Немая страсть
Дан тотчас вскочил, собираясь «случайно» встретить девушку в коридоре, но Марк его перехватил. Некоторое время мужчины боролись, пока Марк не уложил более рослого и тяжелого Даниила внезапной подсечкой:
– Остынь, – сказал он другу, протягивая ему руку, чтобы помочь встать, – она уже ушла. Можешь послать ей цветы, если хочешь, но не домой, а в этот «Светоч». Иначе напугаешь.
Дан хмыкнул, но понял, что хотел сказать ему друг. Лие не стоило знать, что они ее нашли. Пусть она считает свой дом крепостью, убежищем, норкой, в которой испуганный мышонок может спрятаться. А два хитрых кота пока приготовят ловушку!
* * *Между тем Лия каждый день вспоминала мужчин, несмотря на то что заказ ее заинтересовал. Она воплотила свою идею в эскизах и даже нашла в сети фотографии игрушек, популярных во времена молодости ее матери, и добавила их в презентацию.
В целом неделя прошла довольно бурно – сначала Эжен огорошил заказом, потом маме позвонили из поликлиники и отправили Лию к врачу как «интересный случай». А тот врач дал контакты психотерапевта, и тот не отказался вести ее по ОМС!
А еще психотерапевт назвала Лию красавицей и пообещала, что она обязательно заговорит, как только ей будет что сказать!
Так что, шагая по брусчатке к метро, Лия размышляла о студии, эскизах, набросках – и совсем чуть-чуть о мужчинах.
Всего за неделю ее мир изменился. Ее стали замечать не только сердобольные люди, но и просто – люди. Даже в «Светоче» ее чаще звали к чайному столу, задавали вопросы – в общем, за-ме-ча-ли! И это было удивительно. Наверное, те психи что-то в ней изменили. Или это сделали их горячие взгляды? Ее, «домашнюю девочку», хотели до расширенных зрачков, бешеного пульса и пота над верхней губой. Значит, она того стоит?
А еще к Лие приходили сны – горячие, неприличные, очень-очень откровенные! Один раз ее даже мама разбудила и сказала:
– Дочь, что случилось? Ты так металась!
Лия только руками развела и нацарапала в блокноте: «Кошмар приснился». Мама сделала ей молока с медом, погладила по голове и ушла к себе. А дочь, краснея от стыда, спряталась под одеялом – даже воспоминания о том сне вызвали прилив крови к щекам!
Глава 10
Миновала еще неделя, и настал день презентации. Эжен отобрал для показа лучшее. Напряженные художники выстроились в ряд, держа в руках папки с эскизами, флешки с презентациями и даже образцы декора.
– Не психуйте, – подбадривал всех предводитель, – если ничего не понравится, продадим эскизы вместо курсачей.
Парни и девушки нервно хихикали, но немного расслабились и ждали заказчика без прежнего напряжения.
Вот распахнулась дверь, и Лия открыла рот – в компании нескольких мужчин и женщин вошел «костюм». Мельком глянул на всех, прошел к столу, встал возле него и сдержанно кивнул:
– Рад, что вы пришли. Мы готовы увидеть ваши проекты. Кто начинает?
Первым выступал Эжен. Сначала парень немного нервничал, но потом увлекся и продемонстрировал экономичный вариант студии в стиле хай-тек. По сути, заменив мебель и убрав кое-какое специфическое оборудование, помещение можно было снова использовать как кабинет.
– Интересно, – обронил «костюм». – А можете усовершенствовать свой проект до выездной студии? Нашим парням приходится порой снимать в отдаленных уголках, в которых кроме розетки и нет ничего.
Эжен кивнул и пообещал разработать компактный вариант за неделю.
Потом была черно-белая студия Марины, помпезно-золотая – Стаса. Кирпично-цементный вариант Аллы и экологическая версия Платона.
Лия выступала последней.
Эжен предупредил зрителей, что художница временно не может говорить, поэтому на экране проектора будет появляться текст. Если кто-то желает именно слышать – он может читать вслух или включить озвучку ботом. Все посмотрели на «костюм», он сухо ответил:
– Читать здесь умеют все! Смотрим!
Лия дрожащими пальцами нажала кнопку проектора, и в тишине на экране замелькали кадры с пояснениями.
Команда поддержки «костюма» все варианты изучала с интересом. А тут все сначала смотрели недовольно – все же без звукового пояснения картинки и текст воспринимались тяжеловато. Но когда Лия вынула раздобытые на барахолке и отмытые игрушки, даже чопорные дамы вдруг решили поиграть!
– Отличный вариант, – сказал «костюм», когда его руки словно сами собой потянулись к машинке. – Думаю, он будет интересен нашим сотрудникам и партнерам. Это помещение оформим по эскизам девушки, – тут он бросил короткий взгляд на Лию, будто не узнал, – передвижную студию по эскизам этого молодого человека, а прочие варианты попросим доработать для микростудий в спальных районах.
Все дружно согласились, а Лия напряглась, ожидая от «костюма» какой-нибудь пакости. Не верилось ей, что ее не узнали! Однако Марк Генрихович вдруг повернулся к той сухопарой даме, что встречала их в этом бизнес-центре в первый день, и сказал ей:
– Галина Львовна, проследите тут за всем? Мне пора! – после чего одарил всех строгим взглядом и ушел.
За ним потянулись прочие члены консилиума, кроме Галины Львовны. Сухопарая дама поправила очки и объявила:
– Что ж, дамы и господа, начнем, пожалуй, с правильного оформления документации…
Домой Лия еле плелась.
Бумаги, описание, договор, приложение к договору, консультация с юристом, оформление художников в штат фирмы как «консультантов-дизайнеров» и, наконец, легкая улыбка Галины Львовны – все оформлено, можно расходиться.
– Завтра жду вас в десять! – напомнила строгая «училка», выводя художников из здания. – Лие Максимовне будет заказан постоянный пропуск, а Евгению Алексеевичу обеспечим доступ к гаражу фирмы. Не опаздывайте!
Даму подхватило такси, а утомленные долгим днем художники побрели к метро. Сил не было даже обсуждать все, что получилось. Лия шла медленно – устала, и голова немного кружилась от голода и усталости. Хотелось сесть, а лучше лечь, а еще почему-то хотелось плакать. Может, потому что она снова не могла сказать ни слова? И не осмелилась заглянуть в холодные строгие глаза? А может…
Задумавшись, девушка смотрела себе под ноги и потому не сразу заметила, как из боковой двери вышел человек. Осмотрел компанию художников, увидел ее и шагнул вперед, преграждая путь.
Лия попыталась обойти внезапное препятствие, но не получилось – ее схватили за руки, вынудив поднять голову и задохнуться беззвучным криком. «Джинсы»! Мужчина жадно всмотрелся в ее лицо и шепнул:
– Ты такая красивая! Не кричи! – и поцеловал!
Первые секунды девушка трепыхалась, как птица в силке, но «джинсы» не стали наглеть – выпустили губы, взамен осыпав поцелуями глаза, щеки, лоб. Потом мужчина уткнулся Лие в шею и, должно быть, уловив ее бешеный пульс, прошептал:
– Тсс, не бойся, я просто не удержался. Прости! – и пропал так же стремительно, как появился.
Лия постояла немного – ошеломленная, растерянная, потом из глаз ее брызнули злые слезы беспомощности, и она помчалась к метро.
Глава 11
На следующее утро Марк орал, стуча по столу кулаком. Это было так необычно и страшно, что сотрудники разбежались даже из приемной. Только Дан невозмутимо сидел в углу и пережидал припадок гнева у второго соучредителя. Ну да, он сглупил – подкараулил девчонку на выходе, поцеловал, что такого?
Марк наконец успокоился и коротко, вбивая фразы, словно гвозди, объяснил другу, «что такого».
– У Лии случился приступ удушья прямо в метро. Хорошо, что там был доктор. Ей помогли раздышаться и вызвали «скорую». Девушка в больнице. Психотерапевт рвет и мечет – вся работа насмарку. Лор орет еще громче – связки опять воспалились.
Даниил побледнел. Такого эффекта от банального поцелуя он не ожидал. Думал, что девчонка вспыхнет радостью и ответит, а она отбивалась как могла, а потом убежала.
– Черт, прости, Марк, я не подумал!
– Да мне плевать на твои извинения, – «костюм» откинулся на спинку стула и мрачно взглянул на компаньона. – Ты угробил всю подготовку. Речь отодвигается, и хорошо, если она вообще в итоге будет! Прощения надо просить у Лии, только я тебя к ней не подпущу! Ты в курсе, что она в больнице заснула только со снотворным?