Пират. Потерна в прошлое (СИ)

Если я, каким чудом выживу, то меня точно посадят. Попробуй после докажи, что он сошёл с ума и первым на меня напал. За стенкой уже не стреляют, а вообще где-то две обоймы выпустили. А вот стуки в мою дверь до сих пор продолжаются. Но не похоже, что хотят выбить. Потопчутся и уйдут. Минут через десять снова тыкаются в дверь. Да ещё слышно урчание. Рустам также урчал во время нападения на меня. Кровь не перестаёт сочиться. В кабинете ни бинтов, ни аптечек не имелось. Разорвал свою майку и ею перевязался»
Дальше текст пошёл неровный и неразборчивый. К тому же заляпан бурыми пятнами крови. Но через три строки, снова можно разобрать, что написано, несмотря на то, что слова и букв вразнобой.
«Прошёл день. Возня за дверью не стихала до утра. Да и сейчас, я чувствую, что в коридоре кто-то есть. Голова прямо раскалывается, в теле слабость. Ручка вываливается из пальцев. Долго не протяну. Я теперь не уверен – дождусь помощь из жилзоны или нет. Ведь должны были им сообщить о нападении. Милая, Маринка, прости меня, если я тебя когда-нибудь обидел. Я тебя очень люблю! Прощай!»
Письмо оканчивалось обращением к родителям.
«Мама, папа, простите, что я вас подвёл. Я в…»
– Видимо силы его оставили и он не смог дописать письмо, – пробормотал про себя Пират и замер, опустив руку с исписанным листом бумаги на колено. Задумавшись, не услышал, как вернулась из душа жена. Вздрогнул от неожиданного прикосновения к плечу тёплой ладони. Посмотрел на Белку.
– Теперь мне понятно, почему тварь не сломала дверь ОПД. Алексей умер от потери крови и спорового голодания уже на второй день. К тому времени, когда голодные заражённые метались в поиске пищи по этажам, он мёртвый, видимо, не привлёк их внимание за запертой дверью. Блин, рассказал бы мне кто на Земле, что я вот так себя увижу – не поверил бы. А здесь всё возможно, ничему не удивляешься. Одного вот только не пойму.
– Что именно?
– Жилая зона и стартовая позиция – один стабильный кластер или всё же два?
– С чего тебе такая мысль пришла?
– А откуда взялся новострой на базе? Помнишь то здание и ворота? Явно ведь гражданская постройка. При мне такого точно не было. Конечно, могли такую пристройку сделать в моём слое, я ещё тогда об этом подумал, но только после снятия с боевого дежурства и ликвидации дивизиона. Но в случае с теперешней боевой позицией новострой не прокатывает – она продолжала полноценно нести боевое дежурство.
– Это сейчас для тебя так важно? – жена ласково потеребила ему на голове волосы.
– Да, нет…
– Ну, так и не забивай себе голову. Ложись лучше спать. День у всех выдался тяжёлый и горький. Отдыхай.
  
Глава 5
 
– Ксанка, ты помнится, говорила, что стрельбой из лука занималась?
– Было дело. Даже призовые места на соревах занимала. А что?
– У нас есть одна штука, давным-давно искал для себя, но когда мечта сбылась, то всё же отдал предпочтение люгеру с глушителем. В лесном схроне уже много лет без дела лежит арбалет. Вот я и подумал…
– А ты его случайно не Людмилке в своё время подарил? – прервала мужа Белка.
– Я ей Сайгу дарил, а арбалет после перенёс в блиндаж. Надо будет заскочить туда и посмотреть. Давненько в блиндаж не заглядывали.
У девчонки от этой новости загорелись глаза.
– Ну-ну, – Пират на всякий случай поспешил её предупредить, – ты заранее не сильно радуйся. Я мог и ошибиться. Столько лет прошло.
Пират зевая, вышел из терема. Сладко потянулся, разминая мышцы и вдыхая полной грудью свежий утренний воздух. С удовольствием пробежался босым по росной траве.
– Хорошо то как!
Вернувшись назад, принял душ. Белка тем временем сварила кофе и позвала его к столу.
– Молодёжь ещё спит? – спросил Пират, наслаждаясь ароматным напитком.
– Как же – спит! Ещё на рассвете со спиннингами на рыбалку отправились. Я в окно видела, как они вдвоём лодку тащили.
– Чёрт! Ты чего меня не разбудила?! Рано им ещё одним выходить за пределы острова.
 
– Ага, попробуй, удержи их. Даже пытаться не стоит.
– Я всё понимаю, но мне почему-то тревожно.
– Не накручивай себя, Пират. Дело молодое, не всё время им сидеть с нами.
– А ты не забыла случайно, что мы сейчас не на Земле? Послушай – я тебе удивляюсь. Ты, как мать, должна больше меня переживать! Не обратила внимания – они хоть с оружием шли?
– Да, у обоих автоматы с собой были.
– Слава Стиксу! Хоть это я им в головы вдолбил – без оружия никуда. Увы, это суровые реалии нашего мира. Да, что я тебе это говорю! Сама ведь хорошо знаешь.
Солнце уже высоко поднялось и начало припекать, а рыбаки с утренней зорьки ещё до сих пор не вернулись домой.
– Что-то наша молодёжь загуляла…. Ох и получат они у меня! Неделю из нарядов не вылезут…
Белка лишь усмехалась, слушая мужа. Хотя, если честно признаться, нет-нет и её брови хмурились в нехорошем предчувствии. Волна тревоги периодически накатывала на неё, заставляя беспокойно сжиматься сердце. Откуда-то издалека донёсся раскатистый дробный стук.
– Дятел тарабанит. Санитар леса…, – прокомментировал Пират, но тут же вскочил из-за стола, опрокинув стул резким движением.
– Стоп! Какой на хрен дятел! Это же автоматная очередь! Вот и вторая! Белка, хватай оружие и на катер быстро! – сам скорее надел разгрузку, схватил автомат. Окинул себя взглядом – всё ли на месте и скорее выбежал из дома, но тут же вернулся в дом за пулемётом и патронами. Вчера ведь вечером сам снял его с катера. Обвешанный оружием, да ещё в руках по коробу с патронами к пулемёту, пыхтя и тяжело ступая, Пират направился к пристани.
– Догоняй! — только и крикнул он, не оборачиваясь.
Белка ойкнула и скорее вытерла руки полотенцем. Как раз перед этим занималась приготовлением обеда. Подхватив свою СВД и разгрузку, поспешила по дорожке вслед за мужем.
После манёвров по протокам среди тростника, катер вышел на чистую воду.
– Куда идём? – Белка обеспокоенно вертела головой, не зная, в какую сторону далее вести катер. Словно в ответ на её вопрос, со стороны далёкого песчаного пляжа донеслись два одиночных пистолетных выстрела.
– Давай туда! – Пират поднёс к глазам бинокль и буквально впился пристальным взглядом в береговую кромку. Никакого движения. Берег выглядел безжизненно. Нет, он по-прежнему зелёный, с жёлтыми песчаными проплешинами пляжа. Лёгкий ветерок шевелит кроны деревьев. Вот только не видно не единой живой души, а вот мёртвой...
На пляже, у самой кромки воды Пират рассмотрел неподвижную тушу твари. Кто именно лежит – не понять. Всё же далековато. И неизвестного стрелка также не видно.
– Пират, вижу нашу лодку! – Белка через оптику СВД, наконец, обнаружила пропавших детей.
– Где?! – обеспокоенный рейдер принялся осматривать поверхность водоёма.
– Не туда смотришь. Возьми левее, – сама же снова навелась на замеченную ею на воде лодку. То, что это лодка их ребят, сомнений никаких. Просто других здесь быть не могло. После очередной перезагрузки кластера, они постепенно очистили водохранилище от всех плавсредств, оставшихся без хозяев. И точно, метрах в пятидесяти от берега, на воде покачивалась двухместная лодка. Вёсла опущены в воду, но ими никто не гребёт. Пират рассмотрел в бинокль Мирослава, который прижав к себе Ксанку, обнимал её за плечи.
– Им там больше делать нечего?! – разозлился рейдер, глядя на влюблённую парочку.
– Белка, полный вперёд!
Но чем ближе катер приближался к лодке, тем быстрее менялось выражение лиц у родителей. Услышав шум двигателя, Мирослав с трудом поднял голову и посмотрел на катер. Первый раз в жизни Пират увидел плачущего сына. Тот нежно прижимал к себе Ксанку, не подающую признаков жизни. Её льняные волосы перемазанные кровью, слипшимися комками, разбросаны в стороны. Бундесверовская куртка, вся в бурых пятнах, располосована от плеча и до самой кисти руки. В разрыве белел наспех намотанный бинт. На мгновение в глазах сына загорелся радостный огонёк, но тут же быстро потухший. Мирослав опустил вниз голову и отключился. Его правая рука соскользнула с тела Ксанки.