Предатель. Больше не твоя (СИ)

— С тобой бесполезно говорить!
— А с Акбаром полезно! — язвит, идиот.
Домой входим все на нервах. Свёкор так вообще зол, это видно по его лицу. Все садятся в гостиной, а мужики ещё и головы опускают, зная, что их ждёт выговор.
— Кто-нибудь объяснит мне, что это было? — сурово спрашивает свёкор.
— Лично я полез, когда увидел, как бьют Эмиля, — пожимает плечами Расул.
  
— То же самое, — кивает Асад.
— Я не мог стоять в стороне, когда мой брат дерётся с наглецом, — заявляет Сабир.
— Эмиль? — щурится свёкор.
— Нечего лезть к моей жене и предлагать узнавать друг друга поближе! — выплёвывает он со злостью.
— Диана, дочка, что случилось? — устало покачав головой, обращается ко мне дядя Мурат.
— Я и не поняла, дядя. Парень подошёл, представился и начал говорить странные слова. Я вообще не успела понять, о чём он говорил, как Эмиль схватил его за воротник.
— Не поняла? — рычит Эмиль, кривясь от боли. Ну понятно, всё лицо разукрашено, как и у остальных. — А то, что он хотел узнать тебя поближе? Что это значит?
— Если бы ты своей глупой головой подумал и нормально спросил, может, и узнали бы, что он имел в виду! Но ты как животное напал на него!
— Может, мне ещё нужно было стул ему принести, усадить и спросить, что он хочет от моей жены?
— Ты точно ненормальный! С тобой абсолютно бесполезно что-то обсуждать.
— А с ним полезно, — опять язвит.
— Если ты сейчас же не успокоишься, честное слово, завершу то, что начал этот парень!
— О, уже прониклась к нему. Узнавать начали друг друга.
— Я тебя сейчас… — схватив подушку, бросаю в него.
— Ладно, успокойтесь, — мягко просит свёкор. — Вы устроили драку на свадьбе невесты. Даже не знаю, как смотреть в глаза завтра брату. А завтра ещё свадьба нашего парня, кто знает, что там натворить успеете. Но если сделаете что-то, вчетвером со своими жёнами будете ночевать на улице!
— Что? — восклицают Айка с Сабиной.
— То! Дети дома, а вы со своими драчунами на улице. Потому присматривайте за ними. И вообще, обработайте их раны, пока я не добил их! Руки чешутся, чтобы заняться их воспитанием! Идём, Медина, и детей заберём. Алина, дай мне моего маленького внука.
— Но дядя…
— Давай сюда. Лучше обработай этому идиоту, — кивает на Сабира, — раны. Завтра, уверен, ещё получит вместе с Эмилем.
Провожаем взглядом старших и детей, а потом начинается новое шоу. Сабина, взяв подушку, бросает в Расула. Один за другим летают в него. Остальные молча встают и отходят ближе к нам. Смотрю на них и понимаю, что все обескуражены её поведением.
— Ты, чёрт, который не держит своё слово! — шипит Сабина, избивая Расула подушкой.
— Сабина, успокойся. Ты ведёшь себя неадекватно, — посмеиваясь, говорит Расул, отбиваясь от её ударов.
— Неадекватно? Ты ещё не видел неадекватно, дорогой муж! Я тебя сейчас палкой ещё лупить буду!
— Ты не соблюдаешь нашу договорённость. Ты обещала не ронять мой авторитет перед братьями.
— Я твой авторитет засуну в одно место твоим братьям! Ты обещал, что свадьба пройдёт отлично и я могу расслабиться и веселиться. А что в итоге? Что?
— Сабина, это всё недоразумение…
— Сегодня драка! Завтра мне поручили следить за твоей пятой точкой! И если не услежу, то буду спать на улице. А если буду следить, всё веселье пройдёт мимо меня! Ты… Я тебя прибью!
— Я буду сидеть на одном месте и не сдвинусь даже.
— А танцевать со мной кто будет? Ты же, кроме своих братцев, никого ко мне не подпускаешь. Сразу размахиваешь своими кулаками. Я отлично помню, как ты на свадьбе Асада и Айки точно так же врезал парню, который просто помог мне поднять сумку. Вы все дикари!
— Мы просто оберегаем своё, — пыхтит Расул, закрываясь руками.
— Своё у вас в штанах! А мы личности свободные и не рабы! Сам обрабатывай свои раны! Я даже пальцем не прикоснусь! — и, бросив в него подушку, сдувает прядь с лица. — Чтоб тебе пусто было!
И уходит из гостиной. Расул, вскочив, отбрасывает подушку и несётся за женой, окликая её.
Мы оглядываем разбросанные подушки. Переглядываемся и начинаем сначала тихо, а потом в голос смеяться.
— Все это видели, да? — спрашивает Асад.
— Ты про то, как брата Расула избила жена? — усмехается Сабир.
— Согласен, это что-то, — смеётся Эмиль.
— Вас так же надо отходить, — заявляет Айка, схватив мужа за ухо.
— Это всё Эмиль! — восклицает тот. — Он виноват во всём.
— Я не просил присоединяться к моему бою, — с ухмылкой заявляет Эмиль, глядя на меня. — Чего сидишь? Давай, обрабатывай мужу раны.
— У мужа руки есть, раз может кулаками махать, значит, сможет и раны свои обработать, — с ядовитой улыбкой заявляю ему.
— Ты совсем меня не любишь.
— Как хорошо, что ты понял это. Я спать, а ты… Обработай свои ранки. Всем спокойной ночи.
— Подожди, мы тоже спать, — усмехается Айка.
— Точно. Руки есть, справятся. Или друг другу помогут, как и при драке, — язвит Алина.
— В вас ни капли сострадания, — вздыхает Асад.
— Уронили во время вашей драки, — язвит Айка и, подхватив нас под руки, уводит прочь. — Придурки!
— Ещё какие! — пыхтит Алина с другой стороны. — Ладно один Эмиль полез драться, а эти-то что? Вместо того чтобы разнять их, присоединились.
— Зря папа не достал ремень и не отходил их как следует.
Ворчуньи…
Оставшись в комнате, я не могу сдержать улыбку. Несмотря на все конфликты и драки, в этой семье есть что-то тёплое и настоящее.
  
Глава 47
 
Эмиль
— Брат, — вздыхает Асад. — Из-за тебя жена обиделась на меня.
— Я не просил присоединяться.
— Да я сам хотел… Руки уже давно чесались, а не кому врезать. Ладно, давайте разойдёмся по комнатам. Может, там нам помогут.
— Нам домой ехать надо, — устало шепчет Сабир.
— Не надо. Отец забрал мелкого, значит, вы остаётесь сегодня здесь. Пошли, — киваю ему, и втроём поднимаемся наверх. Бывшая комната Сабира всё ещё закреплена за ним. Хоть он и купил квартиру и живёт там с женой, комната всё равно ему принадлежит.
К себе вхожу тихо. Диана в ванной, как и аптечка. Сажусь на диван и жду её. Надо извиниться за своё поведение. Я опять не сдержался. Но, чёрт побери, как я ещё должен был отреагировать на его слова? Он же предлагал такое моей жене! Пусть спасибо скажет, что не закопал заживо. Я готов вернуться и ещё раз врезать ему.
— Дикарь, — усмехается Ди, глядя на меня. Волосы влажные струятся, обрамляя её прекрасное личико.
— Твой ведь дикарь, — подмигиваю ей и подхожу к ней. — Ди, обработаешь?
— Нет! Махал руками, значит, ими же и обрабатывай. А я спать. Приятных снов, — улыбается мило и, толкнув в плечо, ложится на кровать. — И нечего вздыхать, всё равно не жалко. Я бы ещё добила.
— Жестокая.
— Переживёшь.
Приняв холодный душ, ложусь спать. Раны заживут и без всяких обработок. Вот если бы Ди взялась за это, то ладно. А так — к чёрту. Отец прав, завтра, возможно, ещё получим. Этот Акбар явно будет там. Чтоб его! Откуда взялся вообще? У меня и так на волоске держится брак, а тут он.
На завтрак спускаюсь, кривясь от боли в мышцах и на лице. В зеркало даже смотреть не хочется. Подтёки раздражают. Вижу, и братья не в лучшем состоянии. Как с бодуна, вчетвером садимся с отцом за стол. Невестки и мама начинают накрывать на стол, а вот Ди не видно нигде. Её и в комнате не было…
— Где Ди? — спрашиваю у Алины. Неужели уехала? Не сказав ни слова?
— Во дворе. Гуляет, — усмехается она, поняв мою панику.
Только встаю, чтобы присоединиться к ней, как она возвращается в дом. Усмехается, увидев моё лицо. Качает головой и садится за стол. Насмешка в её глазах заставляет устыдиться. Рядом папа хмыкает.
  
— Идиоты! — вдруг резко обрывает нас мама, её голос полон праведного гнева.
— Мам, не начинай, — морщится Асад, пытаясь сгладить ситуацию.
— Я ещё не начинала! Вчера промолчала, иначе одними словами не обошлось бы всё. Где ваши мозги? Как можно было так себя вести? Ладно Эмиль, он за жену заступился, а вы? Зачем вы полезли в это вместо того чтобы прекратить?