Прими как есть (СИ)
— Нет, Крис. Ты пойдёшь.
— Тань, — вздохнув, Крис выдавила из себя улыбку. Натужную такую. Тяжёлую. Словно тугую пружину пытались растянуть слабые детские ручки. — Правда. На сегодня хватит. Я и так совершила подвиг… если можно так выразиться. Я пойду. — С нажимом.
А сама дышала через раз. Сердце под рёбрами работало с перебоями. Было страшно.
И было больно.
— Всё, — подытожила, поднимаясь со скамейки и одёргивая на себе курточку. Чувствовала, что он никуда не ушёл. Словно ждёт её. — Иди, — она кивнула в сторону учебного корпуса. Как раз раздался звонок. — Дома увидимся.
И, слегка подтолкнув подругу, она дождалась, когда та скроется за массивной дверью. Пройдёт мимо окон и позволит ей, наконец, снова обернуться. Чтобы снова, уже смелее, встретить его взгляд.
И она была права.
Холодный, словно прикованный, оставался на том же самом месте. Спрятав руки в карманах пальто, смотрел на неё безотрывно. Нагло. Самодовольно.
И ждал.
Её?
Глава 26
Стас смотрел на то, как она стремительно приближается к нему, и его пальцы, расслабленные теплом карманов, медленно и сжимались в кулаки. Он не упустил из виду ни воинственный настрой Кристины, ни решительной походки, ни сжатых почти до бела когда-то полных и притягательных губ.
Но… чем ближе она походила, тем заметнее были её колебания. Словно с каждым шагом она теряла крупицу храбрости.
Она остановилась. Подошла слишком близко. И поняла это. Он видел секундную растерянность в её взгляде. Но собралась. Оставшись в полуметре от него, взвинчено тряхнула головой, прогоняя рыжие пряди с лица. Губы сжаты.
Как же она была зла! Не передать словами! Хотелось не раскрывать рот, а просто врезать ему. Проехаться по самодовольной роже, вытряхивая всё дерьмо, которым он пытается накормить и её.
Какой же ты жалкий, Холодный…
— Ты так решительно шагала сюда, чтобы помолчать?.. — его глаза улыбались.
Он заранее подготовился к тому, что придётся слушать о том, какой же он мудак. Он мысленно прокручивал всё то, что она могла ему сказать при встрече. Стас был уверен, что Кристина не из тех, кто будет молчать. Возможно даже группу поддержки соберёт. Но нет… одна заявилась. Но зато какая! Он мог бы даже восхититься её бесстрашием, искрящимся в глазах цвета бледной зелени.
А она смотрела на него снизу вверх и… поняла, что все заготовленные слова куда-то делись.
Что это? Она совсем с ума сошла? Так и будет молчать?
Скажи же что-нибудь, идиотка!
— Ты, — процедила сквозь плотно стиснутые зубы, чувствуя как её разрывает изнутри. Как огромный ком ненависти и ярости просится наружу, но не может найти выхода.
— Я, — ещё шире улыбнулся Стас, обнажая перед ней идеальную почти голливудскую улыбку, — что дальше?
— Ты больной ублюдок! — выплюнула, испепеляя ненавистью, с которой уже ни она, ни он ничего не могли сделать. Просто принять.
— Принято, — уголки его губ быстро опустились, образуя идеальную дугу. — Ещё что-то?
— Чего ты добился этим? М?! Тебе полегчало?
Полегчало?
Отнюдь.
Холодный несколько секунд молчал, изучая её лицо и всматриваясь в мелкие веснушки на вздёрнутом носике. Они ей шли. Почему она их замазывает?
— Ты решила прогулять пару ради этого? Чтобы сообщить мне то, о чём я и так знал?
Она поражалась его спокойствию. Просто… как будто не произошло ничего такого.
— Я могу заявить на тебя! Ты не догоняешь? — чуть тише. Но с нажимом. Так, чтобы он понял, что ей не до шуток.
Да, какие там шутки?! Он выставил на всеобщее обозрение фотографии, где она обнажена! А если знать всю историю, то это уже уголовное дело! Он что, не понимает этого?!
А он улыбается.
— Заяви, — безразлично пожал плечами. Это угроза даже слегка насмешила его. Но он решил не показывать ей этого. — Что тебе мешает?
— Что мешает? — слегка оторопела. Он это серьёзно? — Стас. — произнесла его имя после глубокого вздоха. Будто сдалась. Он мгновенно это заметил. — Думаешь, я не сделаю этого?
— У меня встречный вопрос, — Стас протянул руку и поправил шарфик на её тонкой шее. Думал, что она оттолкнёт или отступит. Но нет. Прищурив глаза, пышущие злобой, она оставалась на месте. И даже не вздрогнула. — Думаешь, чего-то этим добьёшься?
— Ну ты же чего хотел добиться, распространив фото?!
— Там даже непонятно, что это ты…
— Серьёзно?! — кажется, вот-вот свершится то, что она задумала изначально.
Пальцы Кристины зудели, а терпение было на исходе.
— Ну, поговорят неделю, и забудут. — ухмыльнулся.
— Ты совсем ненормальный?! — сделав шаг вперёд, Кристина выставила перед собой руки, и что есть сил толкнула его в грудь. Он покачнулся. Но не сдвинулся. Снова. А потом ещё раз. И ещё! — Чтоб ты провалился! Я ненавижу тебя! Слышишь?! Ненавижу! Всеми фибрами души! Ты больной! — Она снова замахнулась, но на этот раз Стас перехватил её руки.
Окольцевав тонкие запястья длинными пальцами, рванул девушку на себя. Резко. И, судя по её шипению, больно. Кристина замолчала. И, брезгливо скривив лицо, уставилась в почерневшие глаза. Тяжёлое дыхание опаляло его кожу. Он мог поклясться, что в этот самый момент у него караван мурашек огибал один за другим позвонки. Мучительно медленно.
Ему даже стало больно. Совсем немного. Где-то в области солнечного сплетения почувствовал колющую боль. От её взгляда и крошечной слезинки в уголке глаза.
— Всё сказала? — раздувая ноздри, спросил её.
— Кристина! Эй!
Она встрепенулась, услышав за спиной знакомый голос. А он… просто посмотрел туда, откуда её позвали. Небрежно так. На секунду она почувствовала, как его пальцы ещё крепче сжали её запястья. А потом так же быстро отпустили их.
Кристина повернулась, перехватывая обеспокоенный и въедливый взгляд поспевающего Артёма.
Откуда он здесь?! Почему не на паре?
— Что здесь? — подойдя к ним, парень скинул с головы капюшон и враждебно посмотрел на Стаса. А тот даже не моргнул. Даже ухом не повёл.
— Ничего, Тём, — замотав головой, она сделала шаг к своему спасителю. Или же незваному зрителю. — Ничего. Всё нормально.
— Что-то незаметно, — надув грудь, Артём сделал ещё один шаг, тем самым задвигая Кристину за свою спину, — какие-то проблемы?
Он знал, кто перед ним стоит. Холодного, пожалуй, знают многие в университете. И Артём не был исключением.
— У тебя? — Стас окинул того самого валенка пренебрежительным взглядом.
Так, вот оно что… этот придурок здесь учится? Её одногруппник?
— У тебя! — явно нарываясь на проблему, парень шагнул ему навстречу. Но остановился, почувствовав, как Кристина цепляется за рукав его куртки в попытке остановить.
— Тём, успокойся! — прикрикнув, она покосилась на Холодного. Ноль эмоций на каменном лице. — Не ввязывайся! Слышишь меня?
Холодный усмехнулся, когда этот осёл послушно отступил. Провёл пальцами по тёмным, жёстким и слегка влажным волосам и, тряхнув головой, не упустил момента дать небольшой совет заступнику:
— Шёл бы ты отсюда, — ни грамма страха. Даже адреналина. Близость рыжей вызывала в нём гораздо больший всплеск эмоций, чем этот быковатый недотёпа. Он заранее знал исход. Этот парнишка только гавкать будет. Тёма… Этот Тёма всё прекрасно понимал. Он чуял, что в этом "соревновании" проигрывает. Он слабее.
— Слышь, ты?! — снова надулся, выдвигая вперёд нижнюю челюсть.
При всём своём внешнем спокойствии, Стас знал, что как только этот… Тёма рыпнется в его сторону, драки не избежать.
А может оно и к лучшему? Потому что спарринг партнёры его уже не устраивали. А кулаки чесались. Так сильно, мать его… Только проблем в универе не хотелось. Ни к чему это всё. Если паренёк хочет подраться, то они могут это сделать за пределами альма-матера.
— Артём! — Тина снова потянула своего дружка за рукав, — ты слышишь меня?!