Масло

Рэйко говорила так, словно ребенок должен был вот-вот появиться на свет – нужно только немного подождать. Когда летом прошлого года врачи сказали ей, что она не может забеременеть из-за постоянного стресса на работе, она тут же бросила ее.
Рика окинула подругу внимательным взглядом. Рэйко выглядела замечательно: кожа без следа косметики, блестящие волосы, влажные карие глаза, припухшие мягкие губы… Одета по-домашнему: юбка с узором в цветочек, стройные ноги обтягивают легинсы, поверх них натянуты шерстяные синие гетры. Когда Рэйко работала в пиар-отделе крупной кинокомпании, она всегда выглядела безупречной бизнес-леди, однако нынешний облик очень ей шел – в нем был какой-то особый шарм. К тому же сейчас ее подруга казалась очень юной – и не скажешь, что они с Рикой ровесницы, обеим уже по тридцать три.
  
Узнав о решении Рэйко бросить работу и посвятить себя семье, Рика долго увещевала подругу по телефону. Она считала ужасно неразумным – отказаться от карьеры. И если честно, Рика почувствовала себя брошенной. Так переживала, что даже спать стала хуже.
Рассматривая вместе с Рэйко книжку, Рика вспомнила студенческие времена, когда они вот так же вместе сидели за учебниками или конспектами. История маленького черного Самбо тоже постепенно восстановилась в памяти. Во время прогулки по джунглям негритенок Самбо встречает четырех голодных тигров и, чтобы они его не съели, отдает им свою одежду, обувь и зонтик. После этого тигры стали спорить, кто из них самый красивый. Рычали, хвостами били, а потом начали кругами бегать друг за другом вокруг дерева. И добегались до того, что превратились в лужицу топленого масла. Самбо забрал свою одежду и пошел домой, а отец мальчика собрал это масло, отдал жене, и та испекла на нем вкусные блины, которыми наелась вся семья. Странная и немного жестокая история.
– Не слишком ли сурово все вышло с тиграми? Как-то их жаль… – вздохнула Рика.
– Да что ты! Тигры сами виноваты. Они первые пытались съесть Самбо. А потом поддались тщеславию и устроили глупую перебранку на тему того, кто лучше. Вот и получили по заслугам.
Разговор прервал стук входной двери.
– О, Рика, здравствуй! Рад тебя видеть!
Муж Рэйко, Рёске, работал в отделе продаж кондитерского бренда средней руки. По меркам Рики, он слишком уж рано приходил с работы. Студентом Рёске был квотербеком в университетской команде американского футбола и до сих пор отличался великолепным телосложением. У него были по-детски алые щеки, а глаза легко отражали каждую эмоцию… Отличный парень, и все же Рике казалось странным, что у них с Рэйко нашлись точки соприкосновения.
Рэйко познакомилась с Рёске во время промоушен-компании фильма, в рамках которой в кинотеатрах продавались любимые пирожные главной героини. Рёске участвовал в проекте со стороны производителей сладостей, и они с Рэйко провели много времени вместе, пока занимались всякими организационными вопросами. По словам Рэйко, она влюбилась в Рёске с первого взгляда, и инициатива исходила именно от нее. Сам Рёске поначалу опешил от проявления внимания со стороны красавицы-карьеристки, но после, узнав ее получше и открыв для себя нежные стороны ее характера, влюбился по уши. Рёске вырос в дружной состоятельной семье, у него было три брата, а отец держал бар в Сайтаме. Великодушие и щедрость парня не могли не очаровать Рэйко.
Рика давно уже перестала ревновать подругу, хотя, увидев Рэйко в платье невесты, ощутила себя так, словно у нее отняли часть ее самой.
Рэйко накрыла на стол. Тушеная овощная банья гауда с анчоусным соусом, красиво разложенная нарезка малосольной свинины, гратен с зеленым луком на соевом молоке, отварной рис с устрицами и суп мисо. Все из свежих сезонных продуктов, с прекрасно подобранными специями – ужин оказался необыкновенно вкусным. «Говорят, что устрицы способствуют зачатию», – подумала Рика, бросив на подругу короткий взгляд, и отправила в рот ложку ароматного риса. Сегодня у нее был прекрасный аппетит – не только благодаря вкусной еде, но и благодаря приятной компании.
– Можно добавки? Это мясо такое мягкое… Хоть в ресторане подавай, – с восхищением похвалила Рика стряпню подруги, протягивая пустую тарелку, и Рэйко с удовольствием положила еще порцию.
Все прекрасно, но… Рика чувствовала себя неловко из-за мыслей о том, что район, где живет Рэйко, слишком безликий, ему не хватает истории. Наверняка супруги долго советовались и считали расходы, исходя из жалованья Рёске, чтобы выбрать подходящее жилье для семейной жизни. А ведь Рэйко почти не общалась с собственными родителями, и этот дом, по сути, был для нее единственным.
– Ты настоящий счастливчик, Рёске, и это не пустые слова, – наконец сказала Рика. – Никто бы не отказался от такой жены.
Рёске сидел за столом с довольной улыбкой. Неудивительно, что он выглядит таким румяным, здоровым и полным сил.
Впрочем, чему тут удивляться. На работе у Рики женатые коллеги выглядели куда спокойнее и ухоженнее холостых, при том, что у многих жены работали. Рике сложно было представить, как приходилось крутиться этим женщинам, она хорошо понимала, насколько велик их вклад в семейное благополучие. Именно семья помогает отвлечься от трудовых будней и хотя бы ненадолго сбросить с себя груз проблем, которые грозят раздавить без остатка. Недавно одинокий коллега Рики скоропостижно скончался у себя дома. Должно быть, его холодная неприбранная комната мало чем отличалась от ее собственного жилья…
– В следующий раз приводи с собой молодого человека! Я ведь еще даже не знакома с Макото.
«А, точно, ведь у меня есть молодой человек», – усмехнулась про себя Рика. Их отношения с Фудзимурой Макото, ровесником из отдела художественной литературы, были теплыми и дружескими, но едва ли романтичными. Днем они иногда пересекались по работе и примерно раз в месяц проводили ночь вместе – не чаще. И Рика была благодарна Макото за то, что он соблюдает дистанцию.
– Ты хорошо питаешься, Рика? Кажется, опять похудела… Я где-то прочитала, что среднее потребление калорий в день у японок сейчас едва ли не ниже, чем в послевоенные годы.
– Да уж. Я даже рисоварку не купила – все равно нет времени рис варить. В основном ужинаю на всяких приемах и деловых встречах в ресторанах.
– Наверное, на приемах так вкусно кормят, что нам и не снилось!
Рика вспомнила последний такой вечер в ресторане в Гиндзе, где с ней обращались, как с хостес [5]. Такие недоразумения происходили довольно часто: мужчинам казалось, что журналистка приветлива с ними не потому, что ей нужно собрать материал для статьи, а потому что она прониклась к ним трепетными чувствами.
Нежный лук в гратене начал отдавать горечью, и Рика поспешно сменила тему.
– Ну, я не слишком привередливая. У меня детские предпочтения – достаточно и бенто [6] из комбини [7] или карри из сетевого ресторанчика.
Рика всегда была равнодушна к еде и модным вещам, хотя внимательно следила за тем, чтобы весить не больше пятидесяти килограммов. Ей казалось, что иначе из-за высокого роста она выглядит слишком большой для девушки. Отчасти ее вдохновлял пример матери, которая всегда держала себя в форме. Рика не ела перед сном, на приемах выбирала блюда с тушеными овощами, а на завтрак и обед покупала в комбини рядом с офисом йогурты, салаты, фунчозу и другую легкую еду. Времени посещать спортзал у нее не было, но она старалась побольше ходить пешком. Подтянутая фигура не делала ее «глянцевой» красоткой, но все же выделяла из толпы. К тому же благодаря худобе на ней отлично сидела даже выбранная на скорую руку недорогая одежда. Женщинам-журналистам внешность дает определенные преимущества, и красивый миндалевидный разрез глаз в сочетании с правильными чертами лица нередко помогали Рике. А в своей школе для девочек в прошлом она частенько получала письма с признаниями в любви.