Предатель. Без шанса на счастье (СИ)

Может быть, я нашел бы выход? Другой выход из ситуации… 
Но пока не вижу его. 
Все обострено. Не хочу терять Соню и пока не знаю, на какие жертвы готов пойти ради сохранения семьи. 
Виноваты лишь двое: я и Лена. Макс ни при чем. Не хочу, чтобы ребенок из-за моей неосмотрительности страдал и был обделен вниманием и любовью.
***
Заглядываю в приемный покой, сообщая фамилию и имя Лены, прося о визите. Медсестра смерила меня взглядом. 
— И вы к Назаровой, что ли? Приемный час через пятнадцать минут. Ждите, — буркнув эту незамысловатую фразу, медсестра переводит взгляд на бумаги, записывает что-то, звонит. 
Словом, дает понять, что очень занята. 
Интересно, кто еще к Назаровой? 
Меня зовут слева. 
— Демид. 
Обернувшись, замечаю родителей Лены: отец Лены и ее мачеха, она же мама моей Сони. Именно мама Сони позвала меня. 
— Здравствуйте, — киваю маме, жму руку отцу Лены. 
— Здравствуй, Дема, ты тоже к Лене с Максиком? — уточняет теща. — Беда какая… Такой маленький и уже болеет. 
— Уверен, все будет хорошо. С Леной разговаривали? 
— Когда? — вздыхает мама Сони, вытирая слезы бумажным платочком. — Парой слов перекинулись, и все. Она с Максом. Бедняжку промыли, уснуть никак не мог, ой… Лишь бы ничего дурного не обнаружили. Инфекцию какую-нибудь. 
— Откуда взяться инфекции? Только через немытые руки или грязные овощи и фрукты. 
— Или магазинные салаты, — вносит свое слово отец Лены. — Может быть, сок испорченный дети пили. Я бы вообще поднял вопрос о том, как это произошло и по какой причине, — смотрит на меня внушительно. — Ничего не имею против падчерицы, но я бы задумался… 
— Что вы имеете в виду, Дмитрий Янович? Говорите прямо! — заявляю резким тоном, приблизившись к нему ближе. 
— Ты нехорошо обошелся с моей дочерью… А теперь мой родной внук оказался отравленным. Сразу после того, как жена о твоих отношениях с другой женщиной узнала! 
Между нами пытается вклиниться мама Сони. 
— Мальчики, вы чего? Дмитрий, ты как-то резко судишь о Соне… Уверена, это простая случайность… Просто магазинные салаты, вы же сами знаете. Я поговорю с Соней, все будет хорошо! — квохчет. — Все будет хорошо! 
  
Глава 11
 
Глава 11 
Он 
Бить отчима Сони? Вот еще… Демонстративно стряхиваю с пиджака невидимые крошки и отхожу назад. 
— Успокойтесь, — бросаю. — С Леной я сам разберусь, без ваших подсказок. 
Кажется, отец Лены собирается сказать мне еще что-то, но в этот момент голос подает тучная медсестра. 
— К Назаровой кто? — вопрошает громко. — К Назаровой. 
— Демид, конечно, — кивает мама Сони. — Отец мальчику нужнее, само собой, а мы подождем, да? Дим. Подождем же? 
Из уст мамы Сони слова о том, что Макс — мой сын воспринимаются как-то иначе, честное слово. Становится неприятно и даже чуточку противно, меня будто силком в эту сторону тащат и подталкивают усердно. 
Черт, что за наваждение? Не думал я, что однажды моя жизнь станет настолько сложной. Однако долго я находиться в больнице не планировал, поэтому вызываюсь первым. 
***
— Привет! — бросается ко мне побледневшая Лена. — Слава богу, ты приехал! 
Она делает такой жест, будто собирается повиснуть у меня на шее. Я делаю шаг в сторону, покачав головой в знак отрицания. 
— Не усложняй. Я здесь только ради Макса. Как он?
— Сложно сказать, лежит бледный, худенький. У меня все сердце будто наизнанку. 
— Что врачи говорят? Лечение назначили?
— Да. Говорят, некачественной едой отравился, — смотрит на меня с укором и распахивает рот. 
— Если сейчас из твоего рта в очередной раз вылетят обвинения в адрес моей жены, больше ни копейки не получишь. Ясно?
Лена отшатывается, поджимает губы. Подбородок дрожит некрасиво, лицо без тона и румян выглядит землистым. 
— Оставишь своего сына жить впроголодь?
— Нет, — говорю медленно. — Макс голодным не останется. Без крыши над головой — тоже. 
— На что ты намекаешь? 
— Сама как думаешь? — усмехаюсь. — Ты на Соню наговариваешь… Уже и родителей в свои бредовые домыслы посвятила. Обвиняешь Соню в том, что она купила салаты. А кто дает салат, б…ь… годовалому ребенку? 
 
— Может быть, и не салат. Сок дети пили. Знаешь, мне сразу пакетик с соком подозрительным показался. Вздутый как будто. 
— Прекрасно. И ты дала выпить ребенку. Ты мать… или кто?! — сержусь. — Все, рот на замок! С обязанностями матери ты не справляешься. Даю тебе время на исправление. Докажи, что достойна звания матери моего сына, иначе я решу эту проблему и избавлю тебя от груза сложного ухода за малышом. 
Лена ахает, выпучив глаза. 
— Ты… Ты этого не сделаешь! Демид! — возмущается. — Нет! Только не это… Умоляю, — складывает ладони в молитвенном жесте. — Скажи, что это не то, о чем я подумала. 
— Я, что, твои мысли читаю? 
— Ты намекаешь, что заберешь у меня… Макса?! — тихо взвизгнув, озвучивает свои предположения. — У тебя нет сердца. Я — мать! Ребенку всегда лучше с матерью. Больше чем за год это единственный случай, когда Макс так сильно заболел, и то… не неясно, от чего он траванулся. 
— Ты полдня куковала. В сети залипала? Или что? Чем думала? — отмахиваюсь. — Сколько дней Максу лежать?
— Минимум, трое суток. Потом по состоянию будут смотреть. 
— К нему можно? 
— Спит, — вздыхает Лена. — И Демид… 
— Что?
— В палате нас пятеро. Душно. Было бы здорово оформить платную палату. Там и уход соответствующий, и Максу будет удобнее. 
— Я поговорю с врачом. Иди к Максу. 
— Уже иду, — кивает покорно. 
— И еще одно. 
— Что? 
— Родителей против Сони настраивать не смей. 
— Кто? Я?! Да я никогда! Клянусь… — и даже перекрестилась. — Просто мама, кажется, обо всем сама догадалась раньше, чем я сказала всем. Пойми, лучше было сказать это сейчас, пока дети маленькие, чтобы потом не травмировать их. 
Эти умные песни я уже слышал. Вот только не убедили они меня. Не убедили! Слова отца были намного весомее. 
— Иди к Максу. 
*** 
Она 
— Где моя сладкая булочка? Ага, вот ты где… 
Демид ловит дочку у дивана, подбрасывает ее вверх, ловит, снова подбрасывает.
Каждый раз, когда он так делает, мое сердце замирает и немного сжимается от страха, но Еве нравится, она хихикает. 
Демид обнимает дочурку, целует ее, она подставляет пухлые щечки, обнимает папу и гладит ладошкой по щетине. 
Любит его безмерно. 
Я люблю смотреть за тем, как Демид милуется с дочкой. Он хороший отец, правда. 
Но сегодня я наблюдаю за идиллией, чувствуя, как в груди набухает гноем заноза ревности: с Максом Демид ведет себя так же? Он балует его? Целует? Наградил ли милым домашним прозвищем? 
А Лена? 
Она где в этот момент находится? Наблюдает за играми со счастливой улыбкой или сгорает от зависти и ненависти, что у нас с Демидом семья, а она — за бортом. 
подходит ли она обнять Демида так же, как я, чтобы словить поцелуй в момент, когда он обнимает дочурку. 
Я всегда так делаю.
Но сегодня стою там же, где и была. Ноги словно к полу приросли. 
Демид оборачивается, ища мой взгляд. 
Недоуменно дергает бровью. 
Извини, мне нечем тебя сегодня порадовать. Я не могу делать вид, будто ничего не произошло. 
— Ужинать будешь?
— Обязательно. Голоден, как волк. А вы?
— Мы уже поужинали, — отвечаю скупо. 
— Соня, — зовет Демид. — Ты так и будешь дуться или мы поговорим, как взрослые?
— Я погрею тебе ужин, — ухожу под благовидным предлогом. 
***
— Составишь мне компанию? — пытается задержать меня муж. 
— У меня там сушилка белья не разобрана и…
Пытаюсь придумать что-то еще, слышится трель телефонного звонка. 
— Звонят. Я отвечу. 
Даже если это какой-то беспощадный спам, я выслушаю с удовольствием!