Надежда Тальконы (СИ)
Хлопнула входная дверь и Надежда услышала:
— Иди сюда. Я же говорила, здесь никогда никого не бывает.
— И зачем я тебе понадобилась? — Ответил другой голос. Оба женские.
— Да затем, что проспорила ты, лапушка! Снимай колечко-то!
— Да не может быть!
Этот голос по характерной картавости Надежда узнала, он принадлежал служанке, которая частенько приносила заказанные закуски, когда хотелось пожевать, не выходя из апартаментов. Вторую девушку она не помнила, по крайней мере, по голосу не узнала.
— Еще как может! Я же тебе говорила, что он не устоит.
Обычный любовный щебет, однако, он мешал сосредоточиться, и Надежда невольно начала прислушиваться.
— Я прихожу к нему сегодня, дождалась пока он один останется. Нарочно фрукты у его ног рассыпала, чтоб внимание обратил. Собираю, извиняюсь, конечно, и снизу вверх поглядываю, и три верхних пуговки расстегнула, чтоб ему лучше мою грудь видно было. Ему нравилась раньше моя грудь. Но он изменился. Сильно изменился. Наверное, и в самом деле по любви женился. Раньше, до женитьбы, не прочь был служаночек потискать, выделял меня изо всех. Мы не раз общались очень тесно, и ему нравилось. А тут, гляди, словно меня и не существует больше. Нет, думаю, мужчина есть мужчина, кем бы он ни был. Сначала никакого внимания не обращал. Я и спросила: что же Вы, Ваша Мудрость, совсем меня позабыли?
Надежда вздрогнула.
— Даже так! Вот это сюрприз!
Захотелось узнать, чем все кончилось, хоть это и нечестно — подслушивать. Но ведь не нарочно же!
— Ну и что?
— Что-что… снимай колечко, снимай. А еще говорят, мужская верность, мужская верность… Главное, чтоб поцеловал, а уж я постаралась, чтоб дальше он ни за что не устоял. Но он даже в ласках стал другим. А потом рассердился: Вон, говорит, стерва! Да за что же вы так меня, — спрашиваю. — Или не угодила? Так давайте повторим… — так еле выскочить успела. Чуть не пришиб.
— А ну, как узнают?
— Да никто не узнает…! Откуда? Главное, он меня вспомнил, теперь я от него не отстану.
— Ну и дура! Узнают…
— Что привязалась как липучка! Откуда кто узнает?
— А вот подслушают нечаянно. — С ледяной интонацией медленно и негромко произнесла Надежда, появляясь в проходе.
Ужас на лицах служанок был неописуемый. Обе распластались на полу у ног своей Рэллы.
— А ну, встать!
Обе поднялись, но только на колени.
Надежда махнула кистью руки перед лицом проспорившей. Та поняла и мгновенно вылетела за дверь.
— А ты подожди.
Новоявленная соперница пребывала в шоке. Миловидное, пухленькое личико заливала мертвенная бледность. Пышная грудь быстро колыхалась.
— Поспорили, говоришь…
— Я… я…
— Вот что, ты. — Надежда старательно сдерживала ярость. И голос звучал с медленным ледяным спокойствием. — Сейчас найдешь Найса и скажешь ему, чтобы ноги твоей на внутреннем радиусе больше не было. Еще раз увижу в пределах жилой зоны — и следующее место работы у тебя будет где-нибудь на Западном Материке. Поняла? — Служанка, подтверждая, часто трясла головой. — А теперь — вон…!
И сама себе удивилась, как не сорвалась.
Какое уж тут чтение! Еще несколько минут тупо смотрела в текст, не понимая ни строчки. И вновь, пересиливая себя, не швырнула документ в угол, чего, впрочем, очень хотелось, аккуратно вернула его на место.
Альгида уже поднялась и выглядела вполне прилично. Надежда молча уселась в кресло смотреть новости, хотя тоже с трудом сосредотачивалась. Мысли были об Алланте. Очень горькие, колючие мысли. Докатилась!
Аллант принимал ванну. Он только что погрузился в воду, и затуманенным от неги взглядом отметил: в дверях появилась Надежда. Она редко приходила, когда он мылся, только если хотелось поиграть и побаловаться. Но сейчас по ее лицу было не похоже, что она настроена игриво.
Надежда, не говоря ни слова, быстро подошла к шкафчику с моющими средствами, резко наклонилась и из угла нижней полки вытащила пачку дезинфицирующего порошка. Затем, не торопясь, подошла к ванне и демонстративно высыпала туда все содержимое пачки. И так же молча, швырнув пустую упаковку в лицо недоумевающего Алланта, повернулась, чтоб уйти.
— Ты сдурела?! — Яростно взревел Аллант, выскакивая из воды. Так недолго и отравиться или химические ожоги получить!
— Я сдурела? — уже на пороге спокойно обернулась Надежда. — Да нисколечко! А вот кое-кто, наверное, так точно головкой сдвинулся. Ты зря из ванны выскочил. Пока не продезинфицируешься, как следует, ко мне и близко не подходи. И спать можешь у себя. — И, презрительно сморщив нос, удалилась.
— Вот влип! — огорченно произнес Аллант, заворачиваясь в полотенце. — Как быстро все всплыло!
И, обращаясь к монументально застывшему телохранителю, назидательно произнес:
— Вот так, Бакет. Пятнадцать минут глупостей и теперь попробуй, Надежде что-либо объяснить. Тут и тонны дезинфицирующего не хватит, чтоб отмыться.
* * *Аллант вызывал Найса, но ему ответили, что начальник охраны выехал из дворца вместе с Рэллой Тальконы. Аллант недовольно поморщился, но ничего не сказал.
Баток Найс появился в кабинете Алланта уже во второй половине дня. Его волосы, как обычно зачесанные назад, влажно поблескивали. Выглядел Найс не очень-то хорошо: бледное напряженное лицо, осторожная походка.
— Найс, что с вами? Вам плохо? — осведомился Аллант.
— Простите, Ваша Мудрость, что заставил Вас ждать. Не обращайте внимания, сейчас все пройдет. Сердце прихватило.
— Вызвать врача?
— Нет, не нужно. Видимо, я просто старею. Уже не по плечу приключения.
— Что еще вытворила моя супруга? — по-своему, но правильно понял Аллант начальника охраны.
— Ваша Мудрость, Вы бы запретили Рэлле Надежде эти вылазки на океан… Сегодня я сам решил проверить, каким же образом Рэлла Надежда изволит развлекаться, и потребовал взять меня с собой. О, Небо! Это же немыслимо!
— Что, она опять ныряла? — улыбнулся Аллант.
— Простите меня, дерзкого, Ваша Мудрость, но это безумие! На такие глубины без акваланга, без надежного оружия, только с ножом! Вы должны запретить! Пятнадцать минут без воздуха! Несколько вдохов через загубник одного из телохранителей и дальше. В общей сложности мы пробыли на глубине больше часа. И в результате столкнулись со змеей! Я предупреждал! Трехметровая бестия, она выплыла как раз на Бернета и сразу же стала сворачиваться в пружину, чтобы напасть. Даже маленькая царапина от ее зуба смертельно ядовита, Вы же знаете! Рэлла Надежда подплыла, загораживая собой телохранителя. Это он должен был загородить ее! Рэлла Надежда протянула навстречу змее, к самой морде, раскрытую ладонь пальцами вниз, как бы давая обнюхать. И зависла, чуть шевеля ластами. Змея, черным раздвоенным языком ощупала ей руку. У меня создалось впечатление, что Рэлла Надежда разговаривает с этой тварью.
— Скорее всего, так оно и было. Она умеет общаться с рептилиями.
— И змея ушла! Развернулась и стремительно скользнула в расщелину скалы. Рэлла Надежда дождалась, пока она скроется, и потребовала воздуха сначала у одного телохранителя, потом у другого, а потом и вовсе приказала всем подниматься. Всплыла, нарушая все правила декомпрессии, и еще долго не могла отдышаться даже наверху. Мы…
Найс оборвал рассказ, прислушался к самому себе и вдруг, резко бледнея, стал сползать по стене, возле которой стоял.
Аллант, резче, чем нужно было, придавил кнопку связи на браслете.
— Надежда! — Он понимал, что это самый быстрый и надежный способ оказать помощь начальнику охраны. — Быстрее ко мне! С аптечкой! Найсу плохо.
И пока она, прижимая пальцы к влажным вискам Найса, приводила того в чувство, ворчал над ее плечом:
— Видишь, до чего ты довела человека своими выходками! Я больше не пущу тебя на океан.
— Ага. И запрешь в комнате до самой старости.