потянул меня в сторону, и вскоре мы уже стояли у одно1 из колонн. Я посмотрела на мужа: лицо его было бледным, а губы дрожали от гнева.
— Вы… вы в тапках? — произнес он с яростью.
Не знаю, когда он заметил это обстоятельство, но то было не важно. Важно, что желваки на его скулах ходили ходуном, а кулаки сжимались.
— Туфли не подошли, — соврала я. — А новые заказать не успела. Но никто ведь не увидел, кроме вас.
Граф вздохнул и закатил газа к потолку.
— А этот белобрысый? Кто он? — резко переменил он тему.
— Это барон. Мы просто танцевали.
— Просто танцевали… — передразнил граф. — Думаешь, я не узнал его? С ним ты тогда в беседке была! Этого молодого щегла я узнаю всюду!
Он произнес эти слова с такой ненавистью, что мне поплохело. Так значит, я была права и барон — именно тот, с кем моя предшественница кутила шуры-муры. А замуж за него выйти не смогла, потому что папенька запретил, найдя дочурке познатнее жениха.
Граф обвел глазами зал, полный народу и сказал:
— Уходим, быстро! Король нас видел, приличия соблюдены. Вам нельзя тут оставаться, позора не оберешься!
Ах вот оно что! Позора он, значит, боится!
Я прямо посмотрела ему в глаза и произнесла:
— Вы можете идти, куда хотите. А я остаюсь. Я еще не натанцевалась!
И не дожидаясь, пока он вновь схватит меня, гордо повернулась и пошла по диагонали сквозь толпу. Оборачиваться я не стала, но сильно надеялась, что граф простоит с разинутым ртом по меньшей мере минут пять. За это время я как раз успею скрыться.
Я без препятствий, если не считать нескольких отдавленных кринолинов, добралась до террасы. На улице уже смеркалось, и громада дворца из белого мрамора, подсвеченная огнями и фонарями, выглядела особенно величественно. К тому же здание прекрасно просматривалось с террасы, потому что было построено в виде буквы «П».
В небе загорались звезды, окна во дворце были ярко освещены, играла музыка, из сада внизу доносился цветочный аромат и шум льющейся воды. Приглядевшись, я заметила фонтаны, подсвеченные огоньками. Возле них тоже толпился народ. Очевидно, некоторые гости выходили в сад освежиться после танцев. Внезапно мне захотелось кинуться туда, в этот сад и заплутать там, оставив позади дворец, замок, всю эту жизнь вместе с напыщенными графами, баронами и полной несвободой.
А может, убежать прямо сейчас, мелькнула у меня шальная мысль. И явиться к Трисмегисту, пусть делает что хочет. Но находиться рядом с графом я больше не могла, он достал меня окончательно. Противный, сребролюбивый негодяй, изменщик и врун! А что самое, ужасное, неотразимо привлекательный при этом…
  
От злости я даже ногой топнула. Стоявшая ядом парочка удивленно на меня посмотрела.
— Вот вы где, Арида, — раздался слева знакомый голос. — Я вас везде искал.