Брачное агентство для бессмертных (ЛП)

И теперь всё кончено. И не из-за него.
«Никколо перешёл грань. Я же просто отреагировал».
Естественно, для Хелены это не имело значения. У неё очень строгое правило: никакого насилия в доме.
— Могу я попрощаться с Мэтти? — спросил он, глядя на Хелену. Если бы смотрел на Никколо, ударил бы его… Снова. Потому что этот мужчина — самодовольный сукин сын, который думал, что может обращаться с Андрусом, как со слугой.
«Я грёбаный убийца, чёрт возьми».
Он уже более трёхсот лет носит в себе божественный свет и обучен охотиться и убивать злых вампиров.
Хелена что-то проворчала себе под нос и кивнула в сторону комнаты Мэтти.
— Только быстро.
Андрус пошёл в детскую, где Мэтти, одетая в любимое платье с клыкастой розовой летучей мышью впереди, ещё дремала. Он не хотел её будить, но желал обнять в последний раз. Он осторожно взял девочку, которой было уже почти два года, на руки и прижал к груди, зарывшись носом в её светлые кудри, чтобы вдохнуть сладкий аромат.
— Я люблю тебя, малышка. Никогда не забывай об этом. Дядя Андрус всегда будет рядом, если что-нибудь понадобится.
Он почувствовал, как тёмное бессмертное сердце разрывается на части. Но если останется, в конечном итоге они с Никколо убьют друг друга. И как бы Андрус ни презирал вампира, Никколо биологический отец Мэтти. И он не хотел бы отрубить этому ублюдку голову.
Андрус положил Мэтти обратно, бросил на неё последний взгляд и вздохнул. Обернувшись, он увидел, что в дверях стоит Хелена с полными слёз глазами. Никколо стоял у неё за спиной и рычал, как настоящий придурок, каким и был. Никколо не заслуживает Хелены. Неужели он не видит, что ревность причиняет ей боль? И каким бы Андрус ни был придурком, он отказывается хоть на йоту быть ему признательным. Всё должно быть не так. Во всём виноват Никколо.
— Никколо, ты умрёшь, если проявишь хоть каплю благодарности? Хоть раз за всё своё долгое, жалкое существование?
Сказал бы: «Спасибо, что присмотрел за Хеленой и Мэтти. Спасибо, что вёл себя как джентльмен и ни разу не приставал к Хелене… по крайней мере, с тех пор, как они поженились». Андрус жил по кодексу чести.
— Спасибо, Андрус, — произнесла Хелена. — Спасибо, что позаботился о безопасности нас с Мэтти, пока Никколо, — она ткнула его локтем в рёбра, — был в отъезде.
Но в этом не было ничего необычного. Одна из причин, почему он обожал её.
Никколо хмыкнул.
— Эй, я вообще-то мир спасал. Ты должна благодарить меня.
Хелена закатила глаза и посмотрела на Андруса.
— Мы оба благодарны.
Андрус кивнул.
— Прощай. И… мои наилучшие пожелания будущему ребёнку. — Это последняя пощёчина. Хелена находилась на четвёртом месяце беременности младшей сестрой Мэтти. Он не увидит первые часы жизни малыша и выражение милого крошечного лица Мэтти, когда та впервые возьмёт на руки свою младшую сестру.
«Потому что ты для них ничего не значишь. И никогда не значил».
Он скользнул мимо Хелены и Никколо, используя каждую унцию сдержанности, которую смог собрать, чтобы вновь не побить Никколо. Затем вышел через парадную дверь, держа в сумке запас кожаных штанов, оружия и нескольких вещей для личной гигиены. Однако лучше стоило забрать фото, как он с Мэтти играет в самураев. Никогда не рано научиться изящному искусству обезглавливания, которым он владел сам.
Андрус спустился на лифте из пентхауса в вестибюль, умудряясь сохранять спокойствие и дисциплину; между тем внутри всё было в полном беспорядке. Он вышел на улицу, где его встретил необычно тёплый октябрьский день, и в голову пришла мысль, что идти-то некуда.
Накопленных Андрусом денег хватило бы на целую вечность, но настоящего дома не было… если только не считать старинного замка семьи под Санкт-Петербургом.
«Россия? Нет».
Слишком много печальных воспоминаний. Его семья давно погибла. Все до последнего, чёртового потомка.
«Я заберу Хаммер со склада и поеду в Майами».
Телефон зазвонил в ту секунду, как он поднял руку остановить такси. Он вытащил девайс из кармана и увидел, что на дисплее высветилось имя Томмазо, ещё один полубог, не рождённый таким, но пронизанный светом богов, как и он сам. На самом деле, это означало, что они бессмертны, и их труднее убить. Но без настоящих сверхспособностей.
 
— Чё надо? — проворчал Андрус.
— Привет, бро — сказал Томмазо с лёгким итальянским акцентом. — Мне нужна услуга. И не говори, блин, что не можешь выкроить время в своём занятом Мэтти расписании. Никколо вернулся.
И что, на хрен, с того?
— Чего ты хочешь?
— Приезжай в Лос-Анджелес.
— Зачем? — спросил Андрус, уже мечтая о каком-нибудь тёплом тропическом месте, где можно порыбачить, что-нибудь прикокошить и притвориться, что это Никколо.
— Просто садись на хренов самолет и лети сюда. Ты мне нужен здесь на пару дней.
Во-первых, Андрус ненавидел летать. Казалось неестественным находиться на высоте в десятки тысяч футов.
— Я не собираюсь совать свою задницу в одну из твоих смертельных ловушек только для того, чтобы узнать, чего ты хочешь. — С его удачей, он получит какое-то бессмысленное поручение от Симил. — Подожди. Разве Симил не в Лос-Анджелесе?
— Да. И что?
Томмазо принадлежал к тому типу людей, которые превосходно владеют искусством манипуляции, а не к воинам, как Андрус. Скорее симпатичный мальчик, предпочитающий красивые костюмы и стильные прически. Но за последний год они сдружились по одной простой причине: их обоих заклеймили предателями. Конечно, они сделали то, что сделали по своим причинам и именно поэтому им позволили жить и расплачиваться по счетам. Но их навсегда заклеймили плохишами бессмертного сообщества. Учитывая, что сообщество состояло из довольно злобных вампиров, армии людей, известной как Учбен, множества опасных и хищных бессмертных и четырнадцати самых безумных, дисфункциональных, испорченных божеств, на фоне которых циркачи нервно курят в сторонке, то, что он и Томмазо считались «испорченными» говорило о многом.
— Так почему же ты там? — спросил Андрус.
— Я… Э-э-э…
— Хочешь, чтобы Симил и Зак нашли тебе пару, да? — спросил Андрус.
— Нет. Они ищут пару тебе. Зак и Симил только что позвонили и спросили, могу ли я привезти тебя, так как мы знаем, что ты немного…
— Немного чего? — прорычал он.
— Упрямый, нецивилизованный, безжалостный и гневный. Кроме того, тебе нравится убивать и повсюду таскать за собой окровавленный меч. А ещё ты выглядишь так, будто можешь оторвать кому-нибудь голову, если хотя бы посмотрят на тебя неправильно…
— Я всегда чищу меч после убийства, и не хожу на гребаные свидания.
Во-первых, кроме простого перепиха, он не хотел иметь ничего общего с женщинами. И, во-вторых, не хотел иметь ничего общего с Симил.
— Друс, давай. Одно свидание, и всё.
— Как, чёрт возьми, Зак и Симил втянули тебя в это? Что ты получишь взамен? — спросил Андрус. Тишина. — Прекрасно. Я вешаю трубку, — проворчал Андрус.
— Симил сказала, что знает, кто моя пара. Она познакомит нас на какой-нибудь большой вечеринке, если я привезу тебя в Лос-Анджелес и уговорю пойти на свидание.
Андрус зарычал. У него не было времени на это дерьмо. Хорошо. У него полно времени. Но он не в настроении для проклятых интриг Симил, что всегда приводит к чему-то плохому. В конце концов, она сумасшедшая.
— Прости, Томмазо, — ответил Андрус, — сейчас не могу. Мне нужно кое в чём разобраться.
Например, как пережить потерю Мэтти и Хелены.
— Я знаю, что Хелена выгнала тебя, — сказал Томмазо.
— Откуда, твою мать?
Это случилось сколько? Минуты три назад?
 
— А ты как думаешь?
Симил. Она и её проклятые мертвецы. Раньше все думали, что она видит будущее, но на самом деле просто разговаривала с мёртвыми, которые жили в каком-то ином измерении, где время не существовало. Люди, которые ещё не родились, были там, потому что когда-нибудь в будущем умрут. Всё чертовски запутанно.