Предатель. Больше не твоя (СИ)

Лена сидит на своём месте и, улыбнувшись, кивает на кабинет. Сглотнув ком в горле, дрожащей рукой стучу два раза.
— Войдите, — слышу с той стороны массивной дубовой двери.
Взявшись за ручку, открываю дверь и делаю шаг вперёд, словно в бездну. Его кабинет, он сам — самая глубокая пропасть в моей жизни.
Эмиль сидит в кресле, держа в руках какие-то бумаги. Чёрная рубашка с закатанными рукавами подчёркивает его фигуру. Чёрные как смоль волосы и такие же глаза смотрят на меня не отрываясь.
  
Оставив дверь слегка приоткрытой, делаю несколько шагов вперёд. Сцепив руки в замок, замираю в двух шагах от его стола. Устремляю взгляд куда-то за его спину, лишь бы не встречаться с ним глазами.
Несколько минут он молчит, ничего не спрашивает. Просто смотрит. Это нервирует, но я изо всех сил сохраняю на лице маску холодного спокойствия.
Внезапно он медленно поднимается и обходит стол. С огромным трудом заставляю себя стоять на месте и не дёргаться. Внутри всё кричит: «Беги! Убегай как можно дальше! Не оглядывайся! Если останешься, он снова тебя погубит».
Он проходит за мою спину. Слышу, как щёлкает замок — дверь закрывается. Прикрываю глаза от досады. Так надеялась, что он не станет этого делать. Слышу его лёгкие шаги совсем близко за спиной.
— Моя Ди… — шепчет он мне в затылок. Ощущаю обжигающий жар его тела так близко за спиной. Хочется развернуться, оттолкнуть его и убежать без оглядки, но я заставляю себя стоять неподвижно.
— Как же я скучал по тебе… — продолжает он.
«Скучал? Не верю и никогда не поверю в эту ложь», — проносится в голове. Пусть рассказывает эти сказки Свете — она с радостью проглотит каждое слово.
— Так долго ждал этого дня, — не унимается он. — Думал, умру раньше, чем увижу тебя снова.
Его руки касаются моих плеч, и всё тело пронзает электрический разряд.
— Не прикасайтесь ко мне! — резко уворачиваюсь от его прикосновений и отступаю в сторону.
— Ди…
— Диана Александровна! — произношу твёрдо, встречаясь с его некогда родными глазами.
— Я знаю, ты обижена на меня, — грустно усмехается он, засовывая руки в карманы брюк. — Но нам нужно поговорить.
— Нам с вами не о чем говорить, кроме работы. Есть вопросы по работе? Задавайте. Нет — я ухожу.
— Пообедаем вместе? — смотрит на меня из-под полуопущенных век.
— Благодарю, не голодна.
— Диана, рано или поздно нам придётся поговорить.
— Я ваш сотрудник и говорить могу только о работе. Никаких других отношений у меня с вами быть не может и не будет. Вы для меня просто новый начальник — и этим всё сказано.
— Просто новый начальник? — щурится он, делая шаг вперёд.
В его глазах читается вызов. Он явно не готов принять мой отказ. Но я должна быть твёрдой. Слишком много боли в прошлом. Я не позволю ему снова разрушить мою жизнь.
Мои пальцы дрожат, но я упрямо вывожу каждую букву заявления, чувствуя, как внутри всё кипит от ярости и обиды. Слышу его шаги позади — тяжёлые, уверенные. Он приближается, и я замираю, но не оборачиваюсь. Пусть только попробует остановить меня!
— Не приму, — его шёпот обжигает затылок, заставляя волоски на шее встать дыбом.
Он подходит, словно хищник, загоняющий добычу в ловушку. Его руки опираются о столешницу по обе стороны от меня, отрезая все пути к отступлению. Я чувствую его присутствие каждой клеточкой своего тела.
— Я не позволю тебе уйти из компании, — произносит он вкрадчиво, почти нежно. — Более того, ты вернёшься на свою прежнюю должность, как только Лена уйдёт.
Воздух словно застывает в лёгких. Этого не может быть. Он не может так со мной поступать. Не после всего, что было.
— Что? — едва слышно выдыхаю я, чувствуя, как кровь отступает от лица.
— Ты станешь моей ассистенткой снова, — его дыхание обжигает мою шею, вызывая противную дрожь. — Будешь рядом со мной постоянно. Я больше не позволю тебе исчезнуть из моей жизни.
Резко разворачиваюсь, отталкивая его с такой силой, на какую только способна:
— Никогда! Не смейте даже думать об этом, Эмиль Муратович! Никогда!
— Ди…
— Для вас — Диана Александровна! — чеканю я, глядя ему прямо в глаза. — И запомните раз и навсегда: я уже однажды прошла через это, и с меня достаточно. Я не ваша собственность и никогда ею не была! Держитесь от меня подальше!
Он усмехается, медленно расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. В его глазах читается вызов, смешанный с чем-то тёмным, почти первобытным.
— Вот как?
— Именно так! — вскидываю подбородок, стараясь не выдать своего страха. — Вы для меня никто. Совершенно никто!
Не давая ему возможности ответить, разворачиваюсь и почти бегу к двери. С силой толкаю её и выскакиваю в коридор, слыша, как за спиной раздаётся его тихий смех.
Лестница кажется бесконечной. Каждый шаг отдаётся в висках глухим стуком, словно барабанная дробь. На крыше наконец-то могу вдохнуть полной грудью. Здесь пусто — никто не нарушает моё одиночество, не видит моих слёз.
Присаживаюсь на корточки, обхватив голову руками. Сердце колотится как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть из груди. Он не отступит. Я знаю его слишком хорошо. Но и я не сдамся. Больше никогда.
«Ты всегда была моей…» — эхом раздаются его слова в голове.
Нет. Теперь я сама хозяйка своей судьбы. И никто — даже он — не заставит меня изменить это решение. Никто и никогда.
  
Глава 6
 
Глубоко вдыхаю холодный воздух, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Медленно считаю до десяти, стараясь вернуть себе самообладание. Паника отступает, слёзы, готовые пролиться, застывают в глазах ледяными кристаллами.
«Не позволю себе больше плакать из-за него», — повторяю про себя как мантру.
Его слова всё ещё звучат в голове: «Ты всегда была моей и останешься ею!» Как он смеет? Как смеет после всего, что сделал?
Два года назад я отдала ему всё. Свою любовь, доверие, душу. Шла за ним, не видя преград, не замечая ничего вокруг. Он был моим миром, моим воздухом, моим всем. А что получил в ответ? Предательство, унижение, растоптанное достоинство.
Наша свадьба… То, как он выгнал меня, как растоптал мою репутацию перед всеми. Как его семья смотрела на меня с презрением. Как они уничтожили меня, превратили мою жизнь в ад.
«Пусть катится к своей идеальной семье и женится на той, кого выбрала его мать», — думаю я с горечью. Мне больше не нужно его внимание, его любовь, его прикосновения.
Пятнадцать минут — ровно столько времени я даю себе на восстановление. Затем спускаюсь вниз, в наш отдел.
Света, Катя и Алексей тут же переводят на меня взгляды. В их глазах читается немой вопрос, но я не готова делиться своей болью.
— Долго ругал тебя, смотрю, — прищурив глаза, начинает Света, явно наслаждаясь моментом.
— Свет, я пробыла в кабинете от силы пять минут и ушла. Остальное время я находилась на крыше. К твоему Эмильчику я руки не тяну и не собираюсь тянуть. Благославляю вас на совместное и счастливое будущее, — отвечаю я, стараясь сохранять спокойствие.
— Не верю я тебе, — с сомнением говорит она, откинувшись на спинку стула. — Слишком уж ты странно ведёшь себя со вчерашнего дня. Делаешь всё, чтобы привлечь его внимание.
— Да господи! — не выдерживаю я, хватаясь за голову. — Да не нужен мне твой Эмиль! Не нужен! Ни под каким соусом. Ни с какой стороны. Абсолютно не нужен! Я буду благодарна всем, кто будет держать начальство от меня подальше. Руки буду целовать того человека, который сможет сделать так, чтобы Эмиль забыл о моём существовании.
— Диана, ты чего? — удивлённо спрашивает Катя.
— Ничего, Кать. Просто хочу, чтобы оставили меня в покое! — отвечаю я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
  
— Вот уйду скоро к Эмилю поближе и сделаю всё, чтобы тебя оставили в покое, — вскидывает подбородок Света. — Мы с тобой в одном кабинете всё равно не уживаемся.
— Да, Свет, не уживаемся. И обрадую тебя заодно. Скоро Лена уходит, и ты можешь пойти сесть на её место. Будешь помощницей босса и…