Предатель. Больше не твоя (СИ)

— Позвольте отпросить ваших девочек на следующие выходные? — неожиданно предложил Сабир.
Бабушка растерянно взяла меня за руку:
— Но зачем?
Эмиль мягко объяснил про корпоративный отдых, про дом брата в Сочи, про безопасность. Его искренность и забота постепенно растопили бабушкино беспокойство.
— Можете и вы с нами поехать, — неожиданно предложил Эмиль, чем удивил не только бабушку, но и меня.
  
— Я? Ну что вы, сынок, — махнула рукой бабушка. — Лучше вы там отдыхайте, а Ди пусть за меня погуляет.
Я всё ещё стою на крыльце, машинально кусая мизинец — старая привычка, выдающая моё волнение. В темноте мерцают огни фар машины, и я не могу оторвать взгляд от силуэта.
Эмиль.
Он медлит у открытой двери, словно что-то удерживает его здесь, с нами. Его взгляд встречается с моим — пронзительный, изучающий. В этом коротком мгновении — целая вечность. Усмешка трогает его губы, но я не могу понять её смысл.
Машина плавно трогается с места, унося с собой и мои мысли, и моё сердце. Фары растворяются в вечерней темноте, а я всё ещё стою, пытаясь осознать произошедшее.
— Ладно, и я поскакала домой, — Алина целует нас в щёчки и уходит к себе.
Захожу в дом, всё ещё находясь под впечатлением от предстоящей поездки.
— Ба, правда мне можно поехать? — уточняю с надеждой в голосе.
— Можно, можно, — посмеивается она над моим восторгом.
— Ты лучшая бабушка на свете! — восклицаю и повисаю у неё на шее. — Я так тебя люблю!
— Да? Я думала, твоя любовь разделилась на двоих, — хитро прищуривается она.
— О чём ты? — смотрю на неё с недоумением.
— О твоём начальнике. А ну колись, встречаетесь? — бабушка подмигивает.
— Ба! С ума не сходи! Нет у нас никаких отношений. Он мой босс, а я его ассистентка, — возмущаюсь я.
— Поэтому он с тебя глаз не сводил? — усмехается она, присаживаясь на диван. — Ты меня за слепую-то не считай.
— Ба…
— Милая моя девочка, ты у меня существо наивное. Возможно, я виновата в этом. Неужели ты не видишь, как он на тебя смотрит?
— Как на ассистентку? — пожимаю плечами.
— Эх, моя Ди… Надеюсь, он не принесёт в твою жизнь боль, — вздыхает бабушка.
— Ба, он кавказец, — шепчу, положив голову ей на плечо. — А они, как всем известно, женятся только на своих. Не давай мне повода думать о нём. Боюсь, я потом не смогу без него.
— Значит, видишь и чувствуешь, — гладит меня по голове. — Как бы мы ни избегали судьбы, она нас настигнет в итоге. Пусть идёт как идёт, девочка моя. Я всегда с тобой, помни об этом. Чтобы ни случилось, я с тобой и на твоей стороне.
— Знаю, ба. Знаю.
Я знаю, что судьбу не избежать, но так не хочется потом страдать от боли и разочарования. А то, что так будет, я понимаю. Его мама уже выбрала ему жену — это серьёзный аргумент, чтобы держаться от него подальше. По-хорошему, нужно уволиться и исчезнуть из его жизни, но куда? Бабушка наконец-то начала жить, не думая о том, как и чем нас кормить. Спокойно ведёт хозяйство, гордится тем, что её внучка зарабатывает и обеспечивает дом. Как я могу подвести её?
Ладно, пусть идёт как идёт. А я постараюсь держаться от него подальше. Хотя бы попытаюсь…
  
Глава 28
 
Утро следующего дня выдалось напряжённым — нас ждал важный приём. Я направляюсь к месту проведения мероприятия, тщательно подготовившись.
Всю ночь я прокручивала в голове слова Эмиля о одежде, и, несмотря на попытки игнорировать его замечание, моя рука сама потянулась к платью с закрытым передом. Платье оказалось длинным, почти до щиколоток, с рукавами до запястий и высоким воротом. Единственной вольностью осталась открытая спина — про неё Эмиль ничего не говорил.
— Ничего себе! — присвистнула Алина, увидев меня. — Выглядишь потрясающе!
Сама она выбрала элегантный образ — красные брюки и белую блузку без рукавов.
Прогуливаясь по залу и проверяя работу команды, я остановилась у композиции с белыми лилиями. Их аромат наполнял воздух, создавая особую атмосферу.
— Алин, не правда ли, они прекрасны? — обратилась я к подруге, которая следовала за мной.
— Очень красиво, — раздался неожиданно хриплый мужской голос передо мной.
Я резко вскинула голову и встретилась взглядом с Эмилем. Он стоял так близко, что я почувствовала его дыхание.
— Добрый день, Эмиль Муратович. Я просто искала вас и… залюбовалась цветами.
— Всё в порядке, — кивнул он, не отрывая от меня взгляда.
— У меня есть какие-то особые задачи? Какую зону мне контролировать?
— Сабир с Алиной займутся одной половиной зала, а мы возьмём на себя остальную часть. Пойдём, я расскажу детали.
Я последовала за ним, внимательно слушая и делая заметки. Организация подобных мероприятий — дело ответственное. Если бы мы занимались только кейтерингом, было бы проще, но Эмиль Муратович привык контролировать каждый аспект.
Приём проходил гладко. Я заняла позицию в углу зала, откуда могла наблюдать за всем происходящим, оставаясь в тени. Эмиль же, напротив, чувствовал себя среди гостей как рыба в воде.
— Чего ты прячешься? — неожиданно появилась за спиной Алина.
— Это мой наблюдательный пункт. Здесь я вижу всё, оставаясь незаметной.
— Трусишка! Всё ещё боишься быть в центре внимания. Ой, Эмиль Муратович, я всего на секунду отошла!
Я обернулась и увидела начальника, стоящего прямо за мной. Его взгляд был таким пронзительным, что я невольно отступила на шаг назад.
Что-то в его поведении настораживало. Неужели я сделала что-то не так?
— Я думал, что это закрытое платье избавит меня от искушения, — его голос звучал хрипло, низко. — А оказывается, спина даёт такой простор для воображения…
Он сделал шаг ближе, и я почувствовала, как воздух между нами наэлектризовался.
— Ты специально это делаешь? — его дыхание обжигало кожу. — Хочешь проверить, насколько я крепок?
— Я… не понимаю, — мой голос предательски дрогнул.
— Я просил не делать так, — его большой палец скользнул по моим губам. — А ты вчера снова начала кусать свой мизинец. Перед моим братом, перед всеми… С трудом заставил себя уехать. А теперь это платье… Ты явно добиваешься чего-то.
Не дав мне возможности ответить, он накрыл мои губы своими. Поцелуй был жадным, требовательным. Его руки скользнули по моей спине, вызывая тысячи искр под кожей. Я не смогла сдержать стон, и это словно дало ему зелёный свет.
Он прижал меня к себе, углубляя поцелуй. Мои пальцы вцепились в его плечи, ища опору. Это было совсем не похоже на тот поцелуй в лифте — ярче, острее, пронзительнее.
— Жаль, что не могу полностью овладеть тобой, — прошептал он, отрываясь от моих губ. — Очень жаль.
И исчез, оставив меня одну.
Я сползла по стене, пытаясь собрать воедино разлетевшиеся мысли. Ноги дрожали, сердце колотилось как сумасшедшее. Этот поцелуй выбил почву из-под ног. Его уверенность, его напор — всё это ошеломило меня.
Что теперь будет? Как я смогу смотреть ему в глаза после этого? Как работать рядом с ним, зная, что он чувствует то же, что и я?
Но в глубине души я понимала — я не жалею ни о чём. Даже если это приведёт к разбитому сердцу, я не могу отрицать то, что между нами происходит.
Остаток вечера проходит как в тумане. Я постоянно избегаю Эмиля, не зная, как теперь смотреть ему в глаза. Что сказать? Как себя вести? Каждый раз, когда наши взгляды встречаются, внутри всё замирает.
— Ну что, домой? — подходят Сабир с Алиной, когда гости начинают расходиться. Эмиль в это время беседует с заказчиком.
— Я не могу уйти, Эмиль Муратович ещё не отпускал меня, — отвечаю, украдкой поглядывая в его сторону.
  
— Тогда подождём, — кивает Сабир. — Потом я вас отвезу домой.
Через десять минут Сабир подходит к брату и сообщает о нашем отъезде. Когда наши взгляды встречаются, я невольно отступаю назад, чувствуя, как горят щёки. На его губах играет едва заметная усмешка. Он что-то отвечает брату, но я не слышу слов.